*Здесь Яся в возрасте Гоши, 2 и 9.
У меня тут недавно случился очередной "приход" на тему Гошиного молчания.
("Ну что вы, он прекрасно у вас говорит, - сказала воспитательница давеча. - Я его спросила: "Кто тебе купил машинку, Гоша?" А он говорит: "Мама!")
И я затеяла разговор с Максимом, что он думает на эту тему. А Максим говорит: "Ну что тут думать, я спокоен. Понятно же, что он все понимает, что-то лепечет, где-то ленится, всему своё время. Вот про толстенькую Ясечку я напереживался, это да. А про Гошу - что волноваться?"
И я тут - ааааааааааааа. Мне-то в период толстенькой Ясечки не приходило в голову волноваться о её фигуре. О себе я волновалась, да. Тяжеловато носить полугодовалого 11-килограммового ребенка. А про Ясю - что волноваться? Понятно же, что побежит, и рассосется. А Максим в тот период аж рассказ в Космо прочел, где папа звал толстенькую дочку в детстве Помидоркой, и у неё это закрепилось на всю жизнь - и в плане психики, и в плане фигуры. И Максим резко прекратил звать Ясечку Помидоркой. И у Яси рассосалось, конечно, тут же. Годам к трем - окончательно.
Майские праздники 2009 в Твери:
Мой дядя Шурик с Ясей
Противоударный шлем - толстенькая девочка начала ползать
В общем, мораль такая - наши страхи - это всего лишь наши, личные страхи-проекции. Ждем терпеливо, пока Гоша скажет что-то более глобальное, чем "Тятя, какА!" (Яся, пока) утром в садике.