Feb 22, 2012 23:31
22.02.2012 год 23.31
Признаться, уже ничего не хочется знать. Больше знаешь - меньше спишь. Это начало нигилизма, а, значит, социальная болезнь доходит и до меня. Ну и правильно. Какой смысл бороться за свое здоровое мышление в больном обществе?
Вот только интересно, в какой форме у меня будет протекать болезнь.
Может я стану агрессивным, примкну к какой-то части стреляющих и кричащих, буду кричать и стрелять. И даже может стану их вожаком, с деньгами и уважением.
А может, как некоторые больные, откину всю науку и начну придумывать что-то новое, примкнув к тем, которые кричат об уникальности Дагестана. Придумаю науку, где 2+2 = 10; патриотизм основа экономики, собственность зло. Тоже обещают за это не плохие деньги.
Или просто буду тихо гнить в судах. Там тоже болезнь пошла интересная. Судья перед началом процесса торжественно сообщает сторонам, что для него главное Бог и Шариат, поэтому решать будет по справедливости. Шизофрения. Одновременно нарушает клятву как судья и одновременно как сторонник шариата.
Думайте есть шанс остаться здоровым?
Не думаю. Слишком мало здоровых организмов этого общества. Одних пожирает злость, других деньги.
Деньги это хороший показатель болезни.
Только в больном обществе прокурор получает больше чем судья; судья будучи пенсионером МВД или прокуратуры получает их пенсию одновременно с зарплатой судьи и делает вид что может решить спор гражданина с прокуратурой и полицией по справедливости;
Только в больном обществе учитель в школе и профессор в ВУЗе получают в два раза меньше оперативного работника полиции либо лейтенанта армии. Дисциплина и агрессия важнее самостоятельности и знаний.
Сегодня на сессии Народного Собрания «закопали» живого человека. Причем все думали, только о добрых намерениях. Но человеку от этого не легче.
Верховый Суд Российской Федерации своими разъяснениями данными в Пленуме от 09.02.2012 года в п.16 отдал дагестанских бизнесменов на откуп НВФ. Теперь достаточно вынудить отдать пять рублей, чтобы попасть под статью финансирование терроризма и, соответственно, убегая от этой статьи платить НВФ уже не пять рублей, а миллионы.
И все больше общество уходит в себя. И все труднее просто разговаривать. Я бы пустил по ночам на республиканских радио и телеканалах прямой эфир с программой «Скажите это немедленно». Пусть говорят все обо всем: коммунисты, религоведы, террористы, профессора, умные и не очень - все. Зато пока говорят не стреляют, хотя бы до утра.
Но нельзя. Страшно. И это «страшно», помогает болезни справится с каждым, по одному. Нам легче пострелять, чем поговорить. И мы стреляем. Ну, в лучшем случае называем друг друга долбоебами или еще как-то оскорбляем., но не общаемся.
Каждый считает, что он-то точно не болен. Ага, тем самым откидывая мысль о лечении и тем самым впуская болезнь еще глубже.
Особенно интересно наблюдать на волновую природу социальной болезни. С одного конца стрельнули или что-то крикнули, как волна пошла до другого конца крича и стреляя. И нигде нет ничего обо что эта болезненнаяволна могла ударится и развалится. Никто не сдержится, каждый ответит, каждый прибавит. И вот она, сильная волна, как в переводе с японского называют цунами. И стоишь так себе, пытаясь спрятать детей за спину, и обреченно ждешь эту цунами-эпидемию.
И никто с этой воной не поговорит. Она всегда найдет поддержку в человеческой глупости и гордыне.
В конце таких записей, наблюдатель обрывает свое повествование в связи с кончиной. Такие записи умирающего обычно пишутся для тех, кто ее прочитает с надеждой, что поймут и главное, что смогут исправить. Но это не тот случай. До меня много кто об этом написал, более детально описав причины и ход болезни. И ничего. Потому что обычно читают эти записи там где их написали, на территории эпидемии социальной болезни. А это значит что уже заражены. Если вы до читали до этого момента, то скорее всего тоже заражены….