Играем в ИНТЕРНЕТ

Jan 11, 2011 08:34

Чтобы закончить старую игру, мне приходится начинать новую.
Нет, чтобы закончил игру и какое-то время не играй.
Не получается: только новая заканчивает старую.

В этом что-то есть. Оптимистическое. Длящее. Снимающее все шероховатости и ляпы старой игры.

Предположим, «обидели» Болдачева в старой игре, перегнули палку, сгустили краски, потоптались по ( Read more... )

Галковский, маски, блоХеры, Болдачев, ЖЖ, Эпштейн, игра, методология, ПОСТМОДЕРН, Интернет, смд-шники, Запредметность

Leave a comment

Берн? – это не о том. («Культ-движок» с «моралью») savl_2009 January 26 2011, 11:15:47 UTC

Не согласен с Юриными параллелями с Берном.
В качестве «аргумента» просто привожу большую цитату (всю 14 главу из «ИГРЫ, В КОТОРЫЕ ИГРАЮТ ЛЮДИ. ПСИХОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ» http://psylib.org.ua/books/berne02/txt16.htm ).
Из неё «очевидно» (по крайней мере, для меня), что Берн - предметник, психолог и психиатр.
И к нашим «играм» в Запредметности не имеет отношения.
А если мы «завалимся» неосознанно-нечаянно или осознанно-нагло в научные или практические предметы, то мы лже-ученые или лже-практики, а не вольные красивые игроки.
Цитирую Берна.

Глава Четырнадцатая
ИГРОКИ
Чаще всего в игры играют люди, потерявшие душевное равновесие; в целом можно сказать, что чем больше встревожен человек, тем упорнее он играет. Любопытно, однако, что некоторые шизофреники отказываются от игр и требуют откровенности с самого начала. В повседневной жизни в игры с наибольшим увлечением играют два типа людей. Их можно назвать Брюзгой и Ничтожеством или Обывателем.
Брюзга - это человек, который сердит на свою мать. Исследование может установить, что он сердит на нее с самого детства. У него часто есть подлинные "детские" причины для гнева: она могла "бросить" его в самый важный период детства, заболев или попав в больницу, или она могла родить слишком много братьев и сестер. Иногда это предательство намеренное: мать могла отказаться от него, чтобы вторично выйти замуж. В любом случае, с тех пор он на нее дуется. Он не любит женщин, даже если ведет себя как Дон Жуан. Поскольку дуется он вполне намеренно, решение сердиться может быть пересмотрено в любом возрасте, как бывает в детстве, когда приходит время садиться за стол. Отказ от решения сердиться достигается и взрослым и ребенком на одних и тех же условиях. Брюзга должен "сохранить лицо", и ему должно быть предложено что-то стоящее взамен возможности дуться. Иногда игра "Психиатрия", которая тянулась годами, вдруг обрывается, поскольку пациент вновь начинает дуться. Поэтому нужно тщательно подготовить пациента и точно рассчитать время и тактику. Бестактность или грубость со стороны терапевта будут иметь тот же эффект, как и в случае надувшегося малыша; в конечном счете пациент отомстит терапевту за неумелое обращение, как ребенок со временем мстит родителям.
С женщинами ситуация аналогичная, если Брюзга женского пола сердита на отца. Мужчина-терапевт должен обращаться с ее "Деревянной ногой" ("Чего можно ждать от женщины, у которой был такой отец?") еще осторожнее и тактичнее. Иначе он рискует попасть в мусорную корзину для "мужчин, похожих на моего отца".
В каждом человеке сидит Ничтожество, но цель аналитика игр - свести его к минимуму. Ничтожество - это тот, кто слишком подвержен влиянию Родителя. Поэтому в критические моменты способность объективно оценивать факты его Взрослого и непосредственность его Ребенка смешиваются, накладываются одно на другое, что приводит к неловкому и неадекватному поведению. В тяжелых случаях Ничтожество граничит с Подхалимом, Позером и Прилипалой. Ничтожество не следует смешивать со смущенным шизофреником, у которого нет функционирующего Родителя и очень слабо функционирует Взрослый, так что ему приходится справляться с окружающим миром только с помощью смятенного Ребенка. Интересно, что в повседневной речи термин "ничтожество" применяется преимущественно к мужчинам и иногда - к мужеподобным женщинам. В Ханже больше от Обывателя, чем от Ничтожества; слово "ханжа" обычно адресуют женщинам, но иногда говорят и о мужчинах с женскими наклонностями.
(Конец цитаты.)

Юрий! Как в таком узко-предметном тексте Вы узрели аналогии с Вашими: «младенец», «ребёнок», «недоросль», «подросток», «юноша», «зрелый»?
Даже сравнивать их методологически неправильно.
Они о совершенно разном.
Упоминая Берна, Вы не только не усиливаете свою позицию, но ослабляете её.

Хоть Берн и говорит о «играх», но я ещё 100 раз подумаю, упоминать ли его в моих «играх».
Это совершенно разные «игры». И «игры» Берна не льют воду на мою мельницу.
Я «играю» в Запредметности, а у Берна - научная, предметная теория и практика.

Reply


Leave a comment

Up