Ребята, вчера на Эхе Москвы передавали разговор с Мустафой Джемилевым, целый час. И я слушала его с волнением, настоящим глубоким волнением. Я никогда прежде его не слышала и не видела. В диссидентские времена он был для нас иконой. Мы его любили, преклонялись перед ним, он был герой и мученик. А теперь он член Верховной Рады Украины. Как председатель меджилиса он также член многих международных структур. Там прислушиваются к нему, уважают его как человека, пострадавшего за свои убеждения. Сейчас ему запрещен въезд на территорию России, включая Крым. Он опять отлучен, изолирован от своего народа, для которого он безусловный лидер. Конечно, он считает присоединение Крыма оккупацией и сегодняшнюю крымскую власть - оккупационной властью. Он и его народ ведут летопись злодеяний этой власти, нарушений ею законов и прав человека. Но я не собираюсь пересказывать то, что сказал Мустафа Джемилев на Эхе Москвы. Я просто хотела поделиться с вами. Услышать Мустафу Джемилева - это событие в моей жизни.
Я хочу поговорить еще об одной передаче на Эхе Москвы. Владимир Лукин в студии Эха Москвы рассказал о том, как он освобождал заложников - наблюдателей ОБСЕ в Славянске. Переговоры Москвы с так называемым народным мэром Славянска были кем-то подслушаны и выложены в Интернет. Первое, о чем спросил Лукина ведущий, это о том, не фальшивка ли то, что выложено в Интернете, подлинные ли это переговоры. Лукин сказал, что подлинные. Ведущий сказал, что это было похоже на переговоры с террористами, что Москва может давать распоряжения террористам. Лукин ответил только, что таких определений как террористы мы избегаем. Дальше шла речь о том, как происходило освобождение заложников, и Лукин сказал, что термины заложники мы тоже избегаем: заложники - это те, кого обменивают на кого-то или на что-то. Ведущий сказал, что вроде сепаратисты и захватили их с целью обмена. Лукин объяснил, что действительно такая цель у них была, но мы уговорили их отпустить наблюдателей ОБСЕ без выкупа и теперь нельзя считать, что они были заложниками. Выходит, главные проблемы здесь - проблемы терминологии, т.е. не политические, а лингвистические.
Дальше ведущий спросил, как Лукину показалось: этот народный мэр и его окружение - самостоятельны ли они или ими кто-то управляет? Лукин сказал: ему показалось -самостоятельны. Это несколько противоречило сказанному прежде. По указанию Москвы сепаратисты, во-первых, отпустили заложников, а во-вторых, отпустили без выкупа. Где же их самостоятельность?
Еще Лукин рассказал, что по дороге в Славянск они проехали много блокпостов сепаратистов и везде их пропускали беспрепятственно, ни о чем не спрашивая и ничего не проверяя. А украинский блокпост они проехали только один и там их остановили, расспросили и проверили документы. По мнению Лукина это доказывает, что сепаратисты настроены более мирно, чем украинцы. Но дело вовсе не в мирном или не мирном настрое. Сепаратисты получили указание, мы знаем от кого, пропускать миссию Лукина. Украинцы такого указания не получали, ничего о миссии Лукина не знали, поэтому проверяли.
А теперь я, со свойственным мне тупым занудством, ставлю пост месячной давности. Нельзя сказать, что он совсем устарел, кризис продолжается. К тому же, хочется подвести итоги, что же мы получили и что мы потеряли.
Вернемся к Крыму и начнем все сначала.
В 1954 году Хрущев не подарил Крым Украине, а навязал его украинскому республиканскому руководству, которое сопротивлялось, как могло. В это время в Крыму была настоящая катастрофа экономическая и чуть ли не гуманитарная. Хрущев решил, что справляться с этой катастрофой сподручнее УCCР, которая граничит с Крымом, чем Российской Федерации, которая далеко.
В Крыму привлекательна только узкая полоса берега Черного моря - ЮБК (южный берег Крыма), а остальное - засушливая степь. Крым всегда был дотационным регионом, его всегда нужно было кормить. В 1933 году Мандельштам писал:
«Холодная весна. Голодный Старый Крым,
Как был при Врангеле - такой же виноватый.
Овчарки на дворах, на рубищах заплаты,
Такой же серенький, кусающийся дым».
В советское время Крым был популярен, как «Всесоюзная здравница». Выехать из страны тогда было невозможно, а в стране у нас была только маленькая точка сухих субтропиков - Крым, и влажных субтропиков на Кавказе. Вот и все наши теплые курорты. В последнее время популярность Крыма, как место отдыха, снизилась. Поехать отдыхать в Турцию дешевле и условия отдыха - комфорт, обслуживание, там лучше. И достопримечательностей больше. А если заплатить чуть дороже, то можно поехать на Балканы, в Италию, Испанию. В Таиланд можно поехать, там обезьяны по пляжу бегают. Весь мир теперь открыт (пока открыт, все может измениться в одночасье).
Курортное значение Крыма невелико и оно будет снижаться. В советском Крыму, да и в украинском, мы отдыхали в основном «дикарями». Для жителей Южного берега Крыма море и климат были неисчерпаемой рентой, которой должно было хватить им, их детям, внукам и правнукам. На весь курортный сезон они сдавали свое жилье отдыхающим, а сами переселялись в сараюшки. Это было выгодно им и удобно нам, отдыхающим, отдых получался недорогой. Но теперь я думаю, что, скорее всего все изменится. Эти изменения начались и в украинском Крыму, а теперь они ускорятся. Понаедут богатые люди из России, скупят берег со всеми частниками и их сараюшками, понастроят курортных гостиниц так, что индивидуальному отдыхающему и к морю подойти будет невозможно. Отдых станет дорогим, а качество его не улучшится, так что Крым для отдыхающих потеряет смысл.
Крым имеет стратегическое значение. Это важно, если все время живешь в ожидании войны. Нам нравится жить в ожидании войны, мы сами провоцируем напряженность, она помогает власти решать внутренние проблемы.
Мы говорим, что крымчане десятилетия мечтали о вхождении в Россию, но факты этого не подтверждают. Русская партия, которой руководил Аксёнов, в течение 20 лет на всех выборах набирала не больше 4% голосов. Так что желание войти в Россию у них появилось тогда, когда им объяснили, что в России их ждет богатство и все радости, которые связаны с богатством. Они поверили. И опять же ностальгия по Советскому Союзу, где они были всесоюзной здравницей.
Более 12% населения Крыма - крымские татары. Они не простили депортации и хотя депортировали их в Советском Союзе, они рассматривают Россию, как наследницу СССР. Как видите, они не клюют ни на какие посулы. На украинцев у них обиды нет. Их лидеры сидели в лагерях вместе с украинцами - сторонниками независимого украинского государства и вместе с советскими диссидентами. Мустафа Джемилёв в лагере пересекался с Сергеем Адамовичем Ковалёвым. Словом, деятели татарского национального движения и украинского национального движения знакомы, мыкались по одним лагерям, страдали вместе. Идея запретить Мустафе Джемилёву въезд в Крым - это вообще нечто чрезвычайное. Этого замечательного человека уважают не только его соотечественники - крымские татары, он известен всему миру.
До сегодняшнего дня крымские татары были равнодушны к идеям радикального ислама, но ситуация может измениться. На беду мы поссорились с когда-то дружественными арабскими государствами из-за того, что поддерживаем Башара Асада. И теперь эти страны устанавливают связи с крымскими татарами. А денег у них немерено, не то, что у нас. Так что возможно мы получим в Крыму еще один очаг радикального ислама, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Я слышала об этом от эксперта по военным делам. Не доверять ему - у меня нет оснований. Об этом не говорят и не пишут, но соответствующие службы об этом хорошо осведомлены.
Что касается экономических санкций со стороны США и Евросоюза, то я полагаю, что серьезных санкций не будет. Я высказывала такое предположение в самом начале украинского кризиса, и развитие событий подтвердило, что предположения мои были верны. Есть много причин, затрудняющих введение таких санкций. В демократических странах решение не принимает один человек, как у нас. Там много людей, представляющих различные интересы, должны собраться, все обсудить, рассчитать и просчитать, выработать общее мнение и уже на основании этого мнения принять решение. На это нужно много времени. Но это не главное. В демократических государствах между государством и народом существует некий общественный договор, чего в России не было никогда. Если власть нарушит этот договор, то она перестанет быть властью: на ближайших выборах ее не выберут, а могут переизбрать и досрочно. Поэтому тамошние политики не могут не думать о том, какие убытки понесет их страна в связи с санкциями. Они вовсе не уверены, что их обыватель будь то француз, или немец, или американец согласится отказать себе в чем-нибудь, что он привык потреблять, ради каких-то украинцев. Обама уже объяснил американцам, что санкции против России ухудшат их положение, ухудшат немного, совсем чуть-чуть, но американцы должны подумать, согласны ли они на это ухудшение. А то, что остановить Путина необходимо ради общей безопасности, как-то не всеми осознается.
Европейские страны вооружали Гитлера до самого 1939 года - года начала войны. По Версальскому договору Германия не имела права вооружаться, но она вооружалась тайно. Европа снабжала Гитлера не прямо вооружением, а всем необходимым для его создания: двигателями для танков, двигателями для самолетов и пр. Сколько Черчилль ни кричал о том, что эти поставки нужно прекратить, что Германия вооружается - его никто не слышал, не понимал, не верил. Потому что понимать и верить было не выгодно. Немцы за все хорошо платили, эта плата обеспечивала общее благоденствие, и отказываться от него из-за неясной угрозы как-то не хотелось. И сейчас Ангела Меркель записала Путина в неадекватные, и почему из-за этого неадекватного должны страдать ее немцы.
Серьезными санкциями было бы эмбарго на российскую нефть и газ - но ведь это же убытки. Я убеждена, что французская компания не захочет отказаться от строительства для России авианосцев, то есть в ситуации, близкой к военной, будет продолжать вооружать Россию. Говорят, история учит только тому, что она ничему не учит. Так оно и есть.
К тому же, как не покажется это странным, никто не хочет, чтобы страдал русский народ, который ни в чем не виноват. Поэтому санкции вводятся конкретно против тех, кого считают виновниками. Но я бы не сказала, что народ ни в чем не виноват. Он восторженно поддерживает Путина не только в вопросе об Украине, но и в его гегемонистских стремлениях, неожиданно проявившихся. Даже на страницах нашего ЖЖ пишут: «Даёшь Дарданеллы! Один бомбовый удар и Дарданеллы наш». Настоящие поджигатели войны, и повылезали они на призыв Путина. В 20-м веке две Мировые войны начали немцы, похоже, 3-ю Мировую войну хотят начать русские. На ошибках немцев не хотят учиться.