Звездоносно и хвостато

Mar 25, 2007 03:10

, или Чернила и я: Флешмоб продолжается

Это слово от mondstrahl.

И пишут звездоносно и хвостато
Толковые лиловые чернила.
О.М.

(1) Мои отношения с чернилами начались в первом классе в 1972 году: учили писать именно ими. Чернила были чёрные, назывались «Радуга» и жили в гранёном стеклянном флакончике.

(2) Вообще-то я к тому времени умела писать уже давно - с трёх лет, но печатными буквами и не перьевой ручкой. В писании перьевой тогда чувствовалось нечто отчуждающее от меня такой уже хорошо освоенный, такой свой процесс письма (не говоря уже о том, что ручка всё время текла и перемазывала чернилами с ног до головы меня, а заодно и всё, что попадалось под руку). Шариковой первые три класса писать не разрешали, так что первый семантический ореол чернил - несвобода.

(3) Едва в четвёртом классе разрешили писать шариком и это стали делать все, у чернил появился оттенок альтернативности. Особо инакомыслящие личности классу к пятому обзавелись перьевыми. В седьмом к ним присоединилась и я: эти чернила были синими и означали первую, пока лёгкую и радостную, влажную и воздушную тревогу взросления.

(4) С середины восьмого класса мне очень нравились фиолетовые: тем, что были грустными (а также тем, что ими писал мальчик, которому я очень симпатизировала, и они как бы приобщали меня к нему). До восемнадцати лет я писала почти исключительно ими. То была уже другая тревога взросления: густая и глубокая. Фиолетовые были вечерними и «звездоносными». И ещё это был цвет закрытости.

(5) Отдельные оригиналы-одноклассники писали в то время зелёными. У меня к этому не было никакого расположения: зелёные казались крикливыми и демонстративными.

(6) Чешские синие чернила в Праге, которыми я тоже немного писала (был такой период попыток отойти от московской темноты, связанной с фиолетовыми), мне в конечном счёте не нравились: чувствовались легковесными. Но от темноты действительно уводили.

(7) В Будапеште у меня завелись синие чернила марки Quink, с оттенком которых связалось чувство внутреннего освобождения и роста. Ими я писала все будапештские годы; ими же пишу и сейчас.
Люди, предпочитающие писать чернилами, кажутся мне симпатичными и хоть немного близкими до сих пор.

флэшмобы-ассоциации, памяти детства, флэшмобы-семипунктья, биографическое, колористика смысла, флэшмобы, пристрастия, графофилия, психология письма, психология цвета, антропология вещи, антропология письма

Previous post Next post
Up