Ну что, здравствуйте, мои дорогие читатели!
После недолгого молчания я понемногу возвращаюсь в ЖЖ-эфир. Как я писал ранее - красивости у меня закончились. Возвращаюсь к моей любимой теме абандона, разрухи и техногена. Наконец-то руки дошли до летних фотографий. И как всегда их большое множество. Так что опять из одной прогулки получится несколько репортажей (от фотодиареи я так и не вылечился). Ну да ладно. Начну рассказ.
В один из летних теплых дней я совершил прогулку в район Никелевого завода, чтобы посетить остатки лагеря "Барьерный". За эту вылазку удалось посетить: коксохимический завод, территорию ликвидированной ядерной лаборатории, территорию лагеря, залезть немножко на склон горы Гудчихи. Всё это вы увидите в нескольких репортажах.
01. Строительство завода началось в 1947 году. В строй вступил в третьем квартале 1948 года. Из названия понятно, что завод производил кокс из местных углей.
Выйдя из машины увидел такую картину. Черно-красные сооружения, тяжелые и монументальные.
02. По пути попался погрузчик, уже больше похожий на багги.
Дальше буду разбавлять свою болтовню выдержками из бюллетеня технической информации, 1948 года выпуска.
До пуска завода потребности печей, перерабатывающих норильскую полиметаллическую руду, а так же вспомогательных предприятий черной металлургии комбината удовлетворялись коксом, выжженным в кучах. Это полукустарное производство начато было еще в 1939 году. Качество кокса было неудовлетворительным, производительность коксовых куч не поспевала за расширением металлургических цехов, не говоря уже о дополнительных трудностях вызванных ввиду перебоя с транспортом. Таким образом, необходимость в коксовом заводе, предусмотренном и первоначальными вариантами проекта комбината, созрела уже давно.
03. Перед вами остатки коксовой батареи. Если я знаю правильно, батарея системы Беккера.
04.
Кроме характера сырьевой базы, вторым фактором определяющим своеобразие коксового завода послужило обстоятельство, что Норильский завод являлся первым в Союзе коксохимическим предприятием связанным не черной, а с цветной металлургией. Это вызвало необходимость решать совершенно новые техно-экономические проблемы, для которых ни в союзной, ни в зарубежной практике до сих пор не было прецедентов.
05. Как и любое другое угольное перерабатывающее производство завод состоит из всяких конвейерных галерей и башен.
Уже в первые недели, после перехода на кокс нового завода, сразу сказались на технико-экономических показателях основных металлургических цехов комбината. Так в сентябре проплав в ватержакетных печах достиг, в среднем 59,8 тн, с квадратного метра площади сечения фурмы - против 30 плановых, причем отдельные рекордные плавки достигали 78 тн с квадратного метра площади сечения.
06. Стройные ряды секций коксовой батареи. Впечатляющее сооружение.
07. Вот сюда засыпался уголь и нагревался до 800 градусов.
08. Назначение этих фиговин мне до сих пор неведомо.
Расход кокса составил 11,7% к шихте - против 20%, практически затрачиваемых в прежнее время, когда применялся кучевой кокс. Резкое увеличение производительности ватержакетных печей явилось совершенно естественным результатом снижения расхода топлива, поскольку это увеличило количество воздуха идущего непосредственно на плавку.
09.
10.
11. Фасонный огнеупорный кирпич.
Необходимо отметить, что Норильские угли принадлежат к категории труднококсующихся. Уголь из эксплуатировавшихся в то время месторождений содержал в среднем 17,75% летучих и 26,83% золы. Такая характеристика угля, естественно вызывала необходимость решения вопроса о предварительном его обогащении перед коксованием. Норильская углеобогатительная лаборатория на протяжении ряда лет вела научно-исследовательскую работу по определению обогатимости норильских коксующихся углей.
12. Архитектурная композиция батареи и башни.
13. Разруха, время и погода тихо делают свое дело.
Проект коксохимического завода был разработан силами комбината с использованием типовых печей.
14.
15.
16. Ладно, хватит развалины рассматривать. Поднимем свой взор вверх.
17. Идем дальше, видны ужу неиспользуемые жд пути, здесь выгружался кокс.
18. Очередная башня с примыкающей к ней галереей.
19. Взгляд назад, виден хребет горы Барьерной.
20. Я поднялся по лестнице, чтобы заснять окружающую действительность сверху.
21. Галереи, бесконечные галереи...
22. Гора Гудчиха.
23.
24. Сверху была видна крыша коксовой батареи.
25.
26. Дальше по пути за углом одного из цехов стали виднеться крекинговые колонны.
27. Красота в полный рост.
29. Предположительно, с помощью этих колонн производился керосин и дизтопливо.
30. Баки для воды или для дизтоплива.
31. Мегазадвижка.
32.
33. Еще одна мрачная башня.
34.
35. Ну вот, собственно, территория завода и закончилась. На снимке территория одного из самых больших лагерей Норильлага. Перед вами лагерь Барьерный. Туда я вас поведу чуть попозже.
Норильский коксохимический завод сдан в эксплуатацию с оценкой, по отдельным сооружениям, на "хорошо" и "отлично". В отличие от ряда других объектов, завод требовал минимального количества доделок. Ряд ответственных механических агрегатов запроектирован и изготовлен на месте. Наконец, труба завода выложена из местного кирпича (на дворе сороковые годы, до этого кирпич завозился по морю и Енисею из других регионов страны).
36. Теперь отойдем от завода на некоторое расстояние и окинем взором всё предприятие.
37.
38. При виде этой брошенной пожарной машины мне сразу вспомнились локации известной игры "Сталкер"
39. Мой путь пролегает по подножию горы и чем дальше я иду, тем выше я поднимаюсь. Я иду в направлении ЛАЯМы - лаборатории атомно-ядерных методов анализа. Самой лаборатории уже давно нет, от неё осталось ровное место. Но это тема следующего репортажа.
Кто желает увидеть коксохим с большой высоты, приглашаю в мой весенний пост
Лунные пейзажи или Норильск, виды с горы Барьерная.