К персональной эстетике

Feb 02, 2019 04:27

Не получается настоящего, совсем полного очарования сильным и ярким, властным и витальным, торжествующим и доминирующим: как прекрасно и гармонично оно ни будь, сколько радости и полноты жизни ни воплощай, а слишком чужое. Отождествиться не получается (а без этого - какое же очарование, какое же со-чувствие, единочувствие?). Нежность ко всему старому и стареющему, пережившему самого себя, усталому и увядающему, вылинявшему, робкому и нелепому, дурацкому и некрасивому. Конечно, в первую очередь от чувства глубокого родства с ним. Родство, братство, общность судьбы*. Но, наверно, всё-таки не только. Ещё - от чувства уязвимости живого вообще, которая у некрасивого - более откровенная. Оно честнее и беззащитнее.

(Конечно, и красота уязвима. Просто она, наверно, чаще и удачнее умеет это скрывать.)

*(Мне давно уже думается о том, что по-настоящему своё - не то, что ты выбираешь, - пусть даже очень осознанно, пусть даже всем собой. Выбранное всегда меньше и младше, частичнее твоего выбора. «Своё» - это то, что случилось с тобой до всех выборов, - что больше тебя, что, если угодно, само выбрало тебя и определяет все твои выборы независимо от того, замечаешь ты это или нет. Это, разумеется, никак не значит, что «своё» лучше выбранного, - выбранное может быть и на каждом шагу бывает хоть в тысячу раз лучше (правильнее, праведнее, гармоничнее, чище, рациональнее, добрее, да что угодно). Это значит только то, что оно более выбранного властно и от его власти ты, в конечном счёте, никогда не освободишься.)



Евгений Лушпин. Городские сумерки. 2000

This entry was originally posted at https://yettergjart.dreamwidth.org/403710.html. Please comment there using OpenID.

этика эстетики, эстетика этики, aesthetica personalis, красота, aesthetica interior, чужое и своё, anthropologia personalis, некрасивое, эстетика существования, уязвимость

Previous post Next post
Up