Извините, что только сейчас добрался до вашего журнала. Не думаю, что это относится к Франциску. Нужно, скорее, вспомнить, что сам Франциск получил своё имя благодаря франкофилии своего отца: его назвали Французом, проще говоря. Андре Ланли, в своём издании Вийона, тоже считает, что François относится к "национальности". Думаю, что Вийон обыгрывает то обстоятельство, что он француз и зовут его Французом. Dont il me poise: по-старофранцузски "который находится в тяжёлом положении". В издании Плеяды переведено на современный французский как "sans m'en trouver à l'aise". Итак, всё вместе можно было бы перевести: "Я Француз, которому худо..." (Лонли добавляет, что Вийон завидовал своему другу Дожи, савояру, находящемуся - в отличии от "французов" - под защитой принца Савойского.)
Не могу согласиться с многоув. eus_hieronymus. Прообраз имени François, поздне-латинское Franciscus, действительно значит "француз", и действительно отец св. Франциска из любви к Франции прозвал так своего сына, крестильное имя которого было Джованни. Но для Вийона-то смешно было бы жаловаться на свою национальность, - да и при чем тут она? - нет, он именно говорит о своей личной судьбе, начиная с представления по имени. (Не могу не заметить, что сложно-изысканная форма этого четверостишия вкупе с некоторой фривольностью заставляет думать, что сожаление его не слишком глубокое, раскаянием в совершенных преступлениях и не пахнет, и он, конечно, по легкомыслию все же надеется избежать казни, что, возможно, ему и удалось).
ЗЫ. Личное имя выделяет человека из себе подобных. Прозвище "Франческо" могло стать именем святого, поскольку он жил среди итальянцев. Но с какой стати француз, живущий среди французов, будет представляться "французом"? (Как известно Пушкина в Лицее тоже прозвали Французом. Другие мальчики носили иные прозвища, но вряд ли кого-то прозвали бы "русским" - они все были или считали себя таковыми).
Я, как со мной часто бывает :), не могу с определенностью выбрать между этими двумя толкованиями. Ваше - проще и вполне согласуется со здравым смыслом. "Французская" версия изящней и, на мой взгляд, Вами не опровергнута. Он не прозвище себе дает, а, отправляясь от имени (игра), сожалеет об участи родиться французом. Ближайший аналог - пушкинское "угораздило же меня и т.д.", а контр-аналог - суворовское "быть русским - какой восторг". Но подожду новых доводов с той и другой стороны :)
"Угораздило же меня" подразумевает сравнение русской жизни с нравами иных европейских стран. "Французская" версия имела бы смысл, если бы во времена Вийона за пределами Франции воров и убийц не вешали бы. Вот тогда он мог бы сказать: увы, я француз, и меня повесят, а был бы итальянцем или англичанином - отпустили бы и пряниками накормили. Но так как воров и убийц вешали везде (а кое-где еще и руки рубили), то - повторюсь - при чем тут его национальность?
А почему тогда Вийон завидовал другу, живущему в Савойе? Тут нужно лучше знать "состав преступлений" Вийона и тогдашнее законодательство (я не знаю). М.б., Вийон все-таки считал себя не так уж и виновным и полагал, что в другой стране разобрались бы справедливее?
Мало ли почему - может, там девушки красивее. Или мы бы с Вами банк взяли и, боясь, что заметут, завидовали другу в Австралии - туда, мол не дотянутся.
Ну вот Вы и попались, прошу прощения за дерзость :) Второй Ваш вариант почти не отличим от Вами отвергаемого. И все-таки это пока единственное объяснение первых двух строк, зря упорствуете :)
Последовал Вашему совету - еще подумал. Остаюсь при своем; перечитав Ваши аргументы, даже утвердился в нем. 1. Вы пишете: "он именно говорит о своей личной судьбе, начиная с представления по имени". Но "представление по имени" совершенно не мотивировано, если он всего лишь скорбит. Объяснить нужно именно связь между судьбой и именем. Вы от объяснения уклонились, увы. 2. Есть еще сообщенный нам факт его зависти к другу, живущему не во Франции. Если это сказано в той же связи (что, правда, не очевидно), то это делает правдоподобной именно акцентировку на национальном значении имени. (Если бы Франсуа удалось сбежать в Австралию, то он бы там написал бы иначе).
Еще раз: с какой стати пишущий по-французски и обращающийся к французам француз начнет строфу словами "я француз"? Знаете ли Вы другие подобные примеры, можете ли их процитировать? (В то время как сообщение имени автора в тексте - старая литературная традиция, обычнейшее дело).Есть ли у Вас основания полагать, что в других странах воров наказывали мягче, чем во Франции? Зачем выдумывать натянутое и искусственное прочтение, если к этому нет никаких оснований?
1. Почему же нет? Я - француз и это... хорошо или плохо. Пример с более мне знакомой нацией и в несколько другой форме я уже приводил: "быть русским - какой восторг!" 2. Здесь не просто сообщение имени, а явное указание на его связь с судьбой (она - в синтаксисе; dont il me poise). 3. Что наказывали мягче сведений нет, но если он считал, что к нему пристрастны, то желание оказаться за границей понятно. 4. Неочевилность прочтения оспаривать не стану, но с чего бы думать, что Вийон не выпендрился? 5. Иначе остаемся с непонятнной конструкцией, как если бы я написал: "я - Владимир, что меня тяготит, ведь отпуск кончается".
1. Дорогой В. Р., я думаю, что даже в апофеозе упрямства Вы явственно видите разницу между "я Владимир, и у меня отпуск кончается" и "Я Франсуа, и меня повесят". 2. Я Франсуа (Монкорбье), и это плохо, потому что меня повесят - вот и связь с судьбой. 3. Нет ни малейших свидетельств пристрастности судей к Вийону или его жалоб на таковую. (А даже если бы это и было, и он хотел бы убежать за границу, то ведь и там он остался бы французом). 4. Не "что наказывали мягче сведений нет", а есть точные сведения, что наказывали везде одинаково жестоко. 5. У меня тоже бывают приступы иррационального упрямства, так что я Вас понимаю.
Не думаю, что это относится к Франциску. Нужно, скорее, вспомнить, что сам Франциск получил своё имя благодаря франкофилии своего отца: его назвали Французом, проще говоря. Андре Ланли, в своём издании Вийона, тоже считает, что François относится к "национальности". Думаю, что Вийон обыгрывает то обстоятельство, что он француз и зовут его Французом.
Dont il me poise: по-старофранцузски "который находится в тяжёлом положении". В издании Плеяды переведено на современный французский как "sans m'en trouver à l'aise".
Итак, всё вместе можно было бы перевести: "Я Француз, которому худо..."
(Лонли добавляет, что Вийон завидовал своему другу Дожи, савояру, находящемуся - в отличии от "французов" - под защитой принца Савойского.)
Reply
Reply
Reply
Reply
Но подожду новых доводов с той и другой стороны :)
Reply
Reply
Reply
Reply
Reply
Reply
Второй Ваш вариант почти не отличим от Вами отвергаемого.
И все-таки это пока единственное объяснение первых двух строк, зря упорствуете :)
Reply
Reply
1. Вы пишете: "он именно говорит о своей личной судьбе, начиная с представления по имени". Но "представление по имени" совершенно не мотивировано, если он всего лишь скорбит. Объяснить нужно именно связь между судьбой и именем. Вы от объяснения уклонились, увы.
2. Есть еще сообщенный нам факт его зависти к другу, живущему не во Франции. Если это сказано в той же связи (что, правда, не очевидно), то это делает правдоподобной именно акцентировку на национальном значении имени. (Если бы Франсуа удалось сбежать в Австралию, то он бы там написал бы иначе).
Reply
Reply
2. Здесь не просто сообщение имени, а явное указание на его связь с судьбой (она - в синтаксисе; dont il me poise).
3. Что наказывали мягче сведений нет, но если он считал, что к нему пристрастны, то желание оказаться за границей понятно.
4. Неочевилность прочтения оспаривать не стану, но с чего бы думать, что Вийон не выпендрился?
5. Иначе остаемся с непонятнной конструкцией, как если бы я написал: "я - Владимир, что меня тяготит, ведь отпуск кончается".
Reply
2. Я Франсуа (Монкорбье), и это плохо, потому что меня повесят - вот и связь с судьбой.
3. Нет ни малейших свидетельств пристрастности судей к Вийону или его жалоб на таковую. (А даже если бы это и было, и он хотел бы убежать за границу, то ведь и там он остался бы французом).
4. Не "что наказывали мягче сведений нет", а есть точные сведения, что наказывали везде одинаково жестоко.
5. У меня тоже бывают приступы иррационального упрямства, так что я Вас понимаю.
Reply
Leave a comment