Подлинные человеческие трагедии и дорогостоящие технические катастрофы, случившиеся в уходящем году во всех мыслимых средах - от космоса и воздушного пространства, до морей и водохранилищ, вызвали в памяти ряд исторических и литературных сюжетов, связавшихся в некую поучительную цепочку.
ДВЕ МАТЕМАТИКИ
Официальная доктрина, принятая на «обитаемом острове» в далекой галактике, созданной фантазией братьев Стругацких, предусматривала применение принципиально разных математических инструментов для, соответственно, идеологических и инженерно-технических нужд. В частности, с идеологической точки зрения планету полагалось считать плоской, в то время как в секретных артиллеристских расчетах полагалось учитывать ее истинную кривизну.
Применение стандартного математического инструментария для анализа базы данных г-на Чурова указывает на наличие в ней странных систематических корреляций и экзотических распределений, решительно невозможных в природе. Отсюда следует вывод, что данные г-на Чурова сгенерированы вполне искусственным образом, или, во всяком случае, замусорены на всех этапах их формирования немереным количеством артефактов.
Согласно официальной точке зрения, принятой сегодня в нашей стране, весь этот тривиальный фальшак можно оспорить исключительно в суде, притом не оптом, а не непременно в розницу. Эта позиция примерно эквивалентна необходимости признать по умолчанию, что Земля - плоская, или же оспорить это утверждение в каждом отдельно взятом межрайонном суде, к примеру, отдельно - в Тверском, отдельно - в Басманном.
Судя по тексту романа, «неизвестные отцы» - политические руководители «обитаемого острова» - вполне понимали цену своей «идеологической математики»; во всяком случае, разделение сфер применения двух разных математик проводилось там довольно последовательно.
Я не уверен, что разницу между идеологической и нормальной математикой столь же отчетливо понимают наши руководители.
К примеру, стандартный курс “data analysis” (под теми или иными отраслевыми названиями) изучают обычно статистики, бизнес - аналитики, физики, инженеры, и прочие лица из числа «молодых городских рассерженных»; а вот пропагандистов-идеологов этим премудростям не учат. Между тем, военные инновации курирует у нас теперь один широко известный представитель этой профессии, другой - еще более известный - отвечает за инновации в невоенной сфере. У меня нет полной уверенности в том, что кто-либо из этих элегантных джентльменов (или же их не менее достойных предшественников) сумеет сдать указанный курс хотя бы на троечку с минусом.
БИТВА ПРИ ГЕТТИСБЕРГЕ
Давным-давно я узнал от более опытных коллег об удивительном феномене: проблема вроде бы есть, но доложить о ней начальству решительно невозможно.
Здесь надо заметить, что в жизни наблюдаются три последовательных уровня некомпетентности. Первый из них соответствует ситуации, когда респондент понимаете смысл вопроса, но не знает правильного ответа. Второй - когда он понимает все слова, из которых составлен вопрос, но не улавливает его общего смысла. И, наконец, третий - когда респондент не понимает слов, из которых этот вопрос составлен.
В знаменитом «Принципе Питера» в качестве классического примера некомпетентных служак фигурируют командиры армии конфедератов в битве при Геттисберге, которые «были знакомы с топографией местности, находящейся в одном дневном переходе от Ричмонда, не больше, чем с топографией Центральной Африки». Между тем, их некомпетентность не опускалась ниже вполне приличного первого уровня: они наверняка знали, что этот самый Ричмонд находится в Северной Америке, а не в Центральной Африке, и не, скорее всего, путали топографию с каллиграфией.
Феномен «невозможности доложить» возникает, когда политический руководитель находится на третьем, вполне безнадежном уровне некомпетентности. Владеющий предметом специалист пытается в этом случае объяснить существо проблемы помощнику или советнику руководителя, находящемуся, к примеру, на втором уровне незнания предмета. При этом он обычно рассчитывает, что тот сумеет как-то ввести шефа в курс дела и склонить его к принятию необходимого решения.
В наиболее тяжелых случаях специалист может попытаться даже вынести свои тревоги в публичное пространство: в старину для этого использовали партийные собрания, в новые времена - социальные сети.
Во всех случаях, однако, помехи в цепи передачи информации столь велики, что итоговое решение наверняка будет приниматься из соображений, специалисту неведомых.
ТЕОРИЯ ПРЕДЕЛА
«Стахановцы дают по рукам апологетам буржуазной теории предела». Так называлась изданная в 1930-ые годы брошюра, на которую я наткнулся в фондах технической библиотеки старинного советского НИИ.
Труды вредоносных апологетов указанной теории не имели отношения ни к сугубо аполитичным началам математического анализа, ни к сугубо буржуазной теории предельной полезности.
Все было гораздо проще: рекомендации тогда еще недорезанной старорежимной технической профессуры однозначно указывали на необходимость постановки на ремонт машин и механизмов по исчерпанию строго определенных пределов по годам эксплуатации, машино-часам работы или километрам пробега. В опровержение этой «вредительской теории» в брошюре приводились многочисленные поучительные примеры, в которых бравые стахановцы гоняли транспортные средства и станочное оборудование без ремонта и остановки на профилактику втрое - вчетверо дольше, чем предписывали указанные апологеты. И никакой тебе наработки на отказ, одна сплошная польза для строительства социализма!
Старики - чудом выжившие ветераны отрасли называли три обстоятельства, объяснявшие это поветрие.
Во-первых, страх: не продлит инженер межремонтные сроки - посадят за вредительство немедленно, а вот если продлит - станет вредителем не раньше, чем что-нибудь грохнет, то есть, Бог даст, не сегодня.
Во-вторых, здоровый цинизм, присущий зачастую всем участникам процесса. Новая «беспредельная» практика обещала кому-то какие-никакие премиальные выплаты, а кому-то - еще и перспективы карьерного роста.
И, наконец, в-третьих, спесь и дремучее невежество наспех выученных и не по уму выдвинутых новых начальников.
Этот феномен был точно описан Андреем Платоновым: «В Новороссийске Пухов пошел на комиссию, которая якобы проверяла знания специалистов. Его спросили, из чего делается пар. - Какой пар? - схитрил Пухов. - Простой или перегретый? - Вообще... пар! - сказал экзаменующий начальник».
СОВЕТЫ БАРОНЕТА ГЛОСТЕРА
Сэр Антони Глостер - «властитель рынка», герой замечательного стихотворения Киплинга, на смертном одре объяснял своему непутевому сыну механизмы первоначального накопления капитала.
Его первый совет касался очевидных источников экономии: «cheap repairs for the cheap 'uns» (дешевый ремонт дешевки).
Второй совет был в том, чтобы извлекать выгоду из эксплуатации до упора амортизированных основных средств, а также их аварийного выбытия:
«Что за судами я правил! Гниль и на щели щель!
Как было приказано, точно, я топил и сажал их на мель.
Жратва, от которой шалеют! С командой не совладать!
И жирный куш страховки, чтоб рейса риск оправдать».
Баронет замечал при этом, что те, кто не готов был рисковать подобным образом, позже работали у него шкиперами.
И, наконец, третий совет - опережать конкурентов по части инноваций: «Они возились с железом, я заказывал сталь!». Это решение, помогло, как известно, сэру Глостеру «взять за шиворот» всю морскую торговлю.
Отечественные властители рынков сильно переоценили значение двух первых уроков, поскольку их риски обычно были подобны игре в карты на казенные деньги: выигрыш мой, проигрыш - за счет казны. Что касается третьего урока, то он был проигнорирован полностью.
Доклад академика Шаталина
Летом 1985 года академик С.С.Шаталин выступал на представительной академической конференции, организованной в Варзобском ущелье, недалеко от Душанбе. Построенная им математическая модель описывала характер связей между недоинвестированием в объекты энергетической, транспортной (и всякой иной) инфраструктуры и вероятностью возникновения техногенных катастроф.
«Я не являюсь техническим экспертом - говорил Станислав Сергеевич, - и поэтому не берусь прогнозировать, что именно у нас грохнет в первую очередь. Но в рамках приведенного мною анализа абсолютно ясно: у нас много что грохнет и притом очень скоро!».
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
Я не хотел бы настаивать на гипотезе, что все трагедии и технические срывы уходящего года связаны какой-либо общей причиной.
Напомню только, что «Словарь церковнославянского языка», составленный в 1868 году 2-м отделением императорской Академии Наук, определяет чудо как «по общим законам неудобоизъяснимое дело или событие».
И еще напомню, что в рамках известной выкладки сэра Джеймса Джинса вода в чайнике, поставленном на плиту, может с определенной вероятностью замерзнуть. Впрочем, гораздо чаще кипит…
Михаил БЛИНКИН - научный руководитель НИИ транспорта и дорожного хозяйства
"Эхо Москвы", 2 января 2012
http://www.echo.msk.ru/blog/old_dweller/845007-echo/