Кристиан Унгвари. Венгерские оккупационные войска на Украине 1941-1942 - Первая часть

Dec 26, 2013 09:16

Размещу перевод на русский язык интереснейшей статьи венгерского историка Кристиана Унгвари. Статья цепляет географически и южную часть Брянской области (Севский, Суземский, Трубчевский и Навлинский районы).



Кристиан Унгвари

Венгерские оккупационные войска на Украине 1941-1942

Предисловие

Множество публикаций фокусируются на поведении немецких военных на Восточном фронте и на брутализации войны. Военные преступления неизбежны в любом вооруженном конфликте. Однако, XX век демонстрирует нам примеры подобные тем, которые явила нам эпоха 30-летней войны с одним важным отличием: благодаря современным технологиям преступления не ограничивались территориями на которые были направлены непосредственные действия вооруженных сил, но распространялись на всю территорию воюющих стран. В Советском Союзе миллионы павших жертв пытались объяснить осуществлением криминальных целей национал-социалистского государства.
Некоторые историки - особенно сторонники, так называемой «Первой выставки Вермахта»(1), которая во многом дискредитирована из-за ряда серьезных ошибок - отстаивают тезис о преступниках, которые совершают преступления исключительно из-за фанатической идеологии. Эта концепция вызвала полемику в академических кругах. Наша работа призвана внести вклад в эти дебаты, рассмотрев деятельность войск, которые со всей очевидностью не находились под воздействием национал-социалистской идеологии и при этом находились в Советском Союзе с ноября 1941 по август 1942 года. Поведение венгерских оккупационных войск было во многих случаях подобно поведению немецких оккупационных войск, а по некоторым аспектам поведения было даже более экстремальным. Венгерские оккупационные войска систематически совершали военные преступления в местах дислокации и казнили жителей сел и деревень, которые были заподозрены ими в предоставлении помощи партизанам. Эти военные преступления никак нельзя объяснить политическими доктринами. Сравнение с Вермахтом также показывает, что идеологическая, расовая пропаганда не была главным мотивом для совершения преступлений Вермахтом в ходе антипартизанской войны.(2)

Введение

В 1941 и 1942 годах венгерские оккупационные войска были сконцентрированы в двух различных регионах. 111, 123 и 124 бригады были дислоцированы под командованием Вермахта на Украине и обеспечивали охрану района вокруг Полтавы. Ситуация в этом районе мало отличалась от мирного времени. Первые взрывы на железной дороге в этом районе, подчиненном Вермахту, были зафиксированы в мае 1942 года. До этого в течении всего апреля 1942 года здесь был 21 инцидент, связанный с деятельностью партизан (которые получали название “Partisanenvorkommen” в официальных сообщениях), 10 боев и 16 актов саботажа на территории в несколько сотен тысяч квадратных километров.(3)
Ситуация же на юге Брянского леса, где были развернуты 102, 105 и 108 пехотные бригады (известные с января 1942 года, как легкие пехотные дивизии) с самого начала была отличной от ситуации вокруг Полтавы. Лес сам по себе был местом сосредоточения разрозненных отрядов красноармейцев, которые были окружены и разбиты в летних сражениях 1941 года; при этом они получали регулярное подкрепление людьми и вооружением воздушным путем. Из-за недостатка войск соединения действовали только как охрана, при этом географические условия не позволяли войскам вести рискованные операции и обеспечивать безопасность в лесном регионе. Результатом стало то, что осенью 1941 года Красная Армия фактически реоккупировала значительные регионы. Венгерские союзники действовавшие в этом районе изначально имели задачу закупорить наглухо Брянский лес с тем, чтобы гарантировать спокойствие на прилегающих к нему территориях.
В реализации приказа о постановке региона под свой контроль и его умиротворении венгерские союзники зависели от кооперации с соответствующими немецкими властями, такими как Районное и Полевое Командование (далее в тексте OK или FK), и с Geheimen Feldpolizei (Секретная полевая полиция, или GFP). Венгерские войска получали тактические указания из двух источников: от Венгерских оккупационных сил на Востоке (высшее венгерское командование находилось в Киеве) и от самого Полевого командования. Это ситуация быстро спровоцировала некоторый антагонизм, особенно с того момента, когда венгры стали принимать близко к сердцу то, что их патронировали немцы, а также то, что Полевое командование рассматривало их, как второстепенные войска.
До лета 1942 года к каждой Венгерской дивизии была прикомандирована группа GFP, состоящая из 50-60 человек. Эти полицейские группы были разделены на 6-8 групп прикомандированных и распределялись среди Венгерских батальонов. Их задачей было допрашивать местных жителей и пленных партизан, а также приводить приговоры военного суда в исполнение.
Почти все документы периода оккупации на Востоке были уничтожены в Венгрии. Поэтому, попытки изучения и реконструкции первой фазы оккупации возможны с использованием материалов, находящихся на хранении в Военном Архиве во Фрайбурге (Германия). Особенно важны хранящиеся там дневники боевых действий Венгерских дивизий. Изучение фокусируется на венгерской позиции к антипартизанской войне и методах, применявшихся венграми. Записи также не могут считаться полными за период между ноябрем 1941 и июлем 1942 года. Сохранились только фрагменты докладов Полевого командования и большинство венгерских документов дивизионного уровня. Поэтому, возможно только представить небольшую часть того количества трагедий, которые имели место и к большому количеству которых имели отношение венгерские войска. Однако, сохранившаяся документация вполне достаточна для того, чтобы получить срез деятельности венгерских оккупационных сил и представить репрезентативные примеры, показывающие манеры какими эти войска обращались с местным населением.
Оригинальные документы используют термины «партизан» и «пособник партизан», хотя эти термины часто относятся к людям не связанным с партизанами. Согласно международного права, только те личности, которые активно боролись с оружием в руках против оккупантов, или которые активно поддерживали такую активность других людей могли называться партизанами или пособниками партизан. Местные жители, которые снабжали партизан продуктами питания, если партизаны появлялись в их деревне, угрожая им оружием, не могут считаться «пособниками партизан». Однако, сводные доклады о решениях военных судов всегда используют этот термин - термин, который был принят для упрощения - без доказательств причастности.

105-я легкая пехотная дивизия.

Дивизия была отправлена из Бердичева между 30 октября и 5 ноября 1941 года. В течении трех недель дивизия ежедневными маршами покрывала от 22 до 39 километров и наконец истощенные солдаты достигли района развертывания и сменили немецкую 202-ю пехотную бригаду. Дивизия должна была контролировать район площадью 26000 квадратных километров, а к марту 1942 года этот район увеличился и стал составлять 46000 квадратных километров. 16000 квадратных километров этой территории состояли из недоступных для контроля болот и лесов, где весной 1942 года уже находилось около 10000 партизан. Венгерские соединения также находились в кооперации с различными немецкими и местными частями. Первая партизанская атака, записанная в журнале боевых действий дивизии, датирована 1 января 1942 года и ее результатом стало ранение одного солдата. Но это было не первое столкновение с партизанами. 7 декабря 1941 года, согласно доклада Полевого командования, специальная команда была отправлена в Комаровку, Носовку и Крым на телегах(!). Комаровка была окружена и 23 вооруженных и снаряженных человека были обстреляны.(4) Шесть дней спустя, согласно докладу ГФП, венгры разоружили милицию в Комаровке, так как они якобы поддержали независимость Украины и демонстративно афишировали это.
Более тяжелый бой случился у дивизии около Корюковки между 23 и 24 декабря: было записано, что около 200 партизан были взяты в плен, количество убитых оценивалось между 700 и 1200. Хотя журнал боевых действий дивизии не фиксирует собственных потерь, Трумэн Андерсон утверждает, что 7 венгров и 11 вспомогательных полицейских были убиты и 10 венгров и 27 вспомогательных полицейских были ранены. Между 20 и 30 повозок с военным снаряжением было записано в журнале - скорее всего это было преувеличение.(5) После 10 января 1942 года дивизия участвовала в 27 операциях в течении которых около 1800 партизан и «пособников партизан» были убиты, был обнаружен и уничтожен тайный радиопередатчик, а также уничтожено большое количество военного снаряжения. Частое использование термина «пособник партизан», а также огромная диспропорция между собственными потерями дивизии и количеством убитых партизан является маркером того факта, что в большинстве случаев венгры убивали всех (или большинство) жителей деревень, которые им казались «подозрительными». Мемориалы и кенотафы в деревнях сегодня показывают, что это были не поддельные доклады и что за сухими цифрами скрываются подлинные трагедии. Лишь только в одной из деревень - Рейментаровке около Корюковки - 114 жителей имена которых известны были убиты венграми.(6)
Дивизия понесла первые значительные потери 15 февраля 1942 года. Восемь солдат были убиты в течении трех боестолкновений. В то же время 63 партизана были убиты, 10 казнены и 179 партизан были взяты в плен. Деревня была полностью сожжена. 17 февраля 1942 года батальон подвергся серьезному удару, попав в засаду в районе Елино: 31 солдат был убит и 1 ранен. На следующий день хутор Лука был полностью сожжен и 139 «пособников партизан» были расстреляны (в докладе нет упоминания о «партизанах», предположительно были расстреляны простые селяне, которым не повезло оказаться в этом месте в этот день).(7) Дивизия достигла таких результатов несмотря на тот факт, что согласно рапорта командира генерал-майора Кароля Боганьи своему начальству в феврале следовало: 70% солдат дивизии принадлежали к различным этническим меньшинствам (в основном румыны и рутенцы). Они не имели тяжелого вооружения, не имели станковых пулеметов, имели только несколько ручных пулеметов и были таким образом не совсем готовы к антипартизанским операциям. Менталитет отдельных офицеров, а также широкое распространение и одобрение используемых методов хорошо иллюстрирует запись в дневнике боевых действий дивизии относительно событий в Ивангороде. 24 февраля 1942 года немецкой FK 194 была сделана попытка арестовать подозреваемых: «Партизан, которого застали в постели, схватил автомат из тайника, ранил немецкого обер-лейтенанта, застрелил переводчика и убежал. Полковой командир узнал об этом инциденте утром 25 февраля. Он приказал обер-лейтенанту Мерешу, который был в Плисках, расследовать инцидент и доставить ему отчет о наказании виновных. Однако выяснилось, что еще утром 24 февраля, когда обер-лейтенант Мереш услышал об инциденте и продемонстрировал похвальную инициативу. Он выдвинулся к Ивангороду без ожидания приказа и расстрелял всю семью партизана». (8) Такая же «похвальная инициатива» была проявлена при публичном повешении двух партизан в Плисках, расстреле трех советских офицеров, повешению девяти коммунистов и партизан и казни еще 45 партизан в течении марта 1942 года.(9) В этом отношении можно отметить, что ГФП не казнила тех, кто являлся просто родственником партизан - вместо этого родственников просто интернировали.(10) Даже полиция и айнзацгруппы применяли различные подходы в зависимости от конкретной ситуации.(11) ГФП группа 1, прикомандированная к 105-й легкой пехотной дивизии, не расстреливала пойманных бежавших пленников или парашютистов так долго, пока те готовы были давать показания. Хотя инструкции Верховного командования Вермахта указывали, что такого рода пленные должны расстреливаться.(12)
Количество личного состава в ротах упало до 80-100 человек в то время, как дивизия должна была обеспечивать безопасность на железной дороге протяженностью 1100 километров и использовать множество деревень в качестве мест базирования. При этом из-за погодных условий 80% обуви, 50% брюк и 100% нижнего белья были изношены и непригодны к использованию к марту 1942 года. К этому времени солдаты проделали с ноября 1941 года марш в 2500 километров.
Операцию в Елинском лесу можно рассматривать, как типичный образ действия дивизии в бою. Партизанская группа количеством около 1000 человек расположилась на отдых в селе Елино. Этот отряд состоял из 300-400 парашютистов, около 100-200 «большевиков» и из 200-400 местных жителей, привлеченных в партизанский отряд. Партизанами командовал генерал Федоров, который впоследствии станет знаменитым. Партизанский лагерь был укреплен и даже имел собственный аэродром. Венгерский доклад особенно акцентирует внимание на том, что местные жители терроризировались партизанами, заставлявшими поддерживать их. Вначале, войска, подчиненные немецкому FK 194 совместно с местными добровольцами предприняли попытку разрушить лагерь 5 февраля 1942 года, а затем повторили эту попытку между 12 и 18 февраля. Каждый раз, однако они имели большие трудности, хотя (в последней попытке) батальон получил подкрепление ротой тяжелой артиллерии, а также поддержку с воздуха. 11 марта партизаны перехватили инициативу и атаковали батальон, возглавляемый Имре Кемери-Надем (хорошо известным бывшим бойцом Свободного Корпуса) в Ивановке. Батальон бежал оставив на месте свои боеприпасы и в момент прибытия подкрепления под контролем батальона оставались буквально несколько домов.
26 марта II/55 батальон, вместе с немецким 703 охранным батальоном, начал согласованную атаку Елино. Спорадический огонь из нескольких домов был подавлен и снайперы были немедленно уничтожены. Венгерский батальон начал зачистку деревни. 230 партизан были взяты в плен, 30 из них были немедленно казнены, так вооружение или иное военное снаряжение были обнаружены при них или в их домах. Остальные были переданы в ГФП. Деревня была сожжена, при этом некоторые дома были разрушены взрывами тайников с боеприпасами. (13) В рапорте нет упоминания об атаке партизанского лагеря в лесу, по всей видимости, по причине того, что атакующие не осмелились наступать на лагерь превосходящего количественно противника в труднодоступной местности. Таким образом, результатом операции стало только воздействие на местных жителей и на отдельных партизан, которые оказались там. Дивизионный рапорт так объяснял эту ситуацию: «На боевой дух войск воздействовало количественное превосходство партизан, а во многих случаях и превосходство партизан в вооружении». (14)
Согласно донесению разведки, адресованному генерал-майору Боганьи 23 апреля 1942 года было убито 200 партизан около Комаровки. (15) FK 184, комментируя операцию, предпринятую тремя венгерскими разведывательными отрядами в окрестностях Сребного, докладывало о следующих результатах: хотя эти отряды и не вступали в боевой контакт с партизанами, они арестовали 37 подозреваемых в районе Малая Девица-Ичня и 27 подозреваемых в районах Варва-Охиньки. Все подозреваемые были впоследствии расстреляны. Одной из причин по которой эти цифры были такими низкими отряд, который был отравлен в Варву называл то, что у отряда было недостаточно времени для того, чтобы проверить все дома. Поэтому, впоследствии было принято решение о проведении тщательного осмотра данной территории. (16)
4 июня 1942 года генерал Фридеричи отдал приказ о развертывании дивизии против партизан, действовавших в Брянских лесах. Его начальник штаба оценивал ситуацию, как следующую: «С севером района действий Южной армии соприкасаются партизанские районы на другом берегу Десны. Этот район ограничен населенными пунктами Холмы-Конотоп-Ворожба-Глухов-Середина-Буда-Гремяч. Партизанское движение получает продукты и помощь от партизан Брянских лесов. Операция в районе Сновск-Корюковка-Холмы-Новгород-Северский, которая была проведена в марте и апреле 1942 года принесла только временный успех, с тех пор партизаны проникают в регион с востока и с севера». (17) FK 194 и 197 были нацелены на выполнение всех политических и технических административных обязанностей во время проведения этой операции. Подразделения 105 дивизии принимали участие в операциях по зачистке населенных пунктов. Целью операции было создать такой кордон между Середина-Будой и Гремячом, который задерживал бы любого партизана, который имел задачу пересечь эту линию. Приказ гласил: «Позади кордона должны проводиться операции по зачистке партизанских районов последовательно, по очереди. Операции будут изначально сфокусированы на районе к востоку от Десны. (…) Полевая полиция будет получать усиление для проведения операций по зачистке районов FK 194 и 197. ГФП будет работать в контакте с королевской венгерской 105 легкой пехотной дивизией, с FK 194 и 197 и с местными военными командными постами, так же как и с отрядами СД, развернутыми в этих районах. ГФП будет получать инструкции от командующего ГФП, назначенного группой армий «Юг». ГФП должна быть вовлечена во все операции, как на стадии подготовки, так и на стадии реализации». (18)
Реализация на практике варианта «кордона» наглядно демонстрировала, что оккупация была провалена, так как необходимо было зачистить территорию в тылу перед тем, как занять ее. Реальность была такова, что оккупационные силы не справлялись с ситуацией. Это наглядно доказывается и тем фактом, что венгры не оказались способны даже назначать старост или учреждать вспомогательные полицейские силы в тех деревнях, которые оккупировались ими временно. Население деревень отказывалось от поддержки таких мер поскольку знало, что оккупанты неспособны защитить их от партизанской мести.
Вскоре последовали новые операции по усмирению. 7 июля 1942 года капитан Г.Хадвари докладывал о том, что 250 партизан было убито в районе Новой Слободы; этот район был местом значительных боев 29 июня и 5 июля. (19) Партизаны оказывали ожесточенное сопротивление. Хадвари и 16 солдат были ранены, другие 2 офицера и 14 солдат были убиты. Однако партизаны также понесли тяжелые потери. Три дня спустя около 100 местных жителей в районе Ворожба-Девица, подозреваемых в поддержке партизан, были казнены. (20)
В течении лета 1942 года венгерские восточные оккупационные силы начали работу по созданию больших «мертвых зон». 28 августа 1942 года командующий оккупационными силами генерал-лейтенант Бакай отдал приказ об изгнании всех партизан и о разрушении всех обитаемых деревень в треугольнике Десна-Знобовка-Знобь. Однако, партизаны смогли предупредить действия оккупационных сил, пересекая реку Десна. В результате выдвижения и развертывания венгерского полка ему удалось лишь захватить 10 лошадей, 4 крытых фургона и 5 центнеров продуктов питания. Местные жители были перехвачены в лесу и переданы ГФП-1 - подразделению, которое было прикомандировано к 105 дивизии. 78 немецких солдат было убито или ранено. У венгров было 13 убитых и раненых. Партизанские потери неизвестны: не было взято ни одного пленного. (21) Однако, 105 дивизия повернула в район между Серединой-Будой и Десной, к востоку от Гремяча, в район, предназначенный к выселению и разрушила там 11 населенных пунктов, депортируя население в Ахтырку, Ромны и Лебедин. (22)



102 легкая пехотная дивизия и группа Бауманна

102 пехотная бригада прибыла в Бердичев между 6 и 14 декабря 1941 года. Между 3 и 12 января 1942 года они взяли под контроль район, контролировавшийся 105 пехотной дивизией, разместив свой штаб в Нежине. При общей численности в 5200 человек им была поставлена задача блокировать выходы из южной лесной части Брянских лесов на протяжении 150 км. Они действовали под командованием Корюка 580. Группа Бауманна - в составе двух батальонов и различных полковых соединений (численностью около 1200 человек) также была развернута для содействия дивизии. Эти войска были вооружены 1962 единицами огнестрельного оружия и несколькими единицами тяжелого вооружения. Эти количества соответствовали покрытию теоретического фронта 41 солдатом, при том, что лишь некоторые из них были вооружены, на один километр фронта. Это было 10% от необходимого количества людей и вооружений. До 28 февраля, эти подразделения сообщили, что 1200 партизан были убиты, в то время как собственные потери подразделений составили 28 погибших, 2 пропавших без вести и 67 раненых. Характерно, что наибольшие потери были от погодных условий: 153 солдата страдали тяжелыми обморожениями.
28 февраля дивизия атаковала партизан в Веселом. Несмотря на поддержку Люфтваффе операция оказалась неудачной. 25 солдат погибло, 66 было ранено - почти столько же, сколько за предыдущие 8 недель. Поэтому представляется, что большинство «партизан» уничтоженных за предыдущие 8 недель были безоружны, тогда как подлинные партизаны доказали, что боевые действия против них приводят к соотношению потерь 1:1. В конце концов Веселое удалось занять только после того как партизаны покинули деревню. Но даже и в этот момент дивизия сделала доклад о том, что весь район Журавка-Эсмань-Сопычь-Амонь-Хомутовка и до 6 километра к югу от Севска, или до 10 километров к югу от Середина-Буды полностью был под контролем партизан. Дивизии пришлось ограничить район проведения операции возмездия в партизанском районе, чтобы не проникать слишком глубоко в партизанскую зону. Такая операция была проведена 20 марта батальоном III/44. Батальон потерь не понес, но было убито 40 партизан. Два дня спустя, однако, батальон III/51 сообщил, что им сожжена деревня Слепухино и «устранено большое количество пособников партизан» без непосредственного контакта с противником (!). В Хинели подразделения полкового подчинения (связисты, саперы и т.д.) «ликвидировали» 62 партизан или «пособников» после «кратковременного боевого контакта с противником».
«После тяжелого сопротивления противника была взята и сожжена Ясная Поляна. (…) 31 партизан был ликвидирован во время операции. Мы потерь не понесли» (25) Такими были лаконичные доклады того времени. Документ не дает ответа на вопрос каким образом соотнести отсутствие собственных потерь в условиях тяжелого сопротивления противника. В любом случае, в апреле 1942 года группа Бауманна и 102 пехотная дивизия доложили о том, что 1380 партизан и их «пособников» были ликвидированы ценой следующих потерь: 51 убитый, 99 раненых и 67 пропавших без вести. 25 деревень были «сожжены» в течении этого месяца. (26)
Дивизия имела задачу блокировать выход из Брянского леса на протяжении 150 километров с тем чтобы не допустить прорыва партизан. Один батальон должен был удерживать 15-километровый фронт имея при этом из тяжелого вооружения только 2 пулемета. Нехватка оружия обозначала то, что партизанским атакам можно было противопоставить только акции возмездия против мирного населения. Так, докладывая об операции дивизии лейтенант Эльгер, немецкий комендант Середина-Буды сообщал: «В ходе операции были сожжены деревни Береза, Веселое и Шульгино. Около 100 человек расстреляно, уцелели только дети. 3 мужчин и 2 женщины взяты в плен». (04.03.1942г.) (27)

Партизанам были также известны трудности венгерских оккупационных сил, связанные с отсутствием достаточного количества вооружения и иных материалов. Поэтому в начале месяца они начали контратаку. Батальон 51/III попал в засаду в Жихово. Мало того, что партизаны захватили сейф батальона, они также взяли в плен 90 военнослужащих, а также убили и ранили 62 человека. (28) Батальон был вынужден покинуть деревню и бежать в Чернацкое, где и был окружен. Батальон спасли от уничтожения только подкрепления быстро переброшенные из Середина-Буды. В этом докладе дивизии отмечается как оккупационные войска опережаются партизанами в обеспечении тяжелым вооружением. По сведениям из доклада это соотношение было 8:1. «43/III, 44/III и 51/III батальоны на самом деле разложены. Моральное состояние войск снизилось до пугающей степени. (…) Одна рота имеет в своем составе 50 человек. И несет службу в режиме 48 часов на службе, затем 24 часа отдыха. Лечение в полевом госпитале невозможно. Люди несут службу на ногах, обмотанными тряпками. Люди имеют только одну пару обуви, которая постоянно мокрая и из-за этого количество заболеваний только увеличивается. Огромное распространение вшей. Пожалуйста, пришлите немецких медиков и проведите дезинфекцию от вшей». (29) Батальон 51/III не имел в своем составе ни одного действующего офицера. Войска состояли из 30% румынских и 30% русинских резервистов и они показали свою беспомощность в бою при Чернацком. С их командиром случился нервный срыв, после чего подразделение возглавлялось молодым лейтенантом.
Иногда, в дополнение к сжиганию деревень и казням мирного населения оккупантам удавалось захватывать и настоящих партизан. Особое внимание всегда уделялось известным пленным, как в случае, например, когда 16 апреля гусарский эскадрон захватил партизанского командира Ивана Буцукина. Во время допроса Буцукин признался, что был членом ГПУ с 1934 по 1941 год. В докладе не говорится кто в конце концов ликвидировал Буцукина - венгры или ГФП. Однако, несомненно он был расстрелян, так как существовало несколько причин казнить его. Согласно приказа Верховного командования Вермахта не только партизанская деятельность каралась смертью, но и простое членство в ГПУ или НКВД, или занятие руководящей должности в партизанском движении - автоматически означало смертный приговор.
После оттепели, начавшейся 10 апреля, основные боевые операции стало осуществлять невозможно. Венгры поэтому довольствовались тем, что поджигали ближайшие деревни. Как только дороги высохли началась новая операция по зачистке с участием ополчения Каминского, 552 немецкого охранного батальона и 4 венгерских рот. Комендант Корюка 580 генерал Агрикола отметил, что «Было необходимо издать несколько резких приказов венгерским войскам, запрещающих мародерство. Любые требования могли получаться войсками только через командира ополчения Каминского. (30) Импровизации с реквизициями запрещались. Очень важно, чтобы венгры понимали, что бригада Каминского их союзник. Они должны рассматривать бригаду Каминского как союзника во всех отношениях и не должны лишать их оружия, снаряжения, лошадей и транспортных средств…» (31)
Это было не просто предупреждение. Широкий спектр немецких должностных лиц жаловался на отсутствие дисциплины и бескомпромиссную позицию венгров. Отношения между местной вспомогательной полицией и Гонведом также были напряженными. Венгры не доверяли ни русским, ни украинцам и отказывались рассматривать их как союзников, тем более, что наблюдали большое количество дезертиров из вспомогательной полиции. Тем не менее, немцы были вынуждены использовать вспомогательную полицию несмотря на их ненадежность, так как других сил не было в наличии. Немцы поэтому согласились на ультиматум Каминского, который заявил, что он прекратит сотрудничество, если венгры не будут немедленно удалены из его района. (32) Локотское ополчение Каминского пользовалось особой поддержкой руководства 2-ой танковой армии, которое полагалось на бригаду Каминского.
Хотя батальон III/43 атаковал Борисово с тяжелым вооружением, они не смогли взять деревню, дома которой были защищены даже с помощью броневого листа. Нападение удалось лишь на следующий день, после чего деревня была разрушена. В течении этого периода подразделения дивизии докладывали, что ими было ликвидировано 20-30 партизан, в то время как сами несли мало потерь или вовсе не имели их. Когда были взяты Павловичи и Малые Павловичи - наступлению помогали немецкие бомбардировщики - последовал доклад о том, что захвачено 4 (!) партизана. Дополнительно было указано, что 350 партизан были убиты «во время побега». Воздушный налет унес 120 жизней. Количество захваченного оружия (1 пулемет, 15 винтовок, 4 автомата и несколько неисправных пистолетов) указывает на то, что большинство сельских жителей было ликвидировано без разбора во время проведения этой операции. В течении этого периода несколько подобных операций проводилось при поддержке авиации. (33) 25 апреля, например, пехотинцы уничтожили 1000 партизан при поддержке с воздуха. Радиоперехваты переговоров партизан также подтверждали, что война ведется против гражданского населения: «Везде где появляется враг он сносит дома и уничтожает жителей» (34) -так докладывал один партизанский отряд из зоны, оккупированной венграми.
Этот тип войны не дал возможности нанести партизанам невосполнимые потери. Более того, их силы даже позволили им начать наступление 27-28 апреля с участием 2000 человек при поддержке тяжелого вооружения. Утром 53 пехотный полк был атакован в окруженном Чернацком, так же как и в Середина Буде. Партизанская бригада Ковпака прошла через разрыв, который был создан на выходе их Хинельских лесов. 46 пехотный полк был окружен в Пигаревке. 23 человека были убиты и 43 ранены и полк потерял почти весь свой состав. Командование дивизии получило приказы выдвинуться на помощь в район Севска, но почему-то осталось на месте. Согласно доклада генерала Агриколы, 102 пехотная дивизия в долгосрочной перспективе не будет иметь возможности вести боевые действия против партизан. В конце концов генералу Агриколе с помощью двух немецких рот удалось устранить разрыв и вернуть назад Середина Буду 29 апреля. В этой операции участвовало около 5000 партизан, организованных в 6-8 партизанских отрядов под общим руководством Ковпака. Генерал-полковник Вайхс сообщал в своем докладе в группу армий: «Эти инциденты опять доказали нам, что силы противника в лесных районах вдоль Десны это не партизанские группы, а скорее подготовленные вооруженные отряды с тяжелым вооружением, гранатометами и артиллерией. У них есть четко определенное командование и они находятся в постоянном радиоконтакте с Красной Армией. В течении зимы они оказали давление на всех кто может носить оружие и получили таким образом подкрепление и организовали затем систематическое обучение и подготовку. Несомненно активность противника возрастет по мере улучшения состояния дорог». (35)
Как прямое следствие вышесказанного, в мае была проведена крупная антипартизанская операция в районе Хинельских лесов. К концу месяца были достигнуты следующие результаты: 4375 партизан и их помощников были убиты и 135 взяты в плен. Захвачено у партизан следующее вооружение: 17 артиллерийских орудий, 26 гранатометов, 71 пулемет, 19 автоматов и 449 винтовок. Венгры потеряли 100 человек, немцы - 31 и ополчение 87. Цифры раненых были 314, 50 и 69 соответственно и пропавших без вести 32, 3 и 1. Эти цифры показывают, что оккупационные войска несли значительные потери, когда боролись с реальными партизанами. С другой стороны 85% «партизан» из доклада были не вооружены, вероятно потому, что в отличии от партизан сельские жители не могли бежать, когда окружались их селения. Совершенно очевидно, что партизанская бригада Ковпака не была уничтожена. Более того, в течении следующих месяцев партизаны удвоили свою активность.
В период с конца апреля по июнь 1942 года 2 венгерская армия (входившая в состав группы армий В) была вынуждена развернуть несколько своих подразделений, включая 6 легкую пехотную дивизию для борьбы с партизанами на юге Брянских лесов, где тем временем несколько деревень были заняты партизанами. 6 и 102 пехотные дивизии зачищали пространство вдоль железной дороги от Дмитриева-Локтя до района между Середина Будой и Неруссой. При боестолкновениях с настоящими партизанами - как, например у Игрицкого, наступающие почти всегда имели столько же потерь сколько и партизаны. Согласно венгерского доклада, в бою у Игрицкого было убито 14 венгров и 70 ранено, тогда как было убито 80 партизан. Однако, «рабочая группа Терлея» (часть 6 пехотной дивизии) докладывала о 228 «уничтоженных» партизанах в один день при собственных потерях в одного убитого и одного раненого.(36) Основными видами деятельности дивизии было «опустошение и разрушение деревень» и расстрел их обитателей. В период с 15 по 20 мая дивизия докладывала о следующих успехах:



Продолжение - вторая часть

Вторая мировая война, Партизаны, Венгрия

Previous post Next post
Up