Три ветви, три ветви…
![](https://fbcdn-sphotos-d-a.akamaihd.net/hphotos-ak-ash3/s720x720/558820_655932597758079_1770786968_n.jpg)
Общепризнано и даже зафиксировано в различных документах, определяющих правила игры, что оппозиция нынешнему режиму делится на три части:
- «либеральную»,
- «левую»,
- «националистическую».
Кавычки здесь не случайны, так как понимание терминов «либеральный», «левый» и «националистический» в массовом российском сознаний иногда весьма далеко от того, как эти термины понимаются в остальном мире. Не будем, однако, пускаться в обсуждение терминологических тонкостей. Будем предполагать, что различие в понимании этих терминов у различных читателей несущественно для восприятия данного текста.
Итак, эти три оппозиционных ветви есть, они пытаются между собой договориться и как-то взаимодействовать, учатся уважать (по крайней мере, не презирать) друг друга. Это трудно. Ведь перечисленные выше три идеологии несовместимы. Противоречия между ними фундаментальны и для своего разрешения требуют «священной войны» до полной победы какой-то одной из них и (как следствие) полного (физического) уничтожения адептов двух других.
Предположим, оппозиция победила. В результате революции или каким-то другим путем. Кстати, в любом случае это будет победа революции. А вот степень «кровавости» этой революции может быть разной. Что же дальше. Обычно, после победы революции, революционеры - вчерашние союзники - начинают разбираться между собой. И разбираются они между собой часто еще более кроваво, чем они разбирались с предыдущей властью.
Вспомните, как разбирались большевики с эсэрами и анархистами, и как потом они разбирались уже между собой: как уничтожали различные фракции, боролись с троцкистами, бухаринцами; как Каменев с Зиновьевым объединялись со Сталиным, чтобы противостоять Троцкому, как потом, когда Троцкий уже был уничтожен политически (но еще не был - физически), Сталин кинул Каменева и Зиновьева и уничтожил их (физически), а затем очередь дошла и до Троцкого.
Думаете, это исключение? Да нет: во время Великой французской революции было то же самое. Масштаб злодейств был поменьше, потому что сама страна была поменьше, а ожесточенности было столько же. Это правило. После победы революции начинается борьба за власть между разными группировками революционеров, между вчерашними союзниками вообще-то.
Предположим, что случилось такое счастье: борьба была не очень длительной, не очень кровавой, и завершилась не полным разгромом всех группировок, кроме какой-то одной, а наступил «худой мир», все пришли к какому-то компромиссу, наступило очень неустойчивое равновесие, основанное на взаимном недоверии и постоянной слежке друг за другом, и поддерживаемое демократическими процедурами.
Вот тут такой вопрос: хотим мы демократии или нет? Этот вопрос обращен, прежде всего, к «либералам». Вроде бы ясно, что хотим. Но «системные либералы» (Радзиховский и Ко) нас неоднократно пугали: если будет демократия, то к власти обязательно придут «националисты», а точнее, русские нацисты, и будет нам резня, погромы, концлагеря и т.п., т.е., п…ц полный. Вы думаете они преувеличивали? Ну, немного преувеличивали. Нацизм все-таки не столь популярен, как это принято считать. Но на волне спровоцированного «народного возмущения», вызванного каким-нибудь «изнасилованием малолетней неустановленным лицом» в оранжевой жилетке, нацисты вполне могут прийти к власти.
Вот тут «либералы» дружно чешут репу должны глубоко задуматься.
Предположим, нам привалило еще большее счастье: нацисты (несмотря на демократию) не победили (пока). Но они же есть! И с ними надо как-то жить и взаимодействовать. Переубедить их вряд ли удастся. И они явно портят «демократический пейзаж». А победить их можно только физически уничтожив. Причем всех! Готовы ли к этому либералы? Подозреваю, что многие готовы, хотя и не решаются себе в этом признаться. Но только это бесполезно! Потому что уничтожить всех разом не получится. А когда будет уничтожена «первая партия» одних (самых активных), им на смену встанет в несколько раз больше других (друзей, родственников и т.п.), готовых умирать и убивать «за идею расового превосходства». Репрессиями можно запугать либералов. С привыкшими к насилию «националистами» это сделать значительно труднее.
Так вот, я выскажу следующую мысль: если мы действительно считаем, что «худой мир лучше доброй ссоры», «националистов» придется терпеть. Более того, нужно признать, что правые («националисты») являются НЕОБХОДИМОЙ частью демократического общества. Они есть во многих (подозреваю, что во всех) демократических государствах. Есть же Ле Пены во Франции. И ничего там плохого с демократией не происходит. «Националисты» играют важную роль - они являются сдерживающим фактором как для агрессивных ультралевых группировок, так и для агрессивных группировок этнических меньшинств. Кроме того, «националистам», как правило, свойственен «антимодернизм», что тоже важно, так как изменения в обществе не должны происходить слишком быстро. Общество может не справиться со слишком стремительными переменами.
Разумеется, чтобы вписаться в демократическое устройство, «националисты» сами должны измениться, они должны, например, отказаться от насилия как средства решения политических проблем. Но, как показывает опыт многих государств (а отчасти и российского оппозиционного движения), «националисты» к этому готовы. Те, кто не готов отказаться от насилия, становятся маргиналами, «умеренные националисты» начинают их игнорировать.
Кстати, центристы («либералы») являются ОСНОВОЙ любого демократического общества, хранителями его традиций и правил. Но о них мне много говорить не хочется, потому что и так все ясно.
НЕОБХОДИМОЙ часть демократического общества являются и «левые» (популисты), в том числе и «ультралевые» (если они отказываются от насилия). Без левых нет движения общества вперед. Левые - наиболее чувствительны к различным видам несправедливости, прежде всего к социальной. Левые поддерживают все новое в культуре, науке, социальных и личных отношениях. Левые (настоящие левые, а не КПРФ) очень ценят свободу и никогда не променяют ее на благополучие. Только левые, по-моему, (опять же КПРФ не в счет) готовы умереть за свободу. По крайней мере они оказывались всегда и везде в авангарде борьбы за свободу (но, приходя к власти, часто устанавливали диктатуру).
Так вот, если мы хотим мира, то все три ветви оппозиционного движения должны быть представлены не только во время борьбы с режимом, но и должны сохраниться после победы (став, по-видимому, более умеренными и менее агрессивными).
Для каждой ветви у меня есть свое пожелание:
- «националистам» - отказаться от насилия и осудить его (и, вообще, стать менее агрессивными);
- «либералам» - отказаться от «либерального чванства», научиться уважительно относиться к людям, имеющим иные убеждения (увы - «либеральное чванство» - очень распространенное качество, которые сами «либералы» за собой не замечают); отказаться от претензии на знание какой-то абсолютной истины (абсолютной истины в политике и политологии не бывает);
- «левым» - отказаться от старых догм и, наконец, решительно и окончательно осудить сталинизм; стать умнее; перестать искать у классиков позапрошлого и начала прошлого века объяснений явлениям века нынешнего и разработать, в конце концов, новую левую политическую и экономическую теорию.
Всем ветвям: признать, что все люди (хотя они и разные) должны иметь равные права! Каждая из этих ветвей ставит своей задачей защиту одной социальной группы: «Националисты» защищают свою «этническую» группу. «Либералы» стоят на страже интересов «деловых» и «успешных» граждан. «Левые» защищают «угнетенных». Пускай защищают. Но равноправие нужно признать.
ОТСЕЛЬОб этом я еще не писал (продолжение)
![](https://fbcdn-sphotos-a-a.akamaihd.net/hphotos-ak-ash3/555019_656002961084376_1416068305_n.jpg)
И ОПЯТЬ О НАВАЛЬНОМ…
Наиболее распространенной претензией к Навальному среди либеральной интеллигенции является его «национализм» или даже жестче - «нацизм». Не мешает обвинению в «нацизме» даже очевидная юдофилия Навального: вот Муссолини тоже не был антисемитом, но фашистом же был!
Чтобы не делать длинное терминологическое отступление (потому что термин «фашизм» используется в разных, иногда противоречащих друг другу, смыслах), замечу только, что антисемитом не был ранний Муссолини (не испытавший еще на себе влияние Гитлера). После того, как Муссолини стал союзником Гитлера, антисемитизм стал частью официальной идеологии итальянских фашистов, принимавших в Холокосте самое деятельное участие.
Давайте выразимся более аккуратно: Имеет ли Навальный какие-нибудь этнические предрассудки?
Не знаю! Не могу залезть к другому человеку в голову. Судя по некоторым его поступкам, совершенным до того, как он стал одним из ведущих оппозиционных политиков, вполне может иметь. Но одно дело предрассудки, другое - политические заявления и действия. Человек вполне может свои предрассудки обуздать и действовать рационально. Пока что все, что в рамках предвыборной кампании Навальный заявляет об этнических проблемах, может иметь вполне пристойное объяснение, не связанное ни с ксенофобией, ни с этническим превосходством.
Он, в отличие от действующей власти, призывал не ловить и выгонять иммигрантов, а строго наказывать работодателей, использующих нелегальный, а значит рабский, труд. Где тут ксенофобия? И что, не надо бороться с рабовладельцами и работорговцами? С другой стороны, этнически озабоченному электорату должно быть приятно, когда кандидат обсуждает «проблему нелегальных мигрантов» и предлагает пути ее решения (цивилизованного решения, кстати).
Предложение о визовом режиме тоже никакой ксенофобии не содержит. Ведь мы в Европу визы получаем. Никто европейцев в ксенофобии по этому поводу не обвиняет. Это нормальная протекционистская политика по отношению к собственной рабочей силе.
По отношению к отделению Кавказа: давайте честно себе признаемся: все равно рано или поздно часть республик Северного Кавказа от России отделится. Удержать их можно только или сверхбогатыми дотациями (что развращает и добавляет этнической напряженности), или геноцидом. Может быть, честнее не продлевать агонии, а отпустить эти республики с миром. Западные страны давно это сделали со своими колониями. После чего западные страны стали жить еще лучше, а колонии - еще хуже; но теперь это уже проблемы бывших колоний, а не западных стран.
Выше я уже говорил о том, что в России к власти вполне могут прийти «националисты». Так вот, если в России к власти приходит «националист», то пусть уж это будет Навальный с его европеизированным рафинированным «национализмом», а не кто-нибудь из явных нацистов с животной ксенофобией и постоянной готовностью к насилию.
Теперь еще несколько слов о Навальном в связи с «тремя ветвями» оппозиции.
Удивительно, но Навальный принадлежит всем этим трем ветвям!
Он «националист», ходит на Русские марши, выступает по проблемам нелегальных мигрантов, заявляет «Хватит кормить Кавказ».
Он «либерал», ценности свободы и демократии для него не пустой звук. Он всегда предпочитает решать вопросы выборами, а не майданами, захватами приемных и перекрытием магистралей. Он дружит с идеологами современной «облачной» демократии, предлагает сложные вопросы решать с помощью референдумов. Он предприниматель, защищает права среднего и мелкого бизнеса.
Он «популист», следовательно левые идеи ему тоже не чужды. Он борется с коррупцией, интересуется социальными проблемами, в том числе ЖКХ, здравоохранением, образованием.
Кроме того, он умеет говорить с простым народом. Он умеет это делать настолько хорошо, что бабушки, которые составляют у нас большинство избирателей, послушав Навального готовы за него проголосовать. Гораздо хуже у него получается разговор с прожженными журналюгами. Ну, да ничего, научится.
Навальный не имеет доступа к телевидению. Имел бы, его результаты были бы гораздо более убедительными. А так, обойти миллионы московских бабушек он все-таки не успевает.
Вернемся к тому, что Навальный един в трех лицах: «националист», «либерал» и «популист». Это обстоятельство в случае его прихода к власти позволяет надеяться, что нам удастся обойтись без «священной войны» всех со всеми. Не будет же Навальный воевать сам с собой. А там, глядишь, и к демократии с выборами и референдумами привыкнем.
Конечно, тот факт, что в одном Навальном уживаются «националист», «либерал» и «популист» говорит о противоречивости его политических взглядов. Ну что же, это бывает. Там, где дело касается убеждений (или веры) логику искать не стоит. Ничего страшного в противоречиях нет. У большинства людей политические взгляды (если они есть) - противоречивы. На качестве управленческих решений противоречивость политических взглядов тоже сказывается не очень сильно. Да простят меня специалисты в области логики! Я сам такой специалист и знаю, что с противоречием вполне можно жить, если правильно с ним обращаться.
и
ОТСЕЛЬ