Предмайданная Российская Империя

Dec 13, 2018 03:07

Представляется следующая картина мира: страны и континенты накануне Первой мировой войны - за несколько десятилетий до ее фактического начала - уже представляли собой «театр военных действий». Одни державы и финансовые группировки стремились в ближайшей перспективе устранить с этой театральной сцены некоторых актёров. Сценарий пьесы писался где-то в Лондонском Сити. Одним из главных объектов воздействия была Россия. Ее предполагалось лишить того влияния, которое она обрела в результате славных побед предыдущего века, начиная с разгрома Наполеона и включая победное продвижение на Кавказ и Балканы.

Военные действия против России начались в 1901 году, когда террористы - якобы несмышленые вчерашние студенты, исключительно, так сказать, самодеятельное население - принялись истреблять государственных чиновников с отменным образованием, с патриотическими и монархическими убеждениями, деятельных и волевых. Истребление шло строго выборочное. На места убитых террористами приходили либеральствующие своекорыстные ничевоки или явные революционеры. Истребление в активной фазе продолжалось с 1901 по 1911 годы - десятилетие. За это время было убито более 17 000 - всё образованные и мыслящие государственными категориями патриоты-монархисты, включая премьер-министра П.А. Столыпина. Более 17 000 человек! Зная из сегодняшних детективных сериалов о том, сколько денег и организационных усилий стоит исполнение хотя бы одного киллерского заказа, нетрудно прикинуть, в какие суммы обошлось (кому-то) истребление 17 000 русских монархистов. Достаточно взять в руки справочник «Империя Сталина» или «Кто был кто в Третьем рейхе», чтобы убедиться в том, что костяк любого, самого прочного и мощного, государства составляет консорция численностью менее одной тысячи человек…

А тут 17 000 уничтожили!

В целом понятно, почему в феврале 1917 года «никто не встал на защиту самодержавия». Ослабленное (семнадцатикратно) государство развалилось, не выдержав испытания мировой войной. Захватившие власть политические партии принялись физически истреблять оставшихся в живых монархистов и патриотов, каковых было убито в период с 1918 года до начала тридцатых на порядок больше, чем в ходе так называемых «сталинских репрессий». Как о дореволюционной волне террора, так и о первой послереволюционной читатель мало чего найдет как на полках книжных магазинов, так и в интернете. Зато уж сколько воплей слышали мы, начиная с «хрущевской оттепели» и до сих пор про террор 37-го! Почему? Ведь эта последняя волна унесла жизней несравненно меньше, чем предыдущая. Почему же? Вероятно, дело тут не в цифрах. А в чём же? Вероятно, тут мы имеем дело с особенностью восприятия психологического свойства. В период с 1901 по 1911 годы убивали вроде бы врагов (чьих?), с 1918 в условиях гражданской войны (и в рамках психологии гражданской войны, которая давала себя знать вплоть до убийства С. Кирова) убивали бессудно тоже вроде как врагов, а также убивали «на всякий случай». Как записали чекисты в одном деле про расстрел попавшегося в ходе «зачистки» района антибольшевистского восстания бывшего члена Учредительного собрания: «мог быть полезен бандитам».

А в 37-м убивали вроде как своих и преданных. Именно парадоксальные казни как магнит до сих пор притягивают внимание наших современников. Порой расстреливали верного и заслуженного, а обвинённый в участии в военном заговоре (и подписавший признание) доживал до 70 с лишним лет и умирал от старости. Одни, «верные ленинцы» и «пламенные революционеры» умирали в тюрьмах под пытками и от голода, а до некоторых фигурантов дел о заговоре против советской власти карательные органы так и не добрались, то есть даже не арестовывали…

И вот за этими парадоксами террора 37-го чисто психологически трудно бывает заметить и понять, можно сказать, строго научный подход тех, кто террор затевал. А затевали его, по всему видно, люди чрезвычайно прагматические, дальновидные и образованные тем странным образованием, какое давали в Лонжюмо, на Капри и в других подобных же местах революционной эмиграции. Затейщики террора 37-го с младых ногтей изучили правила конспирации, технологии разрушения государственности, техники разведки и контрразведки. Кто были их учителя - отдельный большой вопрос. Однако ясно, что это были не студенты-самоучки, а специалисты спецслужб. Они научили В. Ленина и сопровождавших его в «пломбированном вагоне» лиц разрушать одну власть и выстраивать альтернативную. К 1918 году в стране был создан управляемый хаос из десятка партий и сотни правительств, тот хаос, когда у каждой из сторон были собственные спецслужбы с тысячами специалистов по свержению и захвату власти. Эта неисчислимая масса ниспровергателей между собой боролась за власть, группируясь по партийному признаку. И вся эта возня окончилась после того, как на одну чашу весов был брошен окончательный выбор: в России победил тот, кому победители в мировой войне меньше всего были должны. Это очень выгодно - обеспечить победу тому, кому ничего не обещал.

И вот гражданская война затихла, страна перешла к мирной жизни, а тем временем по стране ходили и разъезжали полмиллиона специалистов по ниспровержению всего и вся. Рано или поздно центральная власть должна была обнаружить, что она не только не контролирует умонастроений всей этой супер-гвардии, но и никогда в будущем не будет в состоянии элементарно отслеживать замыслы и действия этих людей.

Вот уже разбиты и обезврежены разные внутрипартийные оппозиции - левые и правые. Вот на «съезде победителей» каждый выступающий славословит вождя и клянется в верности до гроба… И с каждым днем торжества победителей всё ясней становится, что в любой момент любая группа этих преданных ленинцев вдруг может обернуться новой заговорщической партией - разрушить действующую власть и захватить ее в сои руки. А молодые советские спецслужбы и кадровые гении аппарата ЦК даже не успеют сообразить, что произошло. Не успеют сообразить, почему вдруг их голова покатилась с плахи в опилки…

Решение проблемы было очевидным, оно рассчитывалось с математической точностью: аппарат власти в состоянии регулярно контролировать умонастроения и действия не более 100 000 своих сотрудников. Все остальные - лишние…

Причем, преданность и убежденность в правоте идей больше не имела значения. С какого-то мгновения значение имела только способность быть полезным режиму (такая полезность, без которой режиму трудно обойтись) и способность к выживанию в конкурентной борьбе за кресло в кабинете. Все остальные качества отходили далеко на задний план. Бездушная машина была пущена, её шестерни и колёса завертелись, быстро выйдя на проектную мощность. По предварительным расчетам управлявших машиной операторов ей предстояло перемолоть где-то 400 000 жизней…

P.P.S.

Реально в ходе «большой чистки» расстрелянных насчитывалось почти 800 000. Два с половиной миллиона человек провело часть жизни в лагерях, колониях и тюрьмах. Не все из них дожили до освобождения. Еще полмиллиона туда (ссылка и высылка), полмиллиона сюда… Всего за период с окончания гражданской войны по первое полугодие 1953 года более восьми миллионов подверглись репрессиям в различных формах

http://1937god.info

Россия, революция, Ленин, история, коммунизм, расстрел, власть, прошлое, СССР, Николай II, страна, НКДВ

Previous post Next post
Up