Оригинал взят у
swinow в
Ostrogard RuzziaeАндрей Пауль написал новый замечатльный текст, по-моему, ему удаётся просто-таки оживлять, заново вдыхать жизнь в реальность той, столь отдалённой от нас, эпохи. Включая правильное восстановление существовавших тогда торговых маршрутов! Готов поспорить - что воспроизвёл он это точно!
Я тоже, давно задумывался, не является ли Острогард Адама - передачей славянского топонима, типа "Остров-гард", калькированного позже скандинавами в форму Хольмгард и закрепившегося в конце концов за Новгородом (хотя изначально не обязательно принадлежавшего Новгороду) - очень рад что Андрей так подробно рассмотрел (если не сказать доказал) вероятность этого!
Аналогия между "островом Руси" из арабских источников и Острогардом Руси (если располагать его на островах в Прибалтике - на Эзеле, или Даго) весьма интересна! И могла бы объяснить что-то, что не очень укладывается в Рюгенскую версию. Но, думаю, в любом случае, в арабских описания "острова Руси" сведения о Рюгене также присутствуют. Однако, возможно, они накладываются, наслаиваются там и на сведения о русском острове в восточной Прибалтике. Русь - любила острова, и это факт! И арабы могли собрать вместе и объединить в своих текстах сведения о немного разных островных территориях руси! (Swinow)
Оригинал взят у
nap1000 в
Ostrogard RuzziaeНесколько мыслей по поводу топонима.
Впервые Адам Бременский упоминает в своём описании морского торгового пути по югу Балтики любопытный Ostrogard Ruzziae, в который плыли купцы из Шлезвига и Ольденбурга с остановкой в Юмне в отрывке II 19:
Путь этот проходят следующим образом: от Гамбурга или от реки Эльбы до города Юмны по суше добираются семь дней. Чтобы добраться до Юмны по морю, нужно сесть на корабль в Шлезвиге или Ольденбурге. От этого города 14 дней ходу под парусами до Острогарда Руси. Столица её - город Киев, соперник Константинопольской державы, прекраснейшее украшение Греции. на латинском:
Iter eiusmodi est, ut ab Hammaburc vel ab Albia flumine septimo die pervenias ad Iumne civitatem per terram; nam per mare navim ingrederis ab Sliaswig vel Aldinburc, ut pervenias ad Iumne. Ab ipsa urbe vela tendens quartodecimo die ascendes ad Ostrogard Ruzziae. Cuius metropolis civitas est Chive, aemula sceptri Constantinopolitani, clarissimum decus Graeciae. Следующее упоминание Острогарда встречаем в отрывке IV 11:
Даны же утверждают, что протяжённость этого моря не раз проверена на опыте очень многими; некоторые при благоприятном ветре за месяц добирались из Дании до Острогарда Руси Affirmant autem Dani, longitudinem huius ponti saepe a pluribus expertam, secundo flatu per mensem aliquos a Dania pervenisse in Ostrogard Ruzziae к этому последнему отрывку в тектсе Адама прикреплена схолия 116, поясняющая, что:
Даны-варвары называют Русь Острогардом, потому что она расположена на востоке и, словно орошаемый сад, изобилует всеми благами. Её называют также Хунгардом, потому что там первоначально жили гунны. Ruzzia vocatur a barbaris Danis Ostrogard, eo quod in oriente posita quasi hortus irrigus habundat omnibus bonis. Haec etiam Chungard appellatur, eo quod ibi sedes Hunnorum primo fuit. Не смотря на то, что обычно считается, что речь шла о Ладоге или Новгороде, топоним, как мне кажется, заслуживает внимания прежде всего как раз своей неоднозначностью. Автор схолии (Адам или его переписчик) утверждает, что слово Острогард применялось некими "данами-варварами" (трудно сказать, что за даны-язычниками имелись ввиду в конце XI века) и даёт его этимологию из немецкого. Oster в средневековых немецких диалектах значило "восток" (совр. нем. "ост"), а в топонимах давало как правило это самое Ostro-. У того же Адама упоминаются топонимы Ostergoe и Ostrogothia. Можно вспомнить и старое немецкое название Балтийское моря Ostersalt (совр. нем. Ostsee). Потому начальное Ostro- он вполне предсказуемо понимает как "восток". Окончание -gard трактуется также из немецкого, в котором этот корень применялся для обозначения сада. Этимология этого корня в германских аналогично таковому в славянских и происходит от обозначения заграждения, огорожденного места ( совр. нем. Gart-en, т.е. принадлежащий "гарту", относящийся к нему - полная аналогия совр. русс. "о-город").
Так как оба корня в слове общегерманские и практически идентичны в немецком и датском, то ничего удивительного, что средневековый немецкий монах смог бы понять смысл подобного датского топонима, конечно, нет. К сожалению, я не силён в древнедатском, чтобы оценить, насколько фонетика Ostrogard соответсвовала XI веку. Впрочем, и источников по датскому языку этого времени, скорее всего просто не имеется за отсутствием датских письменных источников. По рунным камням фонетику едва ли особенно восстановишь.
Обычно любые средневековые северогерманские языки сверяют с древнеисландским, известном по сагам в основном XIII в. По этим источникам известно наименование Руси словом Garðar, Garðaríki, а путь на Русь иногда называется восточным Austrvegr. Известны и комбинации обоих обозначений Austrríki и выражение austr í Görðum, описывающее как раз направление на восток в Гардр.
Исходя из этого, датское Ostrogard у Адама могло соответствовать древне-исл. Austrgarðar, со значением "Восточный Гардр". Учитывая, что "Гардр" обозначало "Русь", то и Austrgarðar должен был быть попросту её синонимом - не обозначением города, а обозначением всей страны.
Однако, нельзя не указать и на слабые места такой схемы. Начать с того, что "востоный Гардр" само по себе представляет из себя тавтологию. Судя по топонимам Аустр-рики ("восточная страна") и Гардар-рики ("гардар-страна") первые две формы выступали синонимами, прилагательными, применявшимися для описания особенностей той страны о которой шла речь. "Восточный гардар" в этом случае представляется неким "маслом маслянным". Даже если принять, что Гардар уже в XI веке стало синонимом как Руси, так и "восточной страны", то больше смысла "восточному гардару" это всё же не прибавляет. Гардар был всего один на востоке, Гардар и был "восточной страной", наличие же "восточного Гардара" имело бы смысл лишь при наличии и как противопоставление "западному Гардару", которого неизвестно. Не менее показательно, что не смотря на наличие различных форм и словосочетаний с Аустр- и Гардар в отношении Руси, именно Аустргардара по сагам неизвестно.
Можно было бы предположить что тавтология являлась следствием неправильно понятого датского рассказа немецким монахом. Если в оригинале на датском речь шла о пути Аустр и Гардар (на восток в Гардр), то это слово, наверное, вполне могло бы быть принято за топоним Аустригардар, сразу же осмысленное немцем как "восточный сад" Острогард. Однако, анализ источника скорее не даёт оснований для принятия такой схемы, сколь бы исторически привлекательной и складной она не была.
В схолии говорится о том, что:
I. Острогард - слово, которое использовали даны.
II. Наряду с Острогардом даётся и второй датский топоним Хунгард - столица Руси.
И вот этот второй топоним Chungard оказывается уже действительно датским, близким к древнеисландскому Kænugarðr. Примечательно, что такая форма обознчения Киева даются только в схолии и в связи с указанием на то, что она была датской. В отрывке II 19 столица Руси названа куда более близким к оригинальной фонетике немецкой формой Chive. Здесь же можно заметить, что форма Chungard с большой долей вероятности не была конструкцией самого немецкого монаха, написавшего схолию 116. Как можно судить по его ошибочной этимологии Гард - "сад", ему не было известно, что это слово обозначало город или всю страну. Такая форма могла быть только скандинавской, где оконечное -гард выступало в названиев городов именно на Руси, или скандинавским искажением собственно славянского "Кие-гард", то есть "город Кия", или Киев.
Таким образом, автор схолии утверждает, что оба топонима Острогард и Хунгард были услышаны им от "данов-варваров" и в случае второго подтверждается, что это должно было так и быть. Потому нет повода отказывать и первой форме в датской аутентичности. Тем более, что самому немецкому автору схолии смысл её остался не до конца понятен.
Вот тут то на мой взгляд и начинается самое интересное. Можно обратить внимание и на необычное выражение Острогард Руси. Окончание -ае (Ostrogard Ruzziae) в латыни применялось для мн. числа им. падежа, и ед. числа дат. и вин. падежей. Из трёх вариантов подходящим кажется только средний, так что получается "Острогард [страны] Руси". Сам Острогард в этом здесь быть только топонимом, названием конкретного места в Руси, так как противном случае получилась бы уже тройная тавтология (аустр- и гардар уже сами по себе были синонимами Руси и упоминание Руси в сочетании с ними не характерно для скандинавской традиции). Таким образом, для этимологии Острогарда из северогерм. Аустргардр здесь имеются заметные препятствия. Какой ещё Аустргард Руси, если Аустргард - и есть вся Русь? Тем не менее во всех 3 случаях топоним Острогард выступает у Адама в сочетании со словом Русь.
Можно предложить и другой вариант. Противоречия можно снять, если предположить, что Острогард, как и следует из контекста схолии, не имел отношения к исландской традиции названия всей Руси Гардар и оказался связан с ней по созвучию. Подобно тому, как и Кенугард могло быть передачей славянского "города Киева" (нельзя не удержаться при этом на указание соответствия такой формы Kaenugardr севернолехитскому *Kiаenvgard, где носовой -аen- соответстовал русскому "я":))))) , так и Острогарду теоретически и если не оглядываться на "традиционную ладожскую" трактовку этого топонима, ничего не мешало бы быть датской передачей изначально славянского топонима. Что мы знаем о подобных случаях датской передачи славянской топонимики?
В своё время моё внимание привлёк несколько раз употреблявшийся Саксоном Грамматиком топоним Ostrusna. Этот славянский город должен был находиться где-то на побережье напротив Рюгена, между Рюгеном и Узедомом. Пытаясь реконструировать для себя маршруты датских походов в Поморье второй половины XII века я работал с современной картой, смотря в основном на то, как проходили речные пути в средневековье и на различие их с современными. Так вот, как раз там, где Саксон Грамматик описывал Острусну, находится город Вустерхузен. О славянском происхождении названия этого города без помощи Саксона догадаться было бы невозможно - оно совершенно "правильно немецкое", таких Вустерхузенов по Германии известно и ещё несколько. Но история топонимов иной раз оказывается очень не простой.
Так, оказывается, что Wusterhusen упоминается в грамотах действительно впервые как Wostrose, ещё
до Саксона Грамматика, в 1150 г. В 1208 году Wostrosne. Предполагается этимология от "острог", Острожно - то есть, какое-то укреплённое поселение или место, но не город. Для нас же в данном случае интереснее оказываются 2 вещи:
I. Славянское (северно-лехитское) *Ostr-/Wostr- в датской средневековой передаче так и оставалось как Ostr-
II. В немецкой же средневековой передаче либо слав. *Ostr- переходило в Wostr-, либо, так как в славянских известно чередование остр-востр, изначально славянское *Wostr. переходило в Wustr-. Последнее положение можно подтвердить и на других многочисленных примерах из топонимики, к примеру несколькиx топонимах Wustrow, от славянского *Ostrow или *Wostrow. Не исключено, что чередование о-u существовало и в самих северолехитских диалектах. Однако, достоверно судить об этом мы не можем. Можно лишь сказать, что чередование o-u повсеместно встречается в немецкой средневековой передаче славянской топонимики. Славянских же источников не сохранилось.
Данное наблюдение, на мой взгляд, делает возможным предположение о том, что Ostrogard могло быть датской передачей славянского топонима, состоящего из основ "остров" и "гард". Лингвистически это выглядит вполне возможным, не смотря на кажущееся не соответствие Ostrogard вместо ожидаемого *Ostrovеgard. Объяснить это можно не только неточностью передачи, но и из самих же славянских диалектов. Взять ту же леверно-лехитскую топонимику - в ней -оv в окончании топонимов очень часто чередуется с -e. Причём не только в названии городов, но и гидронимах: Warne/Warnow, Swine/Swinow, Dievne/Dievenov. Наверное всё это можно было бы сформулировать и куда более грамотно с лингвистической точки зрения, но как бы не назывались такие переходы, фактом остаётся их существование, причём как раз в топонимике интересующей эпохи.
Из преимуществ такой схемы можно указать, что она:
I. Позволяет избавиться от противоречия - тройной тавтологии Острогарда Руси и рассматривать слово как топоним со значением "островной город", принадлежащий Руси
II. Позволяет избавиться от необоснованного недоверия к источнику - оба топонима в схолии таким образом действительно были бы датской передачей славянских топонимов Руси, как об этом и писал немецкий монах
III. Позволяет связать древне-датс. Ostrogard с древнеисл. Holmgardr - названием Новгорода.
Последнее обстоятельство представляет собой особенно исторически привлекательную перспективу, так как позволяет объяснить странное скандинавское название Holmgardr калькой со славянского Ostrogard. При этом причины, по которым "островным городом" стали называть Новгород в данном случае, хоть и интересны, но вторичны. Как бы там ни было - его так называли. Название при этом могло быть и перенесено в XII-XIII вв. с какого-то более раннего "островного города", в который скандинавы приплывали торговать с Русью ещё до возвышения Новгорода. Со временем, когда тот старый "встречавший" северных германцев на пути в Русь "островной город" по каким-то причинам прекратил своё существование и таким местом стал Новгород, старое название могло быть перенесено на него. Понятно, что подкрепить такое предположение особенно нечем, но объяснение происхождения Holmgardr в древнеисл. в любом случае возможно лишь с помощью натяжек и спекуляций.
"Островной город", как мне кажется, в отличии от Аустргарда, интересен ещё и тем, что открывает совешенно новые перспективы. Ведь если обратить внимание на текст Адама, то ни Ладогой, ни Новгородом этот город по оставленным описаниям возможно и не был. Понятно, что сама реконструкция морского пути с юга Балтики на Русь и дальше в Киев и Византию в целом верна и этот путь проходил через Ладогу и Новгород. Kонкретно Ostrogard всё же описан Адамом скорее каком-то в другом месте, западнее Финского залива.
Из Юмны в устье Одры до Острогарда морем добираются за 14 дней (II 19). Из Дании же напрямую (сообщение оставлено в контексте измерения открытого пространства Балтийского моря, а не береговой линии) до Острогарда добираются за месяц (IV 11). Причем из Дании плыть до Юмны и устья Одры никак не 2 недели. Сконе географически находится примерно на уровне устья Одры. А если учесть, что автор схолий Адама размещает Юмну не в Волине, как современные историки, а напротив Рюгена, то есть где то в районе того самого Вустерхузена, то датские владения во времена Адама должны были получаться и достаточно восточнее Юмны.
При этом у двух описаний морского пути у Адама явно разное происхождение. В отрывке II 19 речь идёт об опыте саксонских купцов, путь которых начинался в Гамбурге или на Эльбе (славянско-саксонской границе) и шёл далее к морским портам по суше (Шлезвигу, Ольденбургу и Юмне). До Юмны при этом саксонские купцы добирались и альтернативным путём по морю. Путь этот был хорошо известен и шёл в Земландию и Острогард Руси.
В отрывке IV 11 нет уже и намёка на ту уверенность описания, которая была в II 19.
То, что [Эйнхард] говорит, будто «длина этого залива неизвестна», недавно подтвердилось, несмотря на предприимчивость храбрейших мужей - Гануза Вольфа, датского наместника, и короля норманнов Харальда, которые с большими трудностями в пути и огромной опасностью для своих спутников исследовали размеры этого моря, но, в конце концов, вернулись, сломленные и побеждённые двойной опасностью - бурями и пиратами. Даны же утверждают, что протяжённость этого моря не раз проверена на опыте очень многими; некоторые при благоприятном ветре за месяц добирались из Дании до Острогарда Руси Источником информации здесь выступают уже не саксонские купцы, а сочинение Эйнхарда тогда уже трёхсотлетней давности и северогерманские источники - датский наместник Хануз Вольф, король норманнов Харальд и некие другие "даны". Речь, видимо, здесь шла уже о каком-то другом маршруте прямо из Дании до Острогарда Руси, который длился дольше, чем маршрут по югу Балтики. Причём, в отличии от первого описания, автор явно сомневается в возможности доплыть из Дании до Острогарда по открытому морю, сравнивания и приводя при этом аргументы и сведения из разных, доступных ему источников.
Вопрос здесь, что именно подразумевали под "Данией" северогерманские путешественники. Судить о таких представлениях, как и о длительности морских маршрутов, увы, до Адама приходится лишь по переводу Орозия, в котором описывается путешествие Вульфстана и Оттара из современной Норвегии в Хаитабу и из Хаитабу в Биармию. Не смотря на то, что эти сообщения для времён Адама настолько же устаревшие, как и Эйнхард, в данном случае они подходят по нескольким причинам:
-они оставлены северогерманскими мореходами
-позволяют локализовать Данию именно в их понимании
-описывают как раз такой прямой путь в сторону Руси из Дании по открытому морю, а не южному побережью
Собственно, источник довольно известен, потому съэкономлю на его цитировании, приведя лишь наглядную карту по Гарипзанову
Так вот из Каупанга до Хаитабу - 5 дней. 3 из них вдоль "Дании", остальные два - между островов с одной стороны, Ютландии и Силленде - с другой. Если подразумевать под "Данией" в рассказе датских мореходов 11 века эту же область к северу от Сконе, то маршрут пришёлся бы сначала вдоль северного побережья Балтики до Сконе (4-5 дней) и дальше "наискось" по открытому морю к Острогарду Руси, не заплывая к вендам. Отсюда каким-то данам до Острогарда требовалось ещё целых 3 недели, в то время, как из Юмны в него доплывали за 2. Найти место на Балтике, соответсвующее всем требованиям, по всей видимости, невозможно. Неравным могло быть число и время остановок северного и южного пути. Если расчитывать передвижение вдоль береговой линии пропорционально тому, как это описано в переводе Орозия, то 3 с лишним недели до Ладоги из современной северо-западной Швеции кажется вполне возможным, а вот экономия более недели при плавании вдоль южной береговой линии из устья Одры кажется не совсем соразмерной. Особенно, если учесть, что обычно отводимые скандинавом большие размеры кораблей должны были облегчать передвижение по открытому морю, таким образом, что именно "датский путь" должен был получиться быстрее.
Пока же остаётся принять, что Острогард Руси должен был быть расположен ближе к устью Одры, чем северному побережью Балтики. На ум приходит разве что современная Прибалтика и острова в Рижском заливе, где через балтские земли действительно начинался один из путей на Русь. Любопытно, что отрывок II 19 будто бы и не противопостовляет Земландию и Острогард: корабли из Юмны отправляются дальше в Земландию. Корабли из Юмны отправляются дальше в Острогард. Оба объекта показывают направление плавания, но какой из них находился дальше и на сколько, заключить невозможно. Понятно лишь, что из устья Одры до Земландии путь должен был проходить вдоль южного побережья, а не по середине моря наискось.
Самое же интересное в "островной" схеме, как мне кажется - возможность провести параллель не только с Хольмгардом и отойти от Ладоги, но и провести параллель с арабскими упоминаниями о "третьем племени руси", обитавшем на острове и отличных от Славии и Куявии. Любопытно, что у Адама тоже идёт речь о Славии (в этом случае - северолехитских землях южной Балтики, тянущихся до Польши и Руси), Хунгарде, столице Руси (Киявии) и Острогарде Руси. Откуда, действительно, у арабов появилось представление об "отровной провинции русов"? Может от того же гипотетического "островного" топонима, после 11 века утратившего значение и уступившего Новгороду?:)