Из бесед Сталина с министром иностранных дел Японии в марте - апреле 1941 года

Apr 05, 2023 07:00



12 марта 1941 года министр иностранных дел Ёсукэ Мацуока выехал в Европу .

Отправляясь в Москву, он имел полномочия заключить с советским руководством пакт о ненападении или нейтралитете, но на японских условиях.

3 февраля Координационным советом правительства и императорской ставки (Рэнраку кайги) был одобрен документ «Принципы ведения переговоров с Германией, Италией и Советским Союзом».


Документом в обмен на согласие Японии заключить пакт о ненападении предусматривалось вынудить советское руководство на серьезные уступки, а именно продать Японии Северный Сахалин и прекратить помощь Китаю.

На первой встрече с наркомом иностранных дел СССР Вячеславом Молотовым Мацуока сообщил, что формальная цель его поездки в Европу - установление личных контактов с Гитлером, Риббентропом, Муссолини и Чиано (министром иностранных дел Италии).

Он сказал о своем нежелании создавать впечатление, что его поездка связана с переговорами с СССР.

В завершение беседы японский министр выразил пожелание встретиться со Сталиным, как он заявил, «даже сейчас».

К его удивлению, эта просьба была тотчас удовлетворена. Молотов в присутствии Мацуоки позвонил по телефону Сталину и сообщил, что «Сталин может быть через десять минут».



Ниже приводятся выдержки из записи беседы И.В. Сталина с Мацуокой в Кремле 24 марта 1941 года, которая долгое время хранилась в сталинском архиве.

Мацуока стал разъяснять советскому вождю существо… «японского коммунизма». Он говорил:

«Как известно, в Японии верховная власть находится в руках Тэнно. На иностранный язык Тэнно обычно переводится как император. Однако, это неверно, ибо в Японии уже давно коммунизм, и я бы назвал его моральным коммунизмом.

В японской семье то, что принадлежит, например, старшему сыну, принадлежит также и младшему сыну. Все имущество и жизнь подданных принадлежат Тэнно, и никто об этом не жалеет.

Далее, например, сравнительно небогатый человек, видя какого-нибудь бедного мальчика, дает ему денег на учебу и, таким образом, оказывает свое посильное содействие».

«На вопрос тов. Сталина, не есть ли это путь императора, Мацуока говорит, что Тэнно - это государство, и все принадлежит ему. Англосаксонские традиции нанесли ущерб Японии, а промышленный переворот затормозил развитие морального коммунизма.

Однако, сейчас, продолжает Мацуока, создалась группа лиц, правда, незначительная, которая стремится распространить свои принципы на все великое азиатское пространство и которая называет принцип своей политики японским словом Хаккоицю (Хакко ити у - «Восемь углов под одной крышей». - А.К.), что в переводе означает всемирный мир, основанный на справедливости.

Все это, указывает Мацуока, имелось и раньше, но было ущемлено капитализмом и либерализмом, поэтому сейчас мы выдвигаем лозунг - долой капитализм и индивидуализм.

Но для этого необходимо уничтожить англосаксов. С этой целью, добавляет Мацуока, был заключен Пакт трех держав (Тройственный пакт Германии, Японии и Италии. - А.К.), при заключении которого не считались с мелкими интересами».

«После этого Мацуока говорит, что если тов. Сталин понимает, что он хочет сказать, и если у советской стороны будет соответствующее понимание и желание идти вместе, то мы, заявляет Мацуока, готовы идти рука об руку с вами.

При этом Мацуока выражает надежду, что до его возвращения из Берлина тов. Сталин сможет обдумать то, что сказал Мацуока.

Затем, касаясь японо-китайской войны, Мацуока говорит, что Япония ведет войну не с китайским народом, а с англосаксами, т. е. с Англией и Америкой.

Япония, продолжает Мацуока, ведет войну с капитализмом и индивидуализмом, а Чан Кайши является слугой англосаксонских капиталистов.

Поэтому японо-китайский конфликт нужно рассматривать именно под таким углом зрения. В связи со сказанным им Мацуока просит учесть намерения Японии в Китае».

«На вопрос тов. Сталина, должен ли он ответить сейчас, Мацуока заявляет, что он изложил лишь общую мысль и хотел бы, чтобы тов. Сталин подумал над теми вопросами, которые затронул Мацуока, и дал бы ответ после возвращения Мацуоки из Берлина.

Тов. Сталин говорит, что он может коротко ответить даже сейчас.

Мацуока говорит, что будет лучше, если тов. Сталин ответит после возвращения Мацуоки из Берлина.

Тов. Сталин говорит, что если Мацуока так хочет, то можно отложить и дать ответ после возвращения Мацуоки.

При этом тов. Сталин говорит, что какова бы ни была идеология в Японии или даже в СССР, это не может помешать практическому сближению двух государств, если имеется взаимное желание обеих сторон.

Со своей стороны тов. Сталин указывает, что ему известно, что никакая идеология не помешает тому, чтобы практически поставить вопрос о взаимном улучшении отношений.

Что же касается англосаксов, говорит тов. Сталин, то русские никогда не были их друзьями, и теперь, пожалуй, не очень хотят с ними дружить.

Далее тов. Сталин заявляет, что то, что в Японии хотят, чтобы государство стало контролером отдельных капиталистов, уже проделывается в Германии и Италии. Это хорошо. Государство только в том случае может усиливаться, если оно является полным контролером всего народа и всех классов.

Мацуока отвечает, что он глубоко убежден в том, что без уничтожения англосаксонской идеологии нельзя будет создать нового порядка, не считаясь при этом с мелкими интересами».

Как видно из содержания беседы, Мацуока пытался прозондировать позицию И.В. Сталина по поводу перспективы присоединения СССР в той или иной форме к Тройственному пакту.

При этом японский министр открыто предлагал в интересах «уничтожения англосаксов» «идти рука об руку» с Советским Союзом.

Развивая идею вовлечения СССР в этот блок, Мацуока опирался на сведения о состоявшихся в ноябре 1940 года в Берлине переговорах Молотова с Гитлером и Риббентропом.

Решение о нападении Германии на Советский Союз было принято Гитлером в конце июля 1940 года. «Россия должна быть ликвидирована. Срок - весна 1941 года», - сказал Гитлер 31 июля 1940 г. на совещании руководящего состава вооруженных сил Германии.

Поэтому предложение немцев советскому правительству присоединиться к Тройственному пакту можно рассматривать лишь как операцию по дезинформации, призванную усыпить бдительность Сталина, породить у него представление об отсутствии у Германии агрессивных намерений в отношении СССР.

Отсюда предложение Риббентропа уже в первой беседе в Берлине с Молотовым 12 ноября 1940 года «подумать о форме, в которой три государства, то есть Германия, Италия и Япония, смогли бы прийти к соглашению с СССР».

Во время бесед Молотова с Гитлером последний прямо заявил, что «он предлагает Советскому Союзу участвовать как четвертому партнеру в этом (Тройственном. - А.К.) пакте».

При этом фюрер не скрывал, что речь идет об объединении сил в борьбе против Великобритании и США:

«…мы все являемся континентальными государствами, хотя каждая страна имеет свои интересы. Америка же и Англия не являются континентальными государствами, они лишь стремятся к натравливанию европейских государств друг на друга, и мы хотим их исключить из Европы.

Я считаю, что наши успехи будут больше, если мы будем стоять спиной к спине и бороться с внешними силами, чем если мы будем стоять друг против друга грудью и будем бороться друг против друга».

В случае провала попыток привлечь СССР к борьбе с англосаксами путем вовлечения в Тройственный пакт предусматривалось заключить с Советским Союзом двусторонний пакт о ненападении или нейтралитете, чтобы вывести СССР из числа своих противников.

О попытках Мацуоки осуществить этот план во время состоявшейся 12 апреля 1941 года второй беседы со Сталиным расскажем в следующий раз.

*

Дипломатический блицкриг в Кремле

К истории пакта о нейтралитете с Японией



Покидая Берлин, министр иностранных дел Японии Ёсукэ Мацуока понимал, что руководители рейха не договаривают.

Как иначе можно было расценить слова Гитлера о том, что, «несмотря на задержку в осуществлении германского плана высадки на Британские острова, капитуляция Великобритании - лишь вопрос времени. Великобритания должна быть разбита»?

Как объяснить скопление германских войск в восточных районах рейха?

Хотя Гитлер не настаивал на участии японских вооруженных сил в войне против СССР, а стремился направить их на Сингапур против Великобритании, в ходе такой войны могло создаться положение, когда правительство Германии потребовало бы от союзника выполнения обязательств по Тройственному пакту.

Это не устраивало Японию. Вместе с тем в Токио опасались, что в случае быстрого разгрома Германией Советского Союза Япония не будет допущена к дележу русского пирога.

А в Москве из сообщений резидента советской военной разведки Рихарда Зорге знали, что император и ближайшее окружение японского премьер-министра Фумимаро Коноэ хотят заключить пакт о ненападении или нейтралитете с Советским Союзом.

Во время беседы 7 апреля с Молотовым Мацуока попытался выдвинуть японские условия подписания пакта с СССР, в частности официально предложил продать Японии Северный Сахалин.

Это предложение было отвергнуто. При этом советская сторона продолжала настаивать на ликвидации одновременно с подписанием пакта японских концессий на Северном Сахалине.

Мацуока телеграфировал в Токио, что Молотов «не проявляет симпатии и шансы заключения соглашения с Россией близки к нулю». Неожиданно в гостиничном номере японского министра раздался телефонный звонок из секретариата Сталина. Мацуоку приглашали в Кремль на беседу с советским лидером.

После обмена любезностями Мацуока просит разрешения высказаться по ряду моментов. Из записи беседы И.В. Сталина с Ёсукэ Мацуокой 12 апреля 1941 года:

«Первое. Япония имеет с Германией союзный договор. Однако, из того, что Япония имеет с Германией союзный договор, не вытекает, что Японии нужно связывать силы СССР.

Наоборот, если что-нибудь произойдет между СССР и Германией, то он предпочитает посредничать между СССР и Германией. Япония и СССР являются пограничными государствами, и он хотел бы улучшения отношений между Японией и СССР.

Тов. Сталин бросает реплику - пакт трех не помешает этому?

Мацуока отвечает, что, наоборот, заключение пакта с Германией должно улучшить японо-советские отношения и в таком смысле он говорил в Берлине с Риббентропом…

Второе. Коренное разрешение отношений между Японией и СССР нужно разрешить под углом зрения больших проблем, имея в виду Азию, весь мир, не ограничиваясь и не увлекаясь мелочами.

Если так подходить к коренному разрешению японо-советских отношений, то мелкие вопросы могут быть разрешены с течением времени и мелкими вопросами можно будет даже пожертвовать.

Если бы такой маленький островок, как Сахалин, говорит Мацуока, потонул в море, то это не оказало бы влияния на японо-советские отношения…

Если, продолжает Мацуока, подойти под углом зрения больших проблем к случаю, когда СССР будет стремиться выйти через Индию к теплым водам Индийского океана, то он считает, что это нужно допустить и если СССР захочет иметь порт Карачи, то Япония будет закрывать на это глаза….

Мацуока заявляет, что у него с молодых лет сложилось убеждение, что судьбу Азии решают две силы - Япония и СССР. Об этом он говорил в своих выступлениях, книгах и потому убежден в том, что Японии и СССР лучше идти рука об руку, чем ссориться.

Третье. Для того чтобы освободить Азию, нужно избавиться от англосаксов, а потому перед такой задачей нужно отказаться от мелких вопросов и сотрудничать в больших вопросах.

Четвёртое. Япония сейчас ведет борьбу с Китаем, но не с китайским народом, с которым Япония воевать не хочет. Чего Япония хочет добиться в Китае?

Она хочет добиться изгнания из Китая англосаксов. Чан Кайши - агент англо-американского капитала, и ради этого капитала он ведет борьбу с Японией.

Япония имеет твердую решимость бороться с Чан Кайши до конца, а потому сочувствие Чан Кайши означает собой помощь англо-американскому капиталу.

В связи с этим Мацуока указывает, что, по его мнению, было бы более целесообразным отказаться от поддержки Чан Кайши (со стороны СССР. - А.К.) и сделать так, чтобы изгнание англосаксов из Китая имело успех.

Пятое. Это вопрос относительно так называемого морального коммунизма. Мацуока говорит, что он не согласен с политическим и социальным коммунизмом, но в основном он также придерживается коммунизма и решительно настроен против англосаксонского капитализма…

Тов. Сталин говорит, что СССР считает принципиально допустимым сотрудничество с Японией, Германией и Италией по большим вопросам.

Об этом тов. Молотов заявлял Гитлеру и Риббентропу, когда он был в Берлине и когда стоял вопрос о том, чтобы пакт трех сделать пактом четырёх. Гитлер заявил тогда тов. Молотову, что он в военной помощи пока не нуждается. Но пакт четырёх есть пакт взаимопомощи.

Если Германия не нуждается в помощи, то это значит, что пакт четырех еще не назрел. Если Мацуока заметил по печати, добавляет тов. Сталин, то и теперь Гитлер заявляет, что он не нуждается в военной помощи других государств.

Тов. Сталин считает ввиду этого, что только в том случае, если дела Германии и Японии пойдут плохо, может встать вопрос о пакте четырех и о сотрудничестве СССР по большим вопросам.

Поэтому, указывает тов. Сталин, мы и ограничиваемся теперь вопросом о Пакте о нейтралитете с Японией. Этот вопрос, безусловно, назрел. Это будет первый шаг, и серьезный шаг к будущему сотрудничеству по большим вопросам…

30 лет Россия и Япония смотрят друг на друга как враги. Между Россией и Японией была война. Был заключен мир, но мир не принес дружбы.

Поэтому он присоединяется к мнению Мацуоки о том, что если пакт о нейтралитете будет заключен, то это будет действительно поворотом от вражды к дружбе…

Далее тов. Сталин говорит, что он с удовольствием слушал Мацуока, который честно и прямо говорит о том, чего он хочет…

Тов. Сталин говорит, что он не хотел бы затруднять положение Мацуока, который вынужден довести до конца борьбу со своими противниками в Японии, и готов облегчить его положение, чтобы он, Мацуока, добился здесь дипломатического блицкрига…

Мацуока говорит, что в беседах между ним и тов. Молотовым точки зрения обеих сторон стали очень ясны.

Он ставил вопрос о продаже Японии Северного Сахалина, что было бы коренным разрешением вопроса, но так как советская сторона не принимает этого предложения, нужно найти другой выход и идти по линии протокола…

Мацуока заявляет, что он имел инструкцию, в которой говорилось о продаже Северного Сахалина, но так как СССР не соглашается, то ничего не поделаешь.

Тов. Сталин подходит к карте и, указывая на Приморье и его выходы в океан, говорит: Япония держит в руках все выходы Советского Приморья в океан: пролив Курильский у южного мыса Камчатки, пролив Лаперуза к югу от Сахалина, пролив Цусимский у Кореи.

Теперь Вы хотите взять Северный Сахалин и вовсе закупорить Советский Союз. Вы что, говорит тов. Сталин, улыбаясь, хотите нас задушить? Какая же это дружба?

Мацуока говорит, указывая по карте на СССР, что ему непонятно, почему СССР, имеющий огромную территорию, не хочет уступить небольшую территорию в таком холодном месте.

Тов. Сталин спрашивает: а зачем вам нужны холодные районы Сахалина?

Мацуока отвечает, что это создаст спокойствие в этом районе, а кроме того Япония согласна на выход СССР к теплому морю.

Тов. Сталин отвечает, что это дает спокойствие Японии, а СССР придется вести войну здесь (указывает на Индию). Это не годится.

Далее Мацуока, указывая на район южных морей и Индонезии, говорит, что если СССР что-либо нужно в этом районе, то Япония может доставить СССР каучук и другие продукты. Мацуока говорит, что Япония хочет помогать СССР, а не мешать.

Тов. Сталин отвечает, что взять Северный Сахалин - значит мешать Советскому Союзу жить…»

Затем Сталин выложил на стол проект советско-японского пакта о нейтралитете.

Статья 1 предусматривала обязательство обеих сторон поддерживать мирные и дружественные отношения между собой и взаимно уважать территориальную целостность и неприкосновенность другой договаривающейся стороны.

В статье 2 говорилось, что в случае, если одна из договаривающихся сторон окажется объектом военных действий со стороны другой или нескольких третьих держав, другая договаривающаяся сторона будет соблюдать нейтралитет в продолжение всего конфликта.

Статья 3 предусматривала, что пакт сохраняет силу в течение пяти лет.

Связавшись с Токио, Мацуока получил согласие на подписание предложенного советской стороной документа. Вместе с тем в инструкциях японского правительства было подчеркнуто, что «Тройственный пакт не должен быть ослаблен».

13 апреля 1941 г. в Кремле был подписан Пакт о нейтралитете между Японией и Советским Союзом. Одновременно была подписана Декларация о взаимном уважении территориальной целостности и неприкосновенности границ Монгольской Народной Республики и Маньчжоу-Го.

Была достигнута и договоренность о разрешении в течение нескольких месяцев вопроса о ликвидации японских концессий на Северном Сахалине.

На состоявшемся затем банкете в Кремле царила атмосфера удовлетворения успешно завершившимся «дипломатическим блицкригом».

Участники банкета с японской стороны, в частности личный секретарь Мацуоки Тосикадзу Касэ, рассказывали о состоявшемся за столом диалоге:

Подняв свой бокал, Мацуока сказал: «Соглашение подписано. Я не лгу. Если я лгу, моя голова будет ваша. Если вы лжете, я приду за вашей головой».

Сталин поморщился, а затем со всей серьезностью произнес: «Моя голова важна для моей страны. Так же как ваша для вашей страны. Давайте позаботимся, чтобы наши головы остались на наших плечах».

Предложив затем тост за японскую делегацию, Сталин отметил вклад в заключение соглашения ее членов из числа военных…

Хотя Сталин попрощался с японским министром в Кремле, он неожиданно появился затем на Ярославском вокзале, чтобы лично проводить Мацуоку. Это был беспрецедентный случай.

Зная, что среди провожавших Мацуоку был и германский посол в Москве фон Шуленбург, Сталин демонстративно обнял на перроне японского министра, заявляя: «Вы азиат и я азиат… Если мы будем вместе, все проблемы Азии могут быть решены». Мацуока отвечал: «Проблемы всего мира могут быть разрешены».

Имея от советской разведки информацию о том, что в отличие от политиков японские военные не придали большого значения Пакту о нейтралитете с СССР, Сталин понимал, что японцы не ослабят свою боевую готовность на границах.

Тем не менее он считал, что, имея Пакт о ненападении с Германией и Пакт о нейтралитете с Японией, СССР сможет выиграть время и в течение определенного периода оставаться вне войны.

Однако вероломное нападение Германии на СССР и проявленная готовность Японии присоединиться к этому нападению означали разрушение выстроенной Сталиным дипломатической конструкции на международной арене.

А. Кошкин

***
Источник.

НАВЕРХ.

Курилы, Европа, фашизм, история, Кошкин, Гитлер, США, Китай, СССР, капитализм, Италия, Германия, Сталин, советский, Япония, Великобритания Англия

Previous post Next post
Up