Aug 18, 2010 11:46
"Я совершенно не знаю этой [американской] культуры, я лишь смотрю, как она действует на людей. Тех, которых могу видеть, очень интересное действие. Они как-то становятся много свободнее, независимее. Но при этом теряют второе дно. Будто выпрямляются от гнета, но теряют возможность думать как-то для себя, сложно -- даже не знаю... А, вот. В СССР было множество умнющих каких-то кадров, которые в курилках сносили крыши потрясающими умозаключениями. потом наступила гласность и благорастворение свободной прессы, и вместо них появились журналисты -- они заполняют колонки, они стараются, высказывается масса чего, просто горы слов -- но очень скучных на круг. Умнющих почти нет, редкие исключения -- умнющие себе в тряпочку, наружу такие же как прочие. Почему освобождение действует на голову упрощающим образом, я не знаю. и не уверен, что это плохо -- может быть, двойное дно -- вовсе не прекрасно, и за осанку можно отдать длину мысли. Как у советских было двоемыслие, так у американских прорезается какая-то простоватость. Некое непроизвольное too much. Как это происходит, почему люди вдруг оказываются склонными к этому too much - не знаю".
И ещё: "Мне кажется, это свидетельство раскинутых крыльев Запада, весьма мало понятых. То, что сейчас существует - это мир Европы. Осмеянный, сданный вгорячах на Китай, закрытый как старый сортир на заднем дворе - существует только это. Одно крыло европейского мира - россия - могло быть другим, но погибает потому, что не доразвилось до стадии, когда в ней возможна экономика. Не выросла возможность воспринимать организационные формы. То есть почва россии такова, что культуру из Европы она научилась воспринимать, не очень хорошо, но может - а вся экономика в россии умирает, сюда привозят самые разные экономические институты, готовы копировать Мексику, Бразилию, кого угодно - всё мрёт. А в америке иная почва - там умирает европейская культура. Экономика - тоже по идеям вся европейская - как раз себя чувствует и вполне, а культура дохнет, не приходя в сознание. как-то это всё живет только пока жива Европа. Потому в европейских людях еще можно отыскивать какое-то равновесие между прямой осанкой и глубиной мыслей, а в россии и Америке неприятные корреляции, одних сносит в андерграунд, других в глупость.
----------
Журналисты тут, конечно, ни при чём. Просто теперь разрешено писать всем -- ну и пишут все. Здесь же действительно загадочное, глубинное воздействие -- на коренное население (американцев), на эмигрантов. Обычно это объясняют так: чем меньше свободы внешней, тем больше в человеке развивается свобода внутренняя. И наоборот, где внешней много, там включается самоограничение, внутренняя свобода скукоживается, а с ней и способность "мыслить сложно". Может быть.
(Хорошая отмазка для себя: 30 лет мой мозг против свободы. Кто ж устоит... Не я. А ведь какой умный человек мог бы получиться!)
чужие журналы,
пофилософствуем