Это последняя запись в журнале. Его хозяин
stariy_bobr скончался 2 августа 2013 года.
Спасибо вам за то, что читали его журнал и были его добрыми собеседниками.
Незадолго до смерти он говорил, что начал писать повесть о шахтерах. Я уверена, что это была бы очень хорошая повесть, но она уже никогда не будет написана. Остался лишь первый кусочек - фрагмент или набросок. Я выкладываю его здесь в память о своем отце.
mit_ra
ПЛЫВУН - ШАХТНАЯ МОРОКА
Плывунами называют водонасыщенные пески и супеси,
под влиянием механических воздействий
способные расплываться и двигаться (течь)...
Википедия
Хороша жизнь, когда кругом все ладится!
Сегодня бригаде Николая досталась ночная смена, что вовсе не портило настроения. Утром Люську с Лариской успел отправить в школу - учить да учиться, хорошо выспался как раз к их приходу. Обе они, как по расписанию, заявились из школы вместе, держась за ручки, как две лучшие подружки, сияющие. Была причина радости: сегодня директор школы объявил о предстоящей в ближайшее воскресенье коллективной вылазке в Москву в зоопарк и о том, что старшей по поездке назначается классный руководитель Лариса Николаевна, Люськина мама.
К вечеру, разобравшись с семейными делами, Николай отправился на смену. Шахта рядышком, минут 30 неспешной ходьбы под еще не севшим сентябрьским солнцем. Ну а там - тоже все привычно, почти как дома: краткий обмен новостями с приятелями, получение нарядов на работу, переодевание в шахтерскую спецовку, прохождение табельной, получение света и приборов, и - на свое рабочее место, в угледобывающий забой, или, проще, - в лаву.
Вот я и говорю, что хорошо, когда кругом все ладится! Хороший день, хорошее начало смены, хороший забой. Прямая, как по струнке, лава, выдержанная мощность пласта, высоко поднятые к кровле шнеки угольного комбайна. Только работай, выдавай план на гора!
Николай поправил каску, получше сосредоточив острый лучик шахтерской лампы на рубящих зубках шнека, включил комбайн. И сразу железная тишина вокруг сменилась вытрясающей всю душу вибрацией железа, металлическим скрежетом и массой других звуков. Завращались шнеки комбайна, разрушающие угольный массив, масса угля в непроницаемом глазу облаке угольной мелочи и пыли посыпались на конвейер.
Хороша жизнь, когда кругом все ладится! Шестнадцатитонная махина угольного комбайна медленно ползла вперед, тут же секции механизированной крепи выдвигались туда, где уголь только что был вынут комбайном из массива. Обрушенный на конвейер уголь уходил вперед, чтобы через какое-то время заполнить собой железнодорожные вагоны на поверхности.
Так красиво, планомерно и привычно шла работа и этой смены. Но так бывает, что во всем привычном вдруг появляется какой-то диссонанс. О диссонансе сообщил комбайн. Он изменил тон своего мощного рыка, дернулся вперед, и вместо угольной массы с зубцов посыпалось нечто серое, похожее на влажный серый песок.
За несколько секунд серая масса засыпала комбайн и призабойное пространство. Комбайн и конвейер остановились. Наступила звенящая тишина. И сквозь эту тишину - кап, кап, кап - капли воды, ускоряющие свой бег и переходящие в звенящий тоненький поток.
Плывун! Одна из самых больших неприятностей. Николай почувствовал, как густая жидкая масса, вытекая из-под комбайна, начинает обволакивать его ноги. Мысли дурные да панические в голове не копошились - работал опыт и автоматизм действий. Аварийное отключение всех электроисточников - здесь же, на комбайне. Включил аварийный сигнал по лаве - «делай ноги». Пронзительный вибрирующий звук, при появлении которого рабочий сперва мгновенно перемещается в ближайшее безопасное место, а потом уже включает думалку - оценить, откуда может исходить опасность и куда именно надо делать ноги, а далее - действует по туго-натуго вбитому в голову Плану Ликвидации Аварий - главному закону действий в шахте при любой аварии.
Лава стоит, энергия выключена, рабочие оповещены. Теперь можно и о себе, любимом. Плывун засосал пока не выше пояса. Секунды 3-4 резерва жизни есть. Подтянулся, повис, зацепившись руками за конструкции крепи, энергично засучил ногами. Так, сапоги вместе с брезентовыми брюками сползли в вязкую трясину плывуна - плывун оставил их себе как дань - так теперь они там и останутся. Полураздетый, босиком, пролез до края комбайна и успел еще последней секундой сигануть через растущую густеющую лужу плывуна. Вроде бы еще жив. Теперь - только опередить плывун, не дать ему догнать себя и завалить.
Впереди, уже у штрека, мелькали огоньки уходящей бригады. Посчитал по огонькам - все, кто был выше комбайна, успели. Рысью все вместе ушли от догонявшей их лавины плывуна. Догнал бригаду, уточнил, на каких точках работали остальные люди.
Дошли до пересыпа - пункта погрузки угля с конвейера в вагонетки. Одновременно со стороны ствола подъехал шахтный электровоз с бригадой горноспасателей. Главная задача - еще раз пересчитать вышедших из лавы людей, выяснить, кого из них не хватает. Не хватало троих. А, во-он по штреку еще два фонарика бегут. Подбежали Николай и Коля Огонек, прозванный так за за веселый, неуемный характер. Оба работали по разгрузке лесоматериалов у лавы и по тревожному ревуну первыми успели уйти.
Не хватает только Толика по прозвищу Разлука. Никто не помнил толком фамилии Толика, и звали его не иначе как Разлука за его огромные, черные и всегда до трагизма печальные глаза.
Обстановка выяснена. Пора приступать к делу. А это уже - чистая работа горноспасателей. Включившись на всякий случай в дыхательные аппараты, нагрузившись всевозможным шанцевым инструментом, бодрым шагом уходят под небольшой уклон штрека к лаве. Нового выброса плывуна можно уже не бояться: тот, что был в пустоте над угольным пластом, в считанные секунды или минуты выдавился в горные выработки. Теперь нужно только найти человека, который не успел уйти, вывести или вынести его за пределы вышедшего плывуна, до людей, а потом - обследовать заплывуненные выработки, проходимости воздуха по ним и приступать к массе своих прочих дел по ликвидации самой аварии.
Толю Разлуку и не искали даже. Сам нашелся под ногами горноспасателей. Над лужей густого плывуна, как из трясины, светились печальные глаза и виднелся булькающий рот. Булькающий потому, что вода с песком уже заливала ему рот, и, чтобы дышать хоть как-то, он хватал ртом воздух вместе с этой водой, стараясь не всосать песок в легкие. Короче, тик в тик успели, в последние секунды. Ухватили за подбородок, оттянули голову назад, чтоб смог наконец дышать воздухом, и за несколько минут откопали пострадавшего из-под плывуна. Не повезло мужику. Когда стал уходить от плывуна - поскользнулся на какой-то ерунде, попал ногами в какой-то приямок - тут его и прихватило: ноги-руки засосаны песком, голова - над водой. Счастье еще, что вода в этом месте выше уже не поднялась! Идти уже не смог, говорит, свои полтонны песка на сегодня уже съел. Ну а это - дело уже обычное: на носилки, да вшестером рысью до электровоза на штреке. На верхнюю крышку уложили Разлуку вместе с носилками, электровоз пошел к стволу. Навстречу - новый состав: электровоз и несколько вагонов с досками для отшивки плывуна и с соломой. Чистую воду солома пропускает, и песок набивается в солому, препятствуя свободному протеканию воды.
Выехали всем составом бригады на гора, вышли на поверхность. У ствола - естественно, целое шоу. Шахтерские жены со всего поселка прибежали - убедиться самолично, что целы их кормильцы. Радуются, а рёва все равно хватает. К стволу их милиция не допускает: не положено. И откуда милиция-то в этаком количестве в поселке взялась? Не иначе как из района вызвали. Несколько машин ВГСЧ - прямо у здания ствола, да руководство ходит, обстановку успокаивает. Хотя и успокаивать-то нечего. Шахтеров самих - героев события - никто толком и не разглядел. Выскочили от ствола на секунды - показаться, что целы, мокрые насквозь, в иле, да кто-то и босиком - сапоги в песке оставили.
***
Лаву, естественно, через какое-то время от плывуна осушили, песок зачистили, механизмы запустили. Отлично доработали лаву до ее завершения, подобных казусов в этой лаве уже не наблюдали. Но это - в этой, отдельно взятой лаве.
И каждая - каждая! - лава будто испытывает человека - кто кого.