Мария Габлевич - переводчик произведений Дж.Керуака, С.Плат, Д. Г.Лоуренса. М.Лаури, Дж.Апдайка, Ч.Диккенса и др. Особой любовью М.Габлевич является Уильям Шекспир, с творчеством которого впервые познакомилась в 14 лет.
Из ее интервью -
http://gazeta.zn.ua/CULTURE/sonety_shekspira_deystvuyut_kak_lekarstvo__ob_ukrainskih_perevodah_velikogo_barda.html "Литература - вечная. Если вы возобновляете ее поток, переиздаете, обрабатываете, переводите - авторы живут. Но если вы их закапываете, дискредитируете, приземляете их высочество, интерес к ним пропадает. Современная молодежь не знает, кто такой Шекспир. Спрашиваю студентку филологии, читает ли она Шекспира.
- Читала, а что - забыла.
- А чей это писатель?
- Русский.
Настолько низкий уровень, что даже не знаю, как это назвать. И это не только украинское явление - мировое. Я провела год в США, в частности и среди американских школьников, и могу утверждать, что это так. При этом почти каждую неделю в прессе крик души: что творится с образованием? Сколько уже в американскую школу вложено. Им разве что птичьего молока не хватает, а уровень...
У меня спросили: что надо сделать, чтобы изменить ситуацию? Ответила: надо больше вызовов ставить перед ребенком. Больше нагружать, чтобы ребенок хотел преодолеть трудности. В действительности все наоборот. Цивилизация, превыше всего заботящаяся о комфорте, рикошетом бьет в культуру.
- И чем может помочь Шекспир?
- Шекспир - это абсолютно новое видение. То, о чем люди забыли думать в последние 400 лет. За это время акценты настолько сместились в сторону материализма, что слово «духовный» ныне воспринимают очень узко. Если я скажу «духовный», то англичанин скажет spiritual. Это свидетельствует о том, что духовность касается только Бога, церкви и церковных обрядов. А все остальное - неизвестно что. Иногда у меня спрашивают: а кто дал научное определение духовности, совести и т.п.? То есть все, что нельзя постичь рациональным мышлением, просто не существует! Мы перестаем осознавать, кто мы такие.
Погоня за удовольствием стала нормой жизни. А чему может научить человека такая односторонняя жизнь? Ничему. Ему можно вбить в голову все что угодно. Об этом пишут поэты, но их же не читают!"