Второй раз. В первый уж больно понравился:
http://akostra.livejournal.com/707493.htmlПодробно уже не буду. Мазками :-)))
Самая шикарная сцена, имхо - Иван Васильевич и Максудов. первый - безумно смешной и яркий, второй - такой трагичный, особенно в конце. Разговор глухонемого со слепым. У обоих настолько разные интересы... И все эти поправки и пожелания, "ну. теперь вы можете сочинить пьесу".. Это даже не унижение, это какой-то извращенный садизм. И такой контраст настроения у обоих! Отеческое-покровительственное, воодушевленное (научить, чтоб пьесу хорошую для театра написал!) и полнейшая опустошенность (самое главное, что хотел сказать, тут лишнее...). И да, только во второй просмотр прониклась вздохами-ахами Иван Васильевича, когда Максудов зачитывал возрасты персонажей пиэсы.
Самая зрелищая сцена - заключительная, ага! Как-то лучше заценила момент "Может, и Иван Васильевич плохой актёр" (с) Именно самого Иван Васильевича и "защищающегося" Максудова на этих словах :-))) В прошлый раз не расслышала про кота-неврастеника. "Значит, он лучше чувствует фальш!" (с) :-)))))))))))
Но моя любимая всё же сцена повешения. "Что ж так быстро поют?", "Больше ж не услышу" (с).. И да, с балкона эту сцену лучше видно! :-))) Герой становится ближе к народу на галёрке :-))).
И кстати, про балкон. Я ж слепая курица всё через бинокль смотрю, и вчера почему-то затекли лапки, державшие бинокль. Причем ещё в первом действии. И после спектакля не прошли, даже когда засыпала. это онемение чувствовалось :-((( Мне ж не привыкать. Я ж всегда с биноклем в обнимку! С чего же это? Испужалась малёк...
В сцене перепечатывания романа я уже все гэги зналда, так что просто любовалась барышней. Такая прям хрустальная! А паальцы?! длинные, тонкие... Вот с диким трудом внушаешь себе, что "я люблю себя какая я есть", а вот появляется какая-нить Тюнина и все усилия коту под хвост!!!! Спасибо на роялях не играла и косу до пояса под парик спрятала!! 6-)))))))
а на самом деле в этот раз смотрела на неё и думала о другой роли. Относительно недавно попалось на глаза интервью, где она говорила, что при поступлении Фоменко ей сказал читать "монолог Розалинды", что и потом была идея, чтобы она её же сыграла в спектакле Моссовета, и при постановке "Сказки арденского леса" уже в новейшей истории театра, она тоже рассматривалсь на эту роль. То бишь она была явно ну, если не идеальная Розалинда, то как минимум "правильная" для Фоменко. Я её не могу представить Розалиндой. И до ужаса интересно, какая бы она была... Воот! Нет чтоб спектакль смотреть, а Таня чёрте о чём думает...
И да - барышня с бусиками. Сколько не смотрю - тоже ж глаз не отвесть! :-))))
И какой же Шервинский Елагин гарный!
И да "никто не знает, сколько ей лет!" (с) - ну, это просто актуально уже :-)))
И вновь хотелось пристрелить за настолько не к месту исполнение "Я не знаю зачем..."
Плюс про дарение цветов. Вчера вспомнилось ещё одно интервью, боюсь ошибиться, по-моему Демидовой. Мол, актёры плохо относятся к тому, что зрители именно поднимаются на сцену, когда дарят цветы. Это пространство актёров, а зрители - чужаки. В этом спектакле сцена "расширена" и подойти к актёрам, не пройдя по "авансцене", невозможно. Почему-то вот сразу вспомнились те слова. Никогда бы не подумала...
Я и спектакль смотрела, и роман читала, но как-то особо не интересовалась, кто конкретные прототипы персонажей. А вот лора опознала Олешу сразу! правда, вначале была не уверена, но потом влезли в инет - одно лицо! :-))))
И опять же -я темень! Я не знала, что Станиславский - это псевдоним.
В тему спектакля:
- Напечатали рассказ?
- Напечатали.
- Деньги получил?
- Получил.
- Хорошие?
- Хорошие. Но мало.
UPD: Лора в тему парочку баек рассказала.
В театр прибыл Сталин. Станиславский представился своей настоящей фамилией:
-Алексеев.
Сталин ответил:
- Джугашвилли.
Однажды на бадете среди зрителей оказались рядом Стаханов и Станиславский. Первый в театре был впервые. В какой-то момент он стакл ворчать. Мол танцуют, танцуют. когда петь-то начнут? Станиславский стал объяснять, что балет, это такое искусство, где только танцуют. но тут запел хор - Марсельезу - это был балет "Пламя Парижа", один из немногих балетов, где поют.
Стаханов:
- ну что, батя, тоже первый раз в театре?
И ещё про Сталина. Как-то ему докладывают о романе Валентины Серовой с .. в общем, не помню, но кем-то военным в высоком чине. И вот спрашивают у Сталина - что делать?
Сталин ответил:
- Завидовать!