Реализация смелого и неожиданного решения о выходе Великобритании из состава ЕС, принятого британцами на референдуме, похоже, начинает пробуксовывать. Смелые высказывания евроскептично настроенных элит сменились молчанием: постепенно к властям приходит осознание того, насколько велики будут потери страны от разрыва связей с Евросоюзом.
![](http://www.catholicherald.co.uk/content/uploads/2016/03/brexit-800x500.jpg)
Возникшим замешательством сегодня вовсю стараются воспользоваться еврочиновники, дабы посеять замешательство. Так, глава Европарламента Мартин Шульц в очередной раз высказал сдержанное негодование по поводу намерения Великобритании распрощаться с участием в ЕС:
ЕС и Великобритания недопонимают, что означает Brexit... Это серьезно ослабляет нас. Вы только вдумайтесь - участница G7, страна с правом вето, вторая экономика, ядерная держава выходит из Евросоюза... В связи с чем ЕС находится в трудной ситуации... Но винить британский народ безответственно, очень многие там сожалеют о результате референдума, да и само правительство в Лондоне не было готово к подобному, оно ожидало других результатов...
В то же время The Times запугивает читателей докладом британского казначейства, основной вывод которого сводится к тому, что по «жёсткому» сценарию выхода из ЕС и перехода на условия ВТО, то есть без сохранения доступа к общеевропейскому рынку на прежних условиях, ВВП Великобритании обрушится на 9,5%, бюджет будет терять до £66 млрд ежегодно.
При этом сама Британия понимает, что по «мягкому» варианту её не отпустят. Поэтому риторика правительства однозначна. Так, премьер-министр Британии Тереза Мэй пожелала гражданам «перестать суетиться по поводу разницы между мягким и жестким "Брекситом"», а министр по вопросам «Брексита» Дэвид Дэвис и вовсе заявил: «Не обязательно быть членом единого европейского рынка, чтобы успешно торговать на мировом рынке».
Вносят свой вклад в создание паники среди британцев и евроцентристы. Лидер либерал-демократов Тим Фаррон отмечает:
«…жесткий "Брексит" станет актом экономического вандализма, который разрушит британскую экономику. Либерал-демократы будут настаивать на членстве Великобритании в едином рынке. Правительство должно четко дать понять, что вариант перехода на торговлю с ЕС по правилам ВТО не будет рассматриваться. Мы не можем стоять в стороне, когда это безрассудное консервативное правительство разрушает экономику Великобритании».
Обработкой населения занимаются также многие организации и издания. Так, доклад The Resolution Foundation предсказывает, что выход из Евросоюза к 2020 году сократит годовой доход низкооплачиваемых работников в Британии на £800 фунтов.
Доходит до забавного: министр внутренних дел Великобритании Эмбер Радд указала на жуткое будущее: после «Брексита» гражданам Великобритании придётся платить по £50 за туристическую визу при поездках в Европу. Однако, вероятно, если есть деньги на зарубежные поездки, то и полсотни фунтов на визу как-нибудь наскрести можно.
Однако рынок зависим в том числе и от риторики властей. Поэтому фунт стерлингов сейчас торгуется к доллару на уровне тридцатилетних минимумов. Как сообщает The Independent, уже в 17 британских аэропортах фунт покупается за 98-99 евроцентов.
При этом, как отмечает опять же The Independent, Тереза Мэй делает всё более жёсткие заявления:
…позвольте мне выразиться ясно - мы выходим из ЕС не только для восстановления контроля над иммиграцией. И мы не останемся только ради того, чтобы вернуться в юрисдикцию Европейского Суда.
Тереза Мэри Мэй
Сторонники ЕС ею жёстко критикуются:
Они не стоят за демократию, они пытаются подорвать ее. Они не пытаются получить право на выход из Евросоюза, они пытаются убить его, задерживая "Брексит". …говорят, что им не нравится результат и они будут через суд оспаривать любые попытки покинуть Европейский Союз. Но референдум был законным, и его результат ясен.
Тереза Мэри Мэй
Парламент бурлит и требует голосования по поводу стратегии выхода из ЕС, на что премьер-министр мудро отвечает: обсуждайте, никто не запрещает, но вот голосование уже было, хватит.
При этом отметим, что требования «обсудить и голосовать» выдвигают как оппозиционеры, так и депутаты правящей партии.
Ну а последней же вишенкой стала позиция Шотландии, власти которой начинают подготовку к жизни после Brexit: вчера министры регионального правительства обсудили в Брюсселе возможности сохранения для этой части Великобритании доступа к общему рынку ЕС. Более того, шотландское руководство намерено в ближайшее время опубликовать законопроект о проведении повторного референдума по вопросу выхода из состава Британии - в Эдинбурге считают, что с момента прошлого голосования в сентябре 2014 года положение дел существенно изменилось.
В общем, проблем у Великобритании явно прибавилось, и кажущийся ранее трудной задачей выход из ЕС сегодня представляется практически невыполнимым. Ожидать от евровластей и оппозиции одобрения итогов референдума не приходилось, но то, что они займут настолько жестокую позицию, - сюрприз.
Что же такое происходит?
Во-первых, страшилки «как будет плохо после выхода» «несколько» односторонни. Скажем, прогнозы сокращения рабочих мест не учитывают, что при отвязке от иммиграционной политики ЕС «заходи кто хочет» количество иностранных работников уменьшится. Помимо вероятного ужесточения миграционной политики, не стоит забывать и про такие интересные перспективы ЕС, как Трансатлантическое торговое партнерство и другие глобалистские проекты. Европа пока ещё сопротивляется, но додавливать её будут, и именно через ЕС.
Соглашения ТИСА, ТТИП и TТП - это лоббирование законного мародерства иностранных транснациональных корпораций.
Очень похоже, что Великобритания не желает участвовать в такой «перестройке», и поэтому выходит из ЕС, понимая, что тактические потери лучше стратегического поражения. А это евроатлантистов, естественно, не устраивает.
Во-вторых, Brexit некорректно рассматривать как исключение - это скорее прецедент. Даже Грецию, которая была вся в долгах, не решились исключить из ЕС. И если Великобритании удастся из союза все же выйти, то это будет смертельный удар по нему.
Швейцария отозвала заявку в ЕС, Каталония интенсивно думает о выходе из Испании, в Нидерландах планируется аналогичный английскому референдум, даже во Франции заговорили о «Фрексите» - хотя понятно, что тема если и будет поднята всерьёз, то уже при новом президенте.
Банкиры резонно опасаются распада еврозоны:
«По моему личному мнению, "Брексит" повысил в пять раз вероятность того, что еврозона не переживёт ближайшие десять лет».
Глава J.P. Morgan Chase Джейми Даймон
«…проблема "Брексита" - это проблема выживания Евросоюза».
Глава Morgan Stanley Джеймс Горман
Brexit, будучи осуществлён, в любом случае, независимо от результатов для кого-либо, покажет наличие возможности осуществлять национальную, а не глобалистскую политику. И понятно, кому этого очень-очень не хочется.
Давление на политиков, похоже, осуществляется очень сильное, да и сами политики, надо думать, метаются в поисках со словами: «Кто же окажется победителем, кого надо поддержать?». Показательны в этом плане метания британского министра иностранных дел Бориса Джонсона, который, будучи одним из лидеров кампании перед референдумом, одновременно готовил тексты против, «пытался четче сформулировать свои мысли».
Ситуация, как известно, юридически сложная: правительство Великобритании по результатам референдума имеет мандат на выход из ЕС, но такая процедура никак юридически не прорабатывалась ранее.
Даже при наличии обоюдного желания процесс весьма запутан и требует множества согласований. На каждом из которых, понятно, можно его притормаживать, причём надолго.
Сама премьер-министр, с одной стороны, уже назвала официальную дату начала процесса - март 2017 года, а также сформулировала жёсткие условия выхода:
отсутствие каких-либо платежей в евробюджет;
полная свобода от юрисдикции европейских судов;
свободный доступ к рынкам ЕС;
жесткая миграционная политика.
Но с другой, Тереза Мэй, ранее указывавшая на правовую систему Великобритании, согласно которой правительство после проведения референдума не обязано каким-либо образом считаться с мнением парламента, сейчас уже согласна на обсуждения - а обсуждать можно очень долго и демократично.
Таким образом, можно констатировать, что определенное давление, которое оказывается на британских евроскептиков, в какой-то степени оказывается успешным.