Нефть и жизнь

Dec 16, 2010 02:40

Если каждый советский человек с детства знал, что всем, что у него есть, он обязан Партии (и лично дорогому Х…Х-чу), то всякий россиянин уверен, что за рост своих доходов он обязан благодарить исключительно Нефть и ее мировую цену. Так-то оно, может быть, в общем и целом так, но занудства ради нелишне уточнить, в каких единицах и по отношению к каким доходам меряются эти доходы. Сила благодарности в зависимости от этого может оказаться совершенно разной.

Доходы для внешнего и внутреннего пользования


Слева - доходы, выраженные в «реальных» (т.е. с поправкой на инфляцию в США) долларах, и тут их связь с ценой нефти более чем очевидна. Рост цены нефти на 1% увеличивает ваши долларовые доходы в среднем на ¾ %, если вы - среднестатистический россиянин*. Рубль, будучи типичной «сырьевой» валютой, укрепляется примерно пропорционально экспортной выручке от нефти. Ну, а размывают эту пропорциональность - на графике видно, что она все-таки не очень строгая - потоки капитала, стратегия накопления валютных резервов и ситуация на других, не нефтегазовых экспортных рынках (ну, это, пожалуй, в последнюю очередь, поскольку вес не нефтегазового экспорта у нас скромен и составляет в нынешнем году примерно 42%, считая экспорт услуг).

Но для кого из нас существен рост долларовых доходов? Очевидно, что он очень хорош, если человек вдруг «в загранкомандировку от завода угодил», особенно, куда-нибудь в США или какую-нибудь страну «долларовой зоны» вроде Эмиратов. Важно это и при покупке импортных товаров. Например, если сегодня вы можете купить иномарку ценой в годовую зарплату, то вашему отцу в условиях декабря 1993 года пришлось бы трудиться ради такого чуда без еды, питья и прочих удовольствий 16.7 лет (а среднестатистический советский человек на тех же условиях с трудом уложился бы во всю свою трудовую жизнь, не говоря уже о том, что совершая такую сделку, он тут же попал бы в поле зрения компетентных органов).

Однако во многих других случаях, особенно когда мы делаем покупки продукции внутренне ориентированных (non-tradable) отраслей - а таких покупок большинство, например, покупаем билет на поезд, или в самолет, оплачиваем коммунальные услуги или покупаем квартиру, долларовый эквивалент наших доходов не так важен, или, лучше сказать, совсем неважен. Поэтому для оценки того, как изменились наши доходы по отношению ко всей совокупности расходов, которые мы делаем внутри родной страны, надо смотреть на них в рублях постоянной покупательной способности (ППС), т.е. скорректированных на индекс цен, который учитывает как импортную, так и отечественную составляющие потребления. И тут связь реальных доходов с ценой нефти, выраженной в тех же рублях постоянной покупательной способности, оказывается не столь уж резко выраженной. Эластичность реальных доходов по цене нефти незначима (иными словами, изменение цены нефти само по себе никак не повлияет на ваш доход в несколько ближайших месяцев), корреляция невелика, и максимальна она при двухгодичном лаге, характеризующем некий период «просачивания» выросших нефтяных цен в кошельки к российскому потребителю.

Почему при мЕньшей цене нефти возможны бОльшие доходы?

Для иллюстрации факта неоднозначной, инерционной и сильно лаггированной зависимости реальных доходов от цены нефти можно сравнить нынешнюю ситуацию с началом 2000 года. Тогда реальные доходы населения были практически минимальны, в 2.6 раза меньше теперешних, а цена нефти в рублях ППС тогда на 10-15% превышала нынешнюю. Возникает вопрос, как вообще смогла работать наша экономика при столь разных параметрах? Главная причина, конечно, в довольно мощном экономическом росте, до 2004 года - преимущественно экспортно-ориентированным (экспорт той же нефти вырос за 2000-04 годы в физ.объеме вдвое), начиная с 2005 - внутренне-ориентированном, опиравшимся на строительный и торговый бумы. В результате кризиса, экономика, конечно, откатилась. Но недалеко, всего лишь на 2-3 года назад.

Еще одна важная причина - состояние бюджета и потоков капитала. Оно, в частности, объясняет, почему в эпоху, обозначенную на графиках как «Тандем», реальные доходы не падают, а даже немного растут, несмотря на сравнительно недорогую нефть и спад в экономике против уровня, с которого она стартовала.

К 2000 году в результате девальвации рубля и последующей инфляции уровень доходов населения упал до столь низкого уровня, что экономика могла функционировать при более менее нормальной загрузке мощностей лишь за счет грандиозного вывоза капитала. Уровень внутренних сбережений примерно на 20% ВВП превышал объем внутренних инвестиций. Что не успевал вывезти за рубеж частный сектор, то вывозилось централизованно, через рост валютных резервов ЦБ. (Стабфонда в номинированном в валюте виде тогда еще не было, но это и не важно, бюджетный профицит в любом случае играет ту же роль, формализованные суверенные фонды лишь задают «бюджетные правила» использования налоговых сверхдоходов.)

Если бы властям каким-то образом удалось тогда пресечь утечку частного капитала, осуществлявшуюся главным образом в форме «серого», нелегального вывоза, производство немедленно рухнуло бы на 10-15%, поскольку на эти проценты ВВП в стране не нашлось бы дополнительного спроса - ни потребительского, ни инвестиционного. Можно заметить попутно, что примерно та же участь сегодня ожидает сегодня Китай, если вдруг каким-то чудом решится проблема глобальных торговых дисбалансов, и китайцы перестанут экспортировать капитал в грандиозных дозах.

Специфика современного развития такова, что бедные страны с низким уровнем доходов населения (центры производства) могут нормально расти, лишь кредитуя богатые (центры потребления). Это своего рода глобализированная «теория праздного класса», лишь благодаря наличию которого было возможно экономическое развитие в 19-ом веке. Восстановление справедливости, а оно непременно произойдет, приведет к обрушению всей фантастически эффективной современной конструкции мировой экономики, а что вырастет на ее месте - бог весть. Но не будет отвлекаться на эти абстрактные размышлизмы.

Перпетуум-мобиле бюджетного дефицита

В эпоху «Тандема» сложившийся при более высоких ценах и объемах производства уровень реальных доходов населения поддерживается за счет резкого перехода от профицита бюджета к его дефициту. (Во всяком случае, до того, как ближе к концу прошлого года возобновился какой-никакой экономический рост.) Почему такое возможно? Ведь бюджетный дефицит - это, как хорошо известно, лишь другая форма дополнительного налогообложения, государство не тот орган, который умеет делать что-то из ничего.

Частные сбережения, необходимые для покрытия дефицита, должны будут вырасти. Либо в форме «инфляционного налога», если рост дефицита приводит к разгону инфляции и вы должны, чтобы угнаться за выросшим номиналом покупок, увеличить остатки обслуживающих их денег. Либо в виде роста депозитов, облигаций, отказа от кредитования и возврата ранее взятых кредитов. Именно этот процесс «отката» (не в смысле «распила»!) после кредитного бума, в результате которого норма личных сбережений выросла почти втрое, и удерживает реальные доходы на достигнутом уровне, и даже позволяет поддерживать некоторый, правда, малозаметный, их рост. И не только у нас одних.

(Добавка для не экономистов.) По Кейнсу, именно на этом эффекте дополнительного бюджетного дефицита, а именно - компенсирующем его росте частных сбережений и основывается стимулирующее «выталкивание» угодившей в кризисную яму экономики. Хоть сами сбережения и вырастут, но население постарается сохранить их норму постоянной (точнее склонность к ним, как функцию доходов), а это значит, что должен будет вырасти уровень доходов и производства. Конструкция весьма причудливая, и вокруг этой сильной гипотезы - неизменной склонности частного сектора к сбережениям (на ней держится существование фискального мультипликатора) - было сломано много копий лет 40-50 назад.

Нынешний мейнстрим состоит, кажется в том, что какой-то краткосрочный импульсный эффект бюджетного стимулирования, пожалуй, может иногда иметь место из-за «заторможенных» реакций потребительского поведения и цен. Статистический анализ тоже говорит о том, что «кое-где у нас порой» снижение налогов или дополнительные бюджетные расходы (link от kar_barabas)могли оказывать позитивное влияние на ускорение роста «застрявшей» в рецессии экономики (если везло).

* Считается регрессия вида ln(доходов)=a*ln(цены нефти)+b*t+с на интервале дек.1993-нояб.2010, для него же приведены и к-ты корреляции. Период 1992-93 гг. отброшен как переходный и нехарактерный, что видно и по «зашкаливающим» кривым на графике.

Нефть, Потребление

Up