Новостные ленты последних дней переполнены сообщениями о самоубийствах подростков. В пятницу, 10 февраля, прошла пресс-конференция в агентстве РИА «Новости», в ходе которой специалисты различных областей - от психиатрии до коммуникационных технологий - попытались понять, что толкает молодых людей на суицид и, главное, что делать? БГ послушал, о чем говорили эксперты, и спросил некоторых участников дискуссии, что они думают делать дальше.
Дискуссия отталкивалась от результатов статистики: Россия находится на 6-м месте в мире по количеству суицидов среди подростков. Такую статистику нельзя назвать оптимистичной, однако участники конференции, понимая всю сложность ситуации, постарались сделать разговор максимально продуктивным. Главные мысли специалистов по детской психологии свелись к следующему:
В РОССИИ ЧАСТОТА САМОУБИЙСТВ У ПОДРОСТКОВ СОСТАВЛЯЕТ 20 СМЕРТЕЙ В ГОД НА 100 000 ПОДРОСТКОВОГО НАСЕЛЕНИЯ, тогда как В МИРЕ СРЕДНИЙ ПОКАЗАТЕЛЬ - 7 СЛУЧАЕВ.
Самые неблагополучные регионы России: Республика Тыва (120 смертей в год), Бурятия (187 смертей в год), Саха - Якутия (74 смерти в год).
ПРИЧИНЫ суицида:
33,4% - одиночество
30,2% - непонимание родителей
22% - конфликты между родителями
____
Статистика подростковых самоубийств - это отражение общей социально-психологической ситуации в стране.
____
Каждый суицид - это крик о помощи, который не услышан.
____
80% подростков так или иначе говорят о своем намерении уйти из жизни. При этом в большинстве случаев члены семьи находятся в полном неведении.
____
Главный вопрос должен быть не «Почему они это сделали?» - а «Как мы не заметили?».
____
В обществе, отчасти из-за влияния кинематографа, видеоигр, произошла «девальвация» смерти: она искусственно романтизируется и больше не воспринимается как конечный результат.
____
Налицо кризис отношений «родители - дети». С каждым годом в семьях повышается уровень жестокости.
____
Интернет является серьезным провоцирующим фактором: онлайновые «клубы самоубийц» и другие похожие страницы в социальных сетях, проблема «киберунижения».
____
Около 60% суицидентов психически нездоровы в момент совершения самоубийства.
В 90% случаев о болезни ребенка узнают задним числом, так как эти подростки никогда не попадали в поле зрения врачей, психологов или учителей.
____
Нынешняя «эпидемия» подросткового суицида - в том числе результат того, как российские СМИ освещают эту проблему.
* * *
ВЫВОДЫ
Разработка программы по профилактике суицида должна осуществляться на государственном уровне.
____
Создание специализированных общественных организаций и психологических служб, в том числе и онлайновых, для работы с подростками и их родителями.
____
Введение в школах обязательного предмета «психология». Этот проект уже запущен Министерством образования, и планируется осуществить его до конца 2014 года.
____
Обязательный для каждой школы штатный психолог, который бы в первую очередь защищал интересы детей, а не учителей или родителей.
____
Развитие телефонных служб психологической помощи детям и подросткам.
____
Создание сериалов, фильмов, программ, которые бы говорили о ценности жизни и не романтизировали образ смерти.
____
Разработка рекомендаций для СМИ о том, как необходимо освещать случаи суицида среди подростков.
* * *
Константин ОЛЬХОВОЙ, врач-психотерапевт, преподаватель Института психотерапии и клинической психологии:
- Нам потребуется много времени, ведь это создание новой культуры и, главное, воспитание, причем не детей, а родителей. Уроки психологии в школе - это замечательно, но если вечером дома ребенок увидит совершенно иную картину, то какой смысл? Нужно понимать, что ТАКОЕ КОЛИЧЕСТВО ПОДРОСТКОВЫХ СУИЦИДОВ В СТРАНЕ - ЭТО ПОКАЗАТЕЛЬ РАВНОДУШИЯ В ОБЩЕСТВЕ. Невнимательность учителей к ученикам, родителей к детям, врачей к пациентам. В чем причина? Нам на протяжении 70 лет насильственно прививали коллективизм, а последние 20 лет - доведенный до абсурда индивидуализм. В нашем социуме произошел сильный уход в материальную сферу, в том числе и в семье. При этом в больших городах вопрос физического выживания не стоит настолько остро, чтобы забывать о своих детях! А ведь гражданская позиция и гражданское общество начинаются с неравнодушия к окружающим людям.
Любопытно, что самая благоприятная ситуация в странах, где достаточно низкий уровень жизни, но сильная мотивация в вопросе выживания (Гаити, Египет). Другой показатель - сильное влияние коллективизма и приверженность традициям. Хороший пример - Кавказ, где каждый в первую очередь переживает о том, что подумают его соседи и родня.
Из нашего равнодушия вытекает и другая проблема - родители слишком поздно замечают, что у ребенка проблемы со здоровьем. Больше половины случаев детских суицидов происходят из-за нарушений психики. Но у нас подобной диагностики нет в принципе, потому что по нашему законодательству психиатр не может осмотреть ребенка без письменного согласия родителей! Но они, в свою очередь, боятся диагнозов и предпочитают думать, что у их сына или дочки просто плохой характер. Нужно разрушать миф о том, что поход к психиатру - это автоматически разрушенная жизнь ребенка. Иначе мы так и будем вовремя выявлять подростков, находящихся в группе риска, а это и дети проблемных родителей (алкоголиков, наркоманов), и подростки, подверженные панике и неврозам.
Главная задача - стать чуть более внимательными. Думать о том, как могут отразиться наши поступки на других людях. Например, СМИ выпускают ужасающие репортажи о совершенных за последнюю неделю самоубийствах, только провоцируя новые случаи. Для подростков характерны «серийные» или резонансные суициды, например после смерти значимых для них людей: кумиров или просто их сверстников. Поэтому освещать эту проблему нужно крайне аккуратно. Подростков опасно пугать - они видят в этом заманчивость и вызов. Лучше избегать лишней романтизации: не показывать крыши, откуда спрыгнули дети, слезы родителей и друзей. Сухое изложение фактов позволило бы сохранить жизни не одному ребенку!
*
Наталья СИНЯГИНА, директор Центра исследования проблем воспитания, формирования здорового образа жизни, профилактики наркомании, социально-педагогической поддержки детей и молодежи:
- Когда в России была объявлена поголовная рождаемость в стране, нас всех призывали к демографическому росту, я была крайне удивлена. Не лучше бы для начала научить людей любить своих детей? Те финансовые средства, которые потратило на это государство, нужно было направить на улучшение семьи, а не ее увеличение. Согласно исследованиям, родительская жестокость имеет место приблизительно в 49% российских семей. А если учитывать все подзатыльники, угрозы и запугивания, то практически каждый ребенок хотя бы раз сталкивается с проявлением жестокости со стороны своих родителей. Вот и получается, что подросток настолько устает от такого давления, что принимает решение уйти из жизни. Мы знаем, что только 10% подростков в случае самоубийства действительно хотят покончить с собой. Остальные видят в этом последнюю возможность привлечь к себе внимание взрослых.
Социальная ситуация в нашей стране такова, что она не только наносит непоправимый вред здоровью ребенка и травмирует его психику, но влечет за собой и другие тяжелые социальные последствия. Из таких детей вырастают социально дезадаптивные, инфантильные взрослые, которые не хотят трудиться, не умеют создавать здоровые семьи, не могут стать хорошими родителями.
Сегодня мы разрабатываем программу, которая получила название «Толерантное отношение к детям групп психологического риска», благодаря которой учителя и родители могут получить консультацию в электронном виде. Я считаю, что основной посыл, с которым мы должны работать, заключается в том, что ценить жизнь молодым людям помогает любовь и сочувствие. От этого ужасного шага может уберечь всего лишь один разговор с близким человеком, который выслушает, посочувствует и поймет. Кроме того, родители, любя своего ребенка, должны объяснять ему, что жизнь - это не компьютерная игра и дана ему только одна, так что выиграть ее или купить не получится.
"Большой город", 15 февраля 2012
http://www.bg.ru/stories/10088/Примечание: выделение ПРОПИСНЫМИ - моё.
Для девочки на крыше. Ненаписанная колонка
Это был первый раз, когда вчера утром, как раз во время первого урока, я получила подряд пять или семь mms от сына с фотками какого-то дома и подъезда, и вопреки всем договоренностям не общаться во время уроков отвечала ему. Mms-ки у них ходили по классу с телефона на телефон. На фотографиях был просто дом и просто подъезд. Рядом с их школой. На козырьке подъезда накануне вечером обнаружили разбившуюся девочку. Не из их школы, соседней, но силу потрясения это не отменяет. Через несколько часов одноклассница погибшей девочки прямо на уроке вскрыла себе вены.
Я три раза начинала писать колонку и удаляла текст. Сначала я писала как журналист - и получалось дилетантски и менторски. Потом я писала как человек, учившийся на педиатрическом факультете и собиравшийся стать детским психиатром, и получалось бездушно и нравоучительно.
Потом я писала как испуганная мать - думаю, сейчас нас, испуганных, много - не колонку, письмо девочке, которая стоит на крыше.
… И вот я писала ей, что, знаешь, девочка моя, ты не поверишь, но ночь темнее перед рассветом. И когда ты живешь дольше, чем 25 лет, то однажды начинаешь чувствовать это время. Час темноты и безысходности перед взлетом. Я хотела рассказать ей, что однажды, девочка (отойди на шаг! послушай, что я скажу), ты поймешь - чтобы высоко прыгнуть, нужно присесть. Что борются лучшие, а сдаются слабаки и дуры. Сильные прыгают вверх.
Потом я хотела бы рассказать, как вчера футбольная команда старших классов думала отнести цветы на место, где погибла ученица из соседней школы. И наверное, каждая девочка-подросток хотя бы раз в жизни, хоть на секундочку представляла себе свою смерть. Как рыдают одноклассницы, как раскаивается строгий отец, как поседела директриса школы, как лучшие, самые красивые и завидные мальчики из футбольной команды несут к ее подъезду цветы… Только знаешь. Мальчики вчера передумали. Потому что решили, что дешевым романтизмом спровоцируют других дурочек на непоправимое. А они, лучшие мальчики, любят общаться с живыми.
А потом я хотела сказать, что, знаешь, смерть необратима. Это эксперимент без результата. Ты не расскажешь. Другие не узнают. Я хотела написать о сложных для подростка вещах, о том, как метафизически бесполезно самоубийство. Если ты атеист, то просто кончится твой цикл, у тебя не будет ни плохого, ни хорошего, ни скучного, ни любопытного. Будет - ничего. Если ты хоть капельку веришь в Бога, неважно - какого, то будущее самоубийц в большинстве религий мучительно и незавидно. Без шансов избежать пустоты, ада и безысходности. Разве это лучше, чем трудная, но жизнь? Смерть - необратима, слышишь? А такая - еще жалка и неэстетична.
Наверное, я обязательно написала бы ей: девочка моя, мы, взрослые, виноваты. Недолюбили, недоберегли, недодержали за руку. Недоцеловали на ночь, недоприносили мишку в кровать тебе, взрослой, недоукрывали одеялом голые пятки, недоговорили о неприятном, недопрощали, недопоняли, недоуважали. Такое вот поколение родителей недо - у нас темп, карьера, интернет, борьба за твое будущее. Ты прости, пожалуйста, девочка. Своя или чья-то чужая.
А потом я хотела писать жестко и даже зло. Я хотела сказать, послушай, подруга, перестаньте нас шантажировать, слышите, вы, которых мы рожали, не спали, лечили, плакали, мерили жизнь по вашим тетрадкам и первым спортивным грамотам. И добавить: знаю из учебников, что у каждого подростка есть период, когда он должен явно или бессознательно ненавидеть родителей, иначе не преодолеет инфантилизма. Но слышите, вы, не смейте нас наказывать. Не смейте. Мы тоже люди.
И разозлившись, рассказать то, о чем думаю часто. Об осмысленности жертвы. О том, как моя бабушка, девочка тонкая, восточная бежала по Ташкенту в 41-м, в первых числах июля, в самую жару, знаешь, есть такое время - чиля, когда в тени сорок и пыль жжет босые ноги. Как обманывала комиссара, говорила, что ей восемнадцать. Как ехала в эшелонах на северо-запад - воевать. Как хоронила своих семнадцатилетних подруг, таких же маленьких тонких обманщиц, быстро, в мелких могилах, потому что, знаешь, на линии фронта глубоких не вырыть и табличку не всякий раз поставишь.
А потом остыла и написала бы вот что: знаешь, детка, ты такая же, какими были мы, ты легко поддаешься моде и часто думаешь, что мир несправедлив, ты ищешь правду и живешь максималистски, наотмашь, ты страдаешь и боишься неизвестности, ты не понимаешь будущего и судишь мир по самым высоким счетам. Девочка, мы, взрослые, тебя любим. Давай жить, детка.
Наталья ЛОСЕВА
"Московские новости", 17 февраля 2012
http://mn.ru/columns/20120217/311730880.html Детские самоубийства в Москве взялись искоренять спортом и патриотизмом
Экспертов не устраивает, как чиновники борются с детским суицидом
Эксперты называют недостаточными и неадекватными меры по борьбе с подростковыми суицидами, предложенные столичным департаментом образования. Они утверждают: прежде чем вносить какие-либо изменения в школьную программу, чиновники должны проконсультироваться со специалистами. Необдуманные решения могут только усугубить ситуацию.
В связи с волной подростковых самоубийств, прокатившейся по Москве, городские власти оперативно предложили внести изменения в процесс школьного образования. Руководитель столичного департамента образования Исаак КАЛИНА заявил о возможности введения в старших классах новых профилей обучения помимо традиционных гуманитарного и физико-математического. Например, спортивно-патриотический. Он также высказался за развитие «современных видов дополнительного образования» для того, чтобы занять подростков, но о деталях новой программы сообщить не смог.
Между тем специалисты считают озвученные меры несерьезными и не соответствующими всей важности проблемы. Они опасаются, что необдуманные шаги чиновников усугубят ситуацию. «Очень важно, чтобы свои предложения образовательные структуры обсуждали с экспертами, потому что благое с их точки зрения начинание может дать совершенно противоположные результаты», - пояснила Алла ИВАНОВА, профессор ЦНИИ организации и информатизации здравоохранения Минздравсоцразвития. В составе группы российских медиков она проводила комплексное исследование на тему подростковой смертности в России.
По словам А.Ивановой, чтобы инициатива не погрязла в формализме, чиновникам следует обратиться к опыту других стран, где программы по предотвращению суицидов доказали свою эффективность. Сюда можно отнести организацию служб, которые бы оказывали медико-социальную помощь подросткам, создание специальных соцсетей, где они могли бы получить поддержку в трудной жизненной ситуации. «И конечно, нельзя сразу пытаться принимать меры повсеместно. Эксперимент, если мы говорим о школах, должен проводиться постепенно и не везде, чтобы посмотреть, насколько он эффективен», - отметила профессор.
С ней согласен и уполномоченный по правам ребенка в Москве Евгений БУНИМОВИЧ: «Проблема подростковых самоубийств слишком серьезная, единичными мерами ее не решишь». Он подчеркнул, что ПОДХОД К НЕЙ ДОЛЖЕН БЫТЬ СИСТЕМНЫМ - НА УРОВНЕ ШКОЛЫ, ДОСУГА, СЕМЬИ. Бунимович отметил, что для обеспечения занятости школьников существует целый спектр предложений, но он пока не видит у московских властей какой-то «внятной» программы.
Эксперт Всероссийского фонда образования Олег СЕРГЕЕВ назвал инициативу департамента образования ОТПИСКОЙ, ПРИЗВАННОЙ СОЗДАТЬ ВИДИМОСТЬ РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ. «Профилактика суицидов - это очень тонкий и деликатный вопрос, нельзя вот так рубить сплеча при решении этой проблемы. Этим не должны заниматься некомпетентные люди, - заявил он. - ЧИНОВНИКАМ ОТ ОБРАЗОВАНИЯ, СКОРЕЕ ВСЕГО, ПРИШЛО УКАЗАНИЕ ЗА КОРОТКИЙ СРОК ОТЧИТАТЬСЯ О ПРИНЯТЫХ МЕРАХ. Отсюда и поспешные заявления».
ПРОБЛЕМА ДЕТСКИХ СУИЦИДОВ ДОЛЖНА РЕШАТЬСЯ НА ГОСУДАРСТВЕННОМ УРОВНЕ, заявил специалист Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ) Бертран БЕЙНВЕЛЬ. «Должен быть принят целый комплекс мер, а школа в первую очередь должна научить ребенка, как самому защитить себя от ложной информации, от наркотиков, ВИЧ, как выстраивать отношения со сверстниками, - констатировал эксперт. - С подростками нужно работать через школьные культурные программы. Тут важна роль директора, учителей. Ребенок должен знать, что он может обратиться к кому-то в школе со своими проблемами».
*
По данным ЮНИСЕФ, в столице ежегодно происходит 4,9 самоубийства среди подростков на 100 тыс. жителей. В 2011 году Россия оказалась на третьем месте в мире по количеству подростковых суицидов, ее обогнали только Казахстан и Белоруссия. С начала года по столичному региону прокатилась волна самоубийств среди подростков. Одной из самых резонансных стала история гибели двух восьмиклассниц, прыгнувших с крыши многоэтажного дома в подмосковной Лобне. Всего по России с начала года счеты с жизнью свели полтора десятка подростков. На борьбу с самоубийствами среди детей власти собираются потратить в 2012 году 1,5 млрд рублей.
"Московские новости", 22 февраля 2012
http://mn.ru/society/20120222/312055884.htmlПримечание: выделение ПРОПИСНЫМИ - моё.
Елена ВРОНО, детский психиатр:
Как родителям и детям разговаривать с детьми о подростковом суициде?
Е. ВРОНО: Вы спрашиваете, как разговаривать, но не спрашиваете, разговаривать ли?
Разговаривать. Без всякого страха. И не считать, что эта тема, которую нельзя поднимать в разговоре с детьми, потому что, если я буду разговаривать со своим ребенком про это, я наведу его на эту мысль и подам ему такую идею. Сейчас, в особенности когда много разговоров об этих случаях, то нужно обязательно, конечно, разговаривать, имея ввиду, что подростки очень внушаемы. И если они с особенности узнают про детали произошедшего, про суть конфликта, который привел к суицидальной попытке, то очень большое искушение у подростков эту ситуацию примерить на себя и разрешить свою, сходную, ситуацию таким же образом.
Подросток смерти не боится. Он жизнь ценит очень мало, именно потому что он подросток. Он выглядит незрело. А ощущение ценности человеческой жизни - это то, что постигает человек по мере взросления и психологического созревания. И поэтому решиться на такой опасный для жизни поступок подростку нетрудно.
А кроме того, суицидальное поведение - вещь вообще заразная ужасно. И по механизмам подражания подростки совершают очень часто. И дело даже не в том, что эти случаи ужасные происходят. А дело в том, что они составляют информационный повод для всех абсолютно. И молчать про это нельзя. Но есть большая опасность того, что подростки просто по своей внушаемости станут подражать. Они и подражают.
Никакой, кончено, нормальной беседы ни у учителя, ни у родителя с ребенком произойти не может, если нет взаимопонимания, если нет близости, если нет взаимного интереса. Натужно, по заказу, в рамках кампании эти разговоры не получаются. И поэтому пытаться сформулировать какие-то рецепты в рамках такого короткого разговора, было бы совершенно, с моей стороны, непрофессионально.
Нужно не бояться. Нужно не бояться спрашивать напрямую. Нужно не забывать повторять своему ребенку, что что бы ты ни сделал, что бы ты ни натворил, ты не перестаешь быть моим ребенком, мы с тобой близкие люди. И что бы ни произошло, не молчи, расскажи. И давай вместе думать, что с этим делать. Давай будем вместе.
Вот это главное, что должен ребенок-подросток от родителей услышать.
Не только тогда, когда его сверстники прыгают с 14 этажа, а тогда, когда возникает какая-то сложная жизненная коллизия. У подростка такая коллизия чаще всего возникает в школе, поскольку это основная сфера его деятельности. И родителям имеет смысл не торопиться солидаризироваться со школьной администрацией, когда даже выяснилось, что их ребенок натворил что-то совершенно нецелесообразное и непотребное. Но тем не менее все-таки помните о том, что он при этом не перестает быть вашим ребенком.
Вы знаете, если ребенок захочет, он сам вас спросит. Но нужно быть внимательным, потому что подростки очень часто о своих намерениях такого рода нас предупреждают. Как правило, когда ты говоришь с подростком, который совершил суицидальную попытку, но остался жить, по счастью, он всегда вам скажет: я предупреждал, меня никто не слышал.
Это могут быть как будто бы «случайно» забытые на виду записки, дневники. Полистайте. Хотя это нарушение, разумеется, privaсy. Но тем не менее… Это могут быть как будто бы случайно, но забыл человек закрыть страничку сайта в интернете, на которой подробно рассказывается, как можно удобно и безболезненно покончить с собой.
Сайтов теперь таких полно. И любопытство к ним подростки испытывают всегда. Но когда у них что-то происходит, то тогда это любопытство оборачивается попыткой составить план с помощью такого сайта. И если вы видите и к тому же если вы замечаете, что подросток изменился, его поведение изменилось, он стал другой, - присматривайтесь, прислушайтесь! Старайтесь быть рядом!
"Эхо Москвы", 16.02.2012
http://www.echo.msk.ru/programs/beseda/859572-echo/ СМ. ТАКЖЕ:
Евгений ЯМБУРГ о проблеме подросткового суицида
http://loxovo.livejournal.com/3069648.html