Моё
интервью «Комсомольской правде».
«На глянцевую обложку мне пеняют те, кто не разобрался в проблеме»
![](http://www.tinakandelaki.ru/media/photo/tina_kandelaki-photo-2011.jpg)
- Тина, в Сети ходят упорные слухи, что вскоре вы окончательно променяете эфир на госслужбу. Теперь вот еще заговорили о том, что вы станете банкиром. Это как понимать?
- Я, правда, вошла в совет директоров «Вятка-банка». Но говорить подробно на эту тему можно будет только во время официальной пресс-конференции. А по поводу слухов, так обо мне пишут многое. В конце концов, по слухам из того же интернета, я много лет беременна (смеется). Телевидение для меня всегда было и есть одним из самых главных способов самовыражения. Отказываться от эфира я пока не готова.
- Новость про банк появилась буквально вчера. И еще не успела обрасти скептическими откликами. Но вот после как заговорили о том, что вы можете занять кресло чиновника, у многих к вам появились резкие вопросы. Например, в блоггах пишут: «Вам не кажется, что обсуждать проблемы образования и решать их - разные вещи?» Все-таки, лицо с глянцевой обложки в государственном кабинете воспринимается несерьезно...
- Чаще всего на «глянцевую обложку» мне пеняют те, кто сам не разобрался в проблеме. Они видят только внешнюю сторону, обращая внимание на сочетания слов «реформа», «образование» и «Тина Канделаки», а сами не читали ни законопроектов, ни предложений по реформе и по новым стандартам. Но я не вижу смысла сражаться с «ветряными мельницами». Для меня ценно участвовать в усовершенствовании школьной системы. Поэтому я этим занимаюсь. При этом данная возможность есть у каждого желающего - министр образования Фурсенко неоднократно призывал принимать участие в обсуждении реформы.
- С трудом верится, что вас не задевают резкие суждения...
- Я уже давным-давно не обращаю внимания на неконструктивную критику. Нет времени. Просто продолжаю делать свою работу. Инициировать диалог между людьми, которые никогда не пересекаются между собой, - это труд. И круглые столы в Общественной палате как раз организуются затем, чтобы свести разных участников процесса: чиновников, преподавателей, бизнесменов.
- В прошлом году вы проводили несколько круглых столов. Один из них по информатизации школ. Звучит красиво. Но что конкретно вам удалось сделать, придумать или внедрить?
- Не стоит забывать: я не являюсь представителем власти. У меня нет ни бюджетов, ни полномочий, чтобы организовывать глобальные государственные проекты самостоятельно. Я могу лишь предлагать инициативы и планы их реализации. Если конкретно: я много езжу по стране, посещаю разные школы, изучаю их опыт, общаюсь с педагогами и детьми. В марте, например, по приглашению президента вместе со своей командой посетила Казань. В одной из местных школ мы организовали игру-workshop «
Построй свою идеальную школу». Детям эта игра понравилась. Но приятнее было то, что она понравилась и представителям местного Министерства образования. Они тоже участвовали в игре. В ближайшее время планирую посетить школы Кирова. А к сентябрю подготовлю большой документ, который подам на рассмотрение в Министерство образования. Он будет основан на реальных претензиях, которые озвучивают педагоги, родители и сами школьники.
«Быть аксессуаром богатого мужчины? Не смогу!»
- Образ дамы в дорогом костюме, сидящей в машине с мигалкой... А дальше? Вы можете описать, что в вашем представлении - «чиновница нашего времени»?
- Сейчас я занимаюсь общественной деятельностью и не мыслю категориями «пойти во власть, чтобы получить машину с мигалкой». Это просто смешно. Меня больше интересует вопрос улучшений, которые можно принести, и которые позитивно скажутся на жизни нашей страны. Создавать гораздо интереснее, чем воровать. А вообще, вы знаете, в жизни многие социальные статусы не соответствуют стереотипам. Например, когда я шла работать на телевидение, меня пугали тем, что телевизионная карьера делается через постель. Сегодня, спустя много лет, я могу вас уверить: если вы работаете на телевидении, то времени на постельные истории у вас просто нет. Для того, чтобы по-настоящему чего-то добиться в этой сфере, нужно быть в первую очередь рабочей лошадью. Примеров, когда на телевидение попадали по протекции, и потом бесследно исчезали, - огромное количество. То же самое касается и власти. Женщинам, работающим во власти, приходится сочетать семью с уровнем ответственности, который выдержит не каждый мужчина.
- В том-то все и дело! Но видно же, что вас интересует карьера влиятельной государственной дамы. В противном случае вышли бы замуж за состоятельного мужчину, занимались бы ремонтом какого-нибудь дворца в Монако. На детей, в конце концов, оставалось бы больше времени…
- Любопытно, что даже в этом случае вы предлагаете мне не яхту в Средиземном море и ничегонеделание, а ремонтные работы! Интересная оговорка...
- А это не оговорка. Чувствуется, что ничегонеделание - не ваш профиль. Читаю твиттер: в восемь утра у вас бальные танцы, в двенадцать - интервью, в пять вечера - совещание, в девять вечера - дети, в 23.30 вы засыпаете... И так месяцами. А потом удивляетесь, что в Сети пишут, что вы - биоробот.
- Дети не только в девять вечера. Все свое свободное время я трачу на Меланию с Леонтием. А если появится мужчина, мне придется тратить время еще и на него.
Как это сделать без ущерба для детей и работы? Я пока не представляю. Впрочем, я, правда, люблю ремонты и делаю их качественно (смеется). Но что касается Монако и нового мужа, я себя в этом качестве не вижу. Ярким аксессуаром богатого мужчины быть просто не смогу как в силу положения, так и собственных амбиций.
- Леонтий и Мелания - школьники. В каких школах они учатся?
- Мои дети всегда учились в обычных школах. Каждый раз учебные заведения выбирались по принципу близости к дому. Правда, в случае с последней школой мы сделали исключение - она находится чуть дальше от дома, чем хотелось бы.
- А что это за школа, если не секрет?
- Муниципальная школа №2030. Я перевела в нее Леонтия и Меланию в этом году. Мне симпатичны педагоги этой школы. Они понимают, что дети приходят в школу не только за знаниями, но и научиться применять эти знания в жизни. Обратите внимание на детей: сегодня из-за распространения высоких технологий происходит банальная девальвация человеческих отношений. Дети предпочитают виртуальное общение живому! Это проблема нынешнего поколения, которая может еще нам всем аукнуться. Педагоги Мелании и Леонтия это понимают. Они развивают детей не только интеллектуально, но и эмоционально.
Мне кажется, сегодня школьный процесс во многом поставлен на конвейер. Дети слишком много времени проводят за партой, хотя в случае заинтересованности педагога могли бы осваивать материал в более живой обстановке. К примеру, почему бы не проводить уроки литературы в литературных музеях? В Великобритании этот способ очень популярен. Образование не должно быть изолированным в четырех стенах.
«От детей я слышу имя Стива Джобса чаще, чем имя учителя»
- Многие родители, далекие от министерских кабинетов, где все могут разъяснить, в панике. Тина, скажите честно, вот ваша мама, бабушка Леонтия и Мелании, понимает, о чем конкретно идет речь, когда из телевизора звучит фраза: «Реформа образования»?
- Разумеется, она не понимает. Просто этот закон написан таким языком, что разобраться в нем крайне сложно. Сегодня его не понимает большинство. Это одна из причин, по которым я считаю необходимым публичное обсуждение закона.
- Может быть, это одна из причин, по которой люди считают, что лучше бы оставили все как есть и не трогали «самое лучшее советское образование в мире»?
- Всегда есть новаторы и ретрограды - от этого никуда не денешься. Советское образование было, что называется, фундаментальным, давало внятную систему координат, в которой можно развиваться. Но не надо забывать, что советская система образования была встроена в другую экономическую модель. Старая образовательная система не подходит детям, выросшим на компьютерах. И Мелания, и Леонтий начали читать с пяти лет, а осваивать компьютерную грамоту стали уже с шести. Сегодня от детей я слышу имя Стива Джобса (основатель корпорации Apple - ред.) гораздо чаще, чем даже имя любимого учителя. Не буду скромничать, я много работаю и достаточно зарабатываю, чтобы позволить себе те вещи, которые мне нравятся. А нравятся мне больше всего не бриллианты, а гаджеты. Вряд ли Джобс представляет, сколько отчислений ему приходит из России от одной отдельно взятой семьи. Каждый праздник мы покупаем что-то новое. Неудивительно, что Мелания и Леонтий так хорошо разбираются в гаджетах. Иногда кажется, они уже во многом превосходят меня. Как мама, я вижу, что изменения неизбежны. А вообще, конечно, это исключительно российская тенденция - никогда не поддерживать изменения, а если они все же происходят, то пытаться завершить их как можно скорее. Ломать - не строить. Мы уже столько раз ломали, а потом впопыхах придумывали что-то новое, что наверное должны понимать: с системой образования это не пройдет. Нужно изучить опыт других стран, взять из него лучшее. Во Франции, к примеру, реформа науки и образования с большим трудом проводится с 2005 года. Уже шестой год пошел. Она постоянно буксует и дается им крайне нелегко. Все нововведения в лучших традициях французов сопровождаются масштабными протестами учителей, директоров, студентов. Знаете, например, почему бастовали педагоги? Правительство пыталось ввести переподготовку среди преподавателей лицеев. Не самая глупая, согласитесь, инициатива. Но очень масштабная. Мы, по сравнению с ними, пока обходимся малой кровью. Хотя, может, еще рано так говорить.
- Вы с детьми обсуждаете, например, какой они видят школу будущего?
- Для Мелании и Леонтия школа будущего - это область научной фантастики. На компромиссы они не согласны (улыбается). Не думаю, что школы будущего будут элитными. Не исключено, что они вообще будут виртуальными, и дети сами будут решать, где они хотят учиться - в США, Великобритании или России. Когда Интернету исполнится сто лет, его влияние на общество будет настолько глобальным, насколько не могли предположить ни фантасты, ни футурологи. Я уверена.
- Какие страхи, связанные с нынешней реформой образования, есть лично у вас как у мамы?
- Что такое страх? Мы же не развязываем войну, не призываем к революции, чтобы этого бояться. Лично я пытаюсь бороться за то, чтобы образовательный процесс в большей степени был рассчитан на активность учеников, чтобы учеба в школе не превращалась для них в «лямку на 10 лет», как в старом анекдоте. Я верю в то, что если система образования начнет более тесно сотрудничать с бизнесом, то это даст ей возможность разбавить сухую теорию живой конкретикой, которой сегодня так не хватает школьникам и студентам. Как мама я хочу, чтобы мои дети получили хорошее образование в своей стране, и как общественный деятель я прикладываю для этого все усилия.
- Вам не кажется, что «Закон об образовании» нужно как минимум перевести на русский язык. Понятным языком объяснить, о чем спор. Вы предлагали это на заседании в Общественной палате?
- Должна вам признаться, что когда мы с моей командой из «Апостол Медиа» начали изучать этот закон, то он оставил у нас гораздо больше вопросов, чем ответов. Но переписать «Закон об образовании» не так-то просто, поскольку это стандартный текст, принятый в российском законотворчестве. Именно по этой причине необходимо перевести обсуждение в ту плоскость, которая будет понятна всем людям, независимо от их социального уровня, достатка и образования. Я как раз и работаю над тем, чтобы привлечь к диалогу широкие массы людей. На это нацелены и круглые столы в Общественной палате.
- Что лично вы, будь такой шанс, изменили бы в образовании, исходя из своих наблюдений и личного опыта?
- Вы знаете, изменить хотелось бы очень многое, и, к сожалению, никаких слов не хватит для того, чтобы описать все. Но в первую очередь необходимо задуматься о подходе педагогов к детям. По статистике, в среднем в современной семье родители общаются с ребенком лишь около 15 минут в день. Большую часть времени он проводит именно с педагогом. И неправильно, когда детей учат люди, которые недовольны своей жизнью.
- Тина, у Вас как у матери двоих детей есть принципиальные позиции в отношении реформы образования, по которым просто не может быть компромиссов? Например, образование в школах должно быть бесплатным. И точка.
- Министр образования Андрей Фурсенко уже рассказал во время участия в «Нереальной политике», что никто не собирается делать образование платным. Существует медицинская норма по нагрузке: 36 часов в неделю. Все учебные часы в рамках этой нормы будет оплачивать государство. И лично меня здесь волнует вопрос, что за часы это будут - 36 часов отдыха от ребенка или 36 часов, которые сделают из него полноценного члена нашего общества? К сожалению, ответ на него я пока не получила.
- Вы уже думаете, в какой вуз будут поступать Мелания и Леонтий?
- Дети довольно часто выбирают вуз на основе амбиций своих родителей. Я эти ошибки повторять не намерена. Стараюсь поддерживать интересы Мелании и Леонтия. Например, когда Лео захотел играть на гитаре, он получил возможность этому учиться. А когда у Мелании появилось желание освоить пианино, я организовала ей уроки пианино. Мы уже очень много чего перепробовали. И, думаю, еще многое у нас впереди. Леонтий, вот, создал свою группу программистов. А Мелания - музыкальный коллектив. Но будет ли это делом всей их жизни, говорить рано. Ни в коем случае не продюсирую жизнь своих детей. Конечно, родители могут что-то посоветовать. Но современные подростки не настолько инфантильны, как были мы в их возрасте...
Раиса Мурашкина