Оригинал взят у
lakonic в
"Deform" вместо "reform"
Источник фотографии:
http://vscht.ru/2012/04/chemie-v-rusku/ В процессе реализации детской мечты стать ученым, я сталкивалась с множеством разочарований, вызванных нынешним состоянием науки в России. Состоянием, выраженным в резкой материальной недостаточности множества лабораторий и институтов, обрушенном статусе российского ученого, мизерных зарплатах и, наконец, практически полном отсутствии энтузиазма в работе на благо отечественной науки. Коротко это состояние можно было бы обозначить как «умирание».
Девяностые годы беспощадно, наотмашь ударили по ученым, отбросив их далеко назад, буквально, выбив из колеи мировой науки. Этот шок разрушил многие начинания, уничтожил множество научных школ и свел на нет ту внутреннюю, смысловую, компоненту, которая позволяла развиваться даже в условиях недостатка средств. С тех пор энтузиазма хватает только на хоть какое-то «поддержание температуры». Тем не менее, «остывание» и отставание продолжается.
Одним из первых пожеланий, которые звучат для каждого «новобранца», является пожелание с помощью науки выстроить себе трамплин для отъезда за границу. Об этом говорится как о норме вещей. Норме настолько широко принятой, что потребовались годы для того, чтобы осознать весь ужас такого положения дел. И мне действительно крайне сложно упрекнуть этих людей в чем-либо. Их раздавили, унизили, а их любимое дело превратили в жалкую пародию на науку. И правда, сложно назвать собственно наукой работу, основанную на применении устаревших методов и постепенно приходящего в негодность оборудования в условиях, когда нередко кандидатам наук приходится выполнять работу лаборанта. Да даже работа на чрезвычайно дорогом современном оборудовании, доступном далеко не каждой лаборатории, не спасает ситуации, поскольку предоставленные Западом средства исследования ставят ученых в полную зависимость от Запада и, тем самым, гарантируют постоянное отставание уровня и глубины исследований.
Тем не менее, пока в России есть не остывшая полностью наука, у нас есть определенный потенциал для развития. Потенциал, который можно и нужно раскрыть и реализовать. Глядя на советские достижения, читая многие советские научные и научно-популярные труды, невольно поражаешься бьющей из них жизни и любви к своему делу и высшему смыслу, для которого это дело предназначено. Все это не могло погибнуть в одночасье. И я уверена, что где-то на задворках души многих отечественных ученых живет эта полная готовность откликнуться на зов эпохи и с энтузиазмом броситься на развитие науки на Родине. Но зова нет. Напротив, все говорит ученым «вы здесь не нужны».
И очередным таким «вы здесь не нужны» стала, конечно же, пресловутая (и весьма поспешно принятая) реформа РАН. Она разбивает все, буквально рассекает еще теплящееся тело науки в России. Прикрываясь бесспорным тезисом о необходимости реформирования РАН, наши законодатели буквально выстраивают машину для разграбления оставшихся ее ресурсов.
Первым, и наиболее ярким, шагом к этому разграблению является, разумеется, передача имущества РАН некоему Федеральному агентству. «Необходимо избавить ученых от не свойственных им функций управления имуществом» - заявил Д.Медведев, буквально отбирая у ученых это самое имущество. Что удивительно, в стране уже есть выраженно негативный опыт передачи имущества образовательных учреждений специализированным для этого агентствам. Как правило, это чревато «оптимизаторским» ажиотажем чиновников, приводящим к роспуску множества учебных заведений с целью заработать на аренде освободившихся площадей. И, конечно же, ученые не питают ни каких иллюзий относительно того, что в случае с РАН все будет по-другому.
Другим шагом стала постановка всех региональных научных отделений в зависимость (научную и финансовую) от Москвы, что в конечном итоге приведет к разорению множества лабораторий и даже институтов, отказу от содержания многих научных школ в региональных отделениях и, конечно же, обострению ненависти россиян к Москве. Для меня как пермского ученого этот момент тоже представляет чрезвычайную важность.
Недостатки реформы не ограничиваются всем перечисленным. Судя по всему, очевидным образом разрушительная, экономически не целесообразная реформа не только не решит никаких проблем отечественной науки, но и целиком похоронит ее, вызвав массу побочных отрицательных эффектов. Более того, вместе с недавно принятым законом об образовании она может привести к полному обрушению интеллектуальной сферы в стране.
И тогда мы придем к ситуации (мы уже почти пришли к ней), когда пожелание успешно устроиться на Западе, адресованное молодому исследователю, станет не просто пожеланием, а единственной возможностью быть ученым. Более того, будет аморальным желать человеку оставаться и работать в России.
Однажды я проводила экскурсию для школьников в своей лаборатории. Когда меня спросили, каково состояние российской микробиологии, я ответила честно, что есть, конечно же, уникальные научные школы, но в целом мы от Запада катастрофически отстаем, и эта пропасть в нынешних условиях непреодолима. Тогда они спросили, зачем тогда вообще нужна наука в России, если основную массу научных результатов производят на Западе. Меня удивило, что сегодня, оказывается, надо уже объяснять людям казалось бы очевидную вещь, что в отсутствии своей собственной науки государство лишается национальной безопасности. То, что этого не понимают школьники - это нормально. Но, судя по всему, этого не понимают и российские чиновники. Либо, понимая, намеренно сводят Россию к государству-колонии, пытаясь в конечном итоге вывести науку, как говорится, на аутсорсинг.
Я - русский ученый. Я крайне обеспокоена и за свое любимое дело, и за Россию как таковую. И потому не считаю что «в той системе координат, которую задает закон и его реализация» (по выражению глубокоуважаемого академика В.К. Фортова) возможна будет хоть какая-то продуктивная работа. Я вообще не считаю, что в таком состоянии отечественная наука сможет долго просуществовать. И в преддверии Народного собрания на площади Революции в г. Москве я говорю своим московским коллегам, что полностью их поддерживаю и болею за них душой.
Лариса Беляева,
кандидат биологических наук, инженер,
Институт экологии и генетики микроорганизмов Уральского отделения РАН.