Идеальная советская нищета.
Сейчас я опишу типичный воскресный обед моего детства. Вторая половина 70-х-80-е, Москва, образцово благополучная семья. Трудолюбивые, ответственные родители, без вредных привычек, с прекрасной работой («оборонка», инженеры, отец начотдела), зарплатой выше среднего - у мамы 220 рублей, у папы 350. Папа с золотыми руками, починить, отремонтировать, все в дом. Хозяйственные мама и бабушка, напечь, законсервировать, сшить-связать. Мы с братом - беспроблемные отличники, спорт в бесплатной секции, школа рядом.
Так вот,
семейный обед по выходным, из года в год. Вначале на столе отварная картошка и селедка, с лучком и постным маслом. Аперитив такой. По сезону к картошке домашняя квашеная капуста. Потом тарелка супа - лапши, щей или рассольника, на мясном или костном бульоне. И все. Мясо из супа шло к ужину, в макароны по-флотски, например. Никакого «второго» и прочей буженины. Хлеб нарезался щедро, да.
Понимаете, я люблю селедку с луком, речь не о том. И это был вкусный, горячий, сытный обед. Нищенски сытный - круто посоленный, с дешевыми жирами, добавленным в суп «ради плотности» пшеном. Картошки побольше. И квашеная капуста, фрукт для бедных, чуть не единственный зимний витамин. Чтобы это приготовить, женщины тратили кучу сил, бегали по очередям, часами стояли у плиты над пятилитровыми семейными кастрюлями. Капусту эмалированными ведрами солили. Никогда не жадничали, если перепадал дефицит, старались побаловать детей шоколадной конфеткой, мандаринкой.
Я специально начала с того, что наша семья была экономически идеальна, прямо воплощенная советская мечта: из тех, кто непьетнекурит, с образованием, хорошо зарабатывают, по хозяйству молодцы. И все равно - нищие. Уже потом я размышляла - почему средств хватало только на такую жизнь? Квартира (48 кв.м на пятерых) «бесплатная». Ни дачи, ни машины, в нормальный отпуск (чтобы не на костре готовить) родители съездили пару раз. На книжке семьсот рублей. Одеты более чем скромно, самострок-самовяз, особенно детям, да и мама модницей не была.
Более подробно я раньше писала, в комментариях ссылки. А дело в том, что у нас была чистейшая, принципиальная жизнь только на зарплату. В том месте и времени это означало натуральную бедность. Кто жил лучше? Те, кто дурил систему. Использовал лакуны, куда она смотрела сквозь пальцы. Даже если не говорить о раскормленном начальстве и прочей «номенклатуре». Врачи принимали за деньги в карман, преподаватели нелегально репетиторствовали, брали взятки при поступлении, распределении любых благ, медсестры бегали с массажами-уколами, а еще ремонты, подпольное маклерство, торговля с участков, даже обычные продавцы («польский гарнитур, двадцать сверху - а я дал двадцать пять»)...
И блат, блат, блат.
Я ни капли не осуждаю, люди крутились, старались заработать, хоть что-то себе позволить - что может быть нормальнее. Но ведь на государственном уровне это считалось неправильным, «нечестным», не дай бог попасться, социалистический идеал не такой. А какой? - Да вот как наша семья, со своими флотскими макаронами и ложечкой меда детям перед сном. У мамы белая трикотажная водолазка прорвалась под мышками так, что уже не заштопать. Я много лет смотрела, как она надевает сверху плотный сарафан с рукавом, чистенький, залоснившийся от утюга, и идет на работу. В НИИ, разрабатывавший «ядерный щит родины». Отец за этот «ядерный щит» коллективную ленинскую премию получил, а обедал щами с селедкой, жил до пенсии с невыносимой тещей, не мог детей за город на машине прокатить (водить умел) - только вонючим автобусом, метро и электричкой. «Советская мечта» была гораздо лживее американской, даже абсолютно исполнившись, она не давала элементарного достатка. Требовала ради прокорма до стертых рук впахивать во вторую домашнюю смену. Унижала необходимостью «крутиться», соваться к нужным людям. Чтобы зубные протезы поставить, связи до космоса поднимались. Кто что забыл в той стране бесплатной медицины и невыученных уроков, я точно ничего не забыла и не жалею ни о чем.
АВТОР