Подоконник
Вчера в контору пришел дед, на дрожащих ногах и с тепловозным шумным выдохом, и в китайской безразмерной сумке притащил кусок гранитной доски.
Долго глотал ртом воздух, чесал взмокшие под шапкой волосы.
- Сынки, это самое, сможете на ней два портрета сделать и имена?
- Сможем, - ответили и критически осмотрели плиту, - только это ж подоконник.
- Но ведь, это самое, гранит!
- Гранит, - согласились. - Но подоконник. И углы только два скруглены, и фаска лишь по трем сторонам нарезана.
- Так уж и ясно?
- Заметно. Не ворованный хотя бы?
- Упаси, это самое, Боже. Сосед отдал, у него после ремонта осталось. Да и подумаешь. Гранит же. Серьезная вещь, только тяжелая шибко. Еле донес. Так, это самое, чего?
- Любой каприз, как говорится…
Два портрета. Своё фото дед дал отсканировать с пенсионного удостоверения. Фото своей жены принес отдельно, неаккуратно вырезанное из какого-то группового снимка. Фамилия общая. И год рождения общий - 1930. А год смерти пока не пишем, ни деду, ни его жене.
- Давайте, - предложили, - мы вам полностью даты рождения напишем.
- Не, - покачал дед головой. - Грошей, боюсь, не хватит.
- Да мы без грошей, так, считайте, что в подарок.
- Не, - все равно не согласился дед. - Старая увидит, скажет, что лишнее потратил. Не поверит про подарок. Не, не надо. Пусть будет, как условились, просто 1930-й.
Не поверит, ну, пускай, чего ж…
Значится, в 1941-м деду аккурат, это самое, одиннадцать лет исполнилось. То есть, это как мне в 1988-мом, в котором жвачки «Турбо» и группа «Электроклуб» с конями в яблоках. А у него первые бомбежки Киева немецкими самолетами и оккупация.
Дед рассказывает, как уходили с мамой из города в октябре 1943-го, боясь боев за освобождение Киева, долго шли пешком до какого-то села, в котором жили родственники отца. Самого отца убило в первые дни войны. Позже еще дольше шли назад, в уже освобожденный город. И сразу пришлось работать, обтачивать детали на заводе, стоя на табуретке у станка, чтобы «ловчее дотягиваться». А дальше, ну что там. дальше, как у всех, вечерняя школа, опять завод, армия, завод, и другой завод.
Вот и получается, что рабочего стажа у деда 75 лет, и документ соответствующий, это самое, имеется.
- Нет, я не жалуюсь, чего уж. Нормально пожил. Нормально поработал. Кризис вот, говорят, опять начинается. Когда они там говорят, оно еще ничего, еще жить можно. Хуже, когда молчат. Тогда точно кризис. Вот и решили со старухой, это самое, до кризиса успеть приготовиться, пока пенсию дают. Все-таки, как человек прожил. Нормально. И поработал. И случай такой удачный, это самое, подвернулся, целая гранитная плита. Подписать бы надо, чтобы не потерялась, а?
И дед все не уходил и волновался, пока мы маркером не отметили его гранитный подоконник.
ЖЖ, 23.12.2014
http://pashtet-77.livejournal.com/