Отвечай, не смей чудесить: Сможешь златом перевесить Все ты царское добро - Самоцветы, серебро, В погребах заморски вины, Жемчуга, ковры старинны, Что в казне я берегу?» - Говорит Степан: «Могу!» - «Если ж ты меня обманешь, Нагружать не златом станешь, Иль положишь мне, шутник, Меньше хоть на золотник - Я тебя сейчас в железы! Эй, строгалы, строй терезы, Чтобы скарб немалый наш Уместить в одну из чаш!» Суетятся воеводы, Вереницею подводы Потянулись от кремля: Пусть московская земля, От бояр и до людишек, Государев видит лишек; Разнимаются лесы И являются весы: Коромысло, два помоста На глазок аршинов во сто, Цепи тяжкие звенят, Брусы стяжкою кренят. Тит хлопочет что есть мочи: «Насади плечо короче, Поубавь ему длины С кузнецовой стороны!» Грудой царские пожитки, Серебра да злата слитки, Да парча, да соболи В чашу левую легли. Налегло добро горою, Валят далее - второю, Достоянье тьмы годов, Тысяч во десять пудов. Царь сияет, царь гордится, На вершину громоздится: «Ну, - кричит, - на сем конец. Твой черед пришел, кузнец!» Тит ладони потирает, Благодарно простирает Их царю: избавил бед! Столька злата в мире нет! А Степан уж с царской дворней: «Ну-ка, молодцы, проворней, Башни лестницей кривой Опускайтесь к кладовой, Злата взявши врассыпную, В чашу сыпьте одесную, Да возьмите ж и себе - Подадите голытьбе». Полилась толпа текуча! В чаше правой злата куча Пухнет, сыплются кусы, Заскрипели вдруг весы, Пошатнулись еле-еле, И высоко, как качели, Оторвавши от земли, Чашу царскую взнесли. Царь стенает: «Пря нечиста! Молвь теперь пойдет речиста, Что добро царя-отца Поскудней чем кузнеца!» - «Не печалуйся, правитель: Я не враг, а избавитель, - Говорит Степан царю, - Злато я тебе дарю: Даже если небогата, Женка мне дороже злата. Средь железного жилья Разве беден буду я? Во дворце своем, пожалуй, Двор устрою постоялый, Да конюшню, да корчму - Места много в терему. На Руси таков народец: Может жить на мал доходец, Всюду рад себя ужать, Чтоб владыку содержать». - «Эх, кабы мои вассалы, Казнокрады, чинодралы, Рассуждали все как ты, Сколько было б лепоты! Сим и суд мой совершился, Рассудил я и решился; Слушай царский приговор: Проиграл твой недруг спор. За гостинец, мне подарен, Век пребуду благодарен. Ай, богат стал, не избыть!» - «Как же свадьба?» - «Свадьбе быть!»
Коль спросить кому случится, Быль сей сказ аль небылица, То, прозрев веков сквозь пыль, Аз, стогрешный, молвлю: быль! Град стоял на крутоярах При царях и при боярах. Правды сказ не утаит: Он и ныне там стоит. Есть там кремль, стена и арка, Есть и улица Варварка; Что тут долго разбирать? А случилось где приврать, Так за давностию срока Мне и видно не далеко; Если ж спросит кой мудрец, Где железный тот дворец, Я сумею объясниться, Что и то не небылица: Здесь была ему межа, Сам же терем съела ржа: Сказы кто перелагает, Тот догадкой полагает, Что бумага не снесла. Свадьба ж истинно была! Нам о ней, чтоб помнить присно, Возвестили летописно: Царь к утру назначил сбор В Благовещенский собор. Все по свадебному чину: По царевому зачину Гулкий колокол гудет, Поезд свадебный идет, И под громы барабана Дружки вывели Степана; Мчит с невестою, звеня, И карета без коня. К алтарю, к святому трону Вышла Дарья, и корону Питирим митрополит Возложить благоволит. Хоть железна, а лучами Вся горит, над обручами Голубой на ней сафир - И пошел весельный пир! Царь от собственных кухарок Новобрачным шлет подарок: Вышли стольники, неся На подносе порося. И тебе, отец, гостинец, Жуковину на мизинец, Самодержец Алексей, Шлет сосед твой, царь Евсей. Царь надел обнову разом, Восхищается алмазом, Отвести не может глаз. Миг - и все пустились в пляс: И вельможа, и рядович, Лишь единый Тит Петрович Примостился в уголку, Избывает грусть-тоску, Причитает: «Был я в воле С кузнеца содрать поболе. Просчитался, маху дал! Прогадал я, прогадал! Эй! - кричит он во всю глотку, - Поднесите, слуги, водку: Силы нету горевать, Лихо буду запивать, Вся душа в печали-туге!» - Тут и царь мигнул прислуге: Царь, желаю известить, На пирах любил шутить. И лакеи-подавалы Мигом кинулись в подвалы, Вносят царский туесок; Тит глотнул - а там квасок. Так уж исстари ведется: Разно людям достается От судьи, от корчмаря, И от батюшки-царя: Кому злато, кому водку, Кому ласкову молодку, А боярину кваску - Поделом же дураку.
Сможешь златом перевесить
Все ты царское добро -
Самоцветы, серебро,
В погребах заморски вины,
Жемчуга, ковры старинны,
Что в казне я берегу?» -
Говорит Степан: «Могу!» -
«Если ж ты меня обманешь,
Нагружать не златом станешь,
Иль положишь мне, шутник,
Меньше хоть на золотник -
Я тебя сейчас в железы!
Эй, строгалы, строй терезы,
Чтобы скарб немалый наш
Уместить в одну из чаш!»
Суетятся воеводы,
Вереницею подводы
Потянулись от кремля:
Пусть московская земля,
От бояр и до людишек,
Государев видит лишек;
Разнимаются лесы
И являются весы:
Коромысло, два помоста
На глазок аршинов во сто,
Цепи тяжкие звенят,
Брусы стяжкою кренят.
Тит хлопочет что есть мочи:
«Насади плечо короче,
Поубавь ему длины
С кузнецовой стороны!»
Грудой царские пожитки,
Серебра да злата слитки,
Да парча, да соболи
В чашу левую легли.
Налегло добро горою,
Валят далее - второю,
Достоянье тьмы годов,
Тысяч во десять пудов.
Царь сияет, царь гордится,
На вершину громоздится:
«Ну, - кричит, - на сем конец.
Твой черед пришел, кузнец!»
Тит ладони потирает,
Благодарно простирает
Их царю: избавил бед!
Столька злата в мире нет!
А Степан уж с царской дворней:
«Ну-ка, молодцы, проворней,
Башни лестницей кривой
Опускайтесь к кладовой,
Злата взявши врассыпную,
В чашу сыпьте одесную,
Да возьмите ж и себе -
Подадите голытьбе».
Полилась толпа текуча!
В чаше правой злата куча
Пухнет, сыплются кусы,
Заскрипели вдруг весы,
Пошатнулись еле-еле,
И высоко, как качели,
Оторвавши от земли,
Чашу царскую взнесли.
Царь стенает: «Пря нечиста!
Молвь теперь пойдет речиста,
Что добро царя-отца
Поскудней чем кузнеца!» -
«Не печалуйся, правитель:
Я не враг, а избавитель, -
Говорит Степан царю, -
Злато я тебе дарю:
Даже если небогата,
Женка мне дороже злата.
Средь железного жилья
Разве беден буду я?
Во дворце своем, пожалуй,
Двор устрою постоялый,
Да конюшню, да корчму -
Места много в терему.
На Руси таков народец:
Может жить на мал доходец,
Всюду рад себя ужать,
Чтоб владыку содержать». -
«Эх, кабы мои вассалы,
Казнокрады, чинодралы,
Рассуждали все как ты,
Сколько было б лепоты!
Сим и суд мой совершился,
Рассудил я и решился;
Слушай царский приговор:
Проиграл твой недруг спор.
За гостинец, мне подарен,
Век пребуду благодарен.
Ай, богат стал, не избыть!» -
«Как же свадьба?» - «Свадьбе быть!»
Reply
Коль спросить кому случится,
Быль сей сказ аль небылица,
То, прозрев веков сквозь пыль,
Аз, стогрешный, молвлю: быль!
Град стоял на крутоярах
При царях и при боярах.
Правды сказ не утаит:
Он и ныне там стоит.
Есть там кремль, стена и арка,
Есть и улица Варварка;
Что тут долго разбирать?
А случилось где приврать,
Так за давностию срока
Мне и видно не далеко;
Если ж спросит кой мудрец,
Где железный тот дворец,
Я сумею объясниться,
Что и то не небылица:
Здесь была ему межа,
Сам же терем съела ржа:
Сказы кто перелагает,
Тот догадкой полагает,
Что бумага не снесла.
Свадьба ж истинно была!
Нам о ней, чтоб помнить присно,
Возвестили летописно:
Царь к утру назначил сбор
В Благовещенский собор.
Все по свадебному чину:
По царевому зачину
Гулкий колокол гудет,
Поезд свадебный идет,
И под громы барабана
Дружки вывели Степана;
Мчит с невестою, звеня,
И карета без коня.
К алтарю, к святому трону
Вышла Дарья, и корону
Питирим митрополит
Возложить благоволит.
Хоть железна, а лучами
Вся горит, над обручами
Голубой на ней сафир -
И пошел весельный пир!
Царь от собственных кухарок
Новобрачным шлет подарок:
Вышли стольники, неся
На подносе порося.
И тебе, отец, гостинец,
Жуковину на мизинец,
Самодержец Алексей,
Шлет сосед твой, царь Евсей.
Царь надел обнову разом,
Восхищается алмазом,
Отвести не может глаз.
Миг - и все пустились в пляс:
И вельможа, и рядович,
Лишь единый Тит Петрович
Примостился в уголку,
Избывает грусть-тоску,
Причитает: «Был я в воле
С кузнеца содрать поболе.
Просчитался, маху дал!
Прогадал я, прогадал!
Эй! - кричит он во всю глотку, -
Поднесите, слуги, водку:
Силы нету горевать,
Лихо буду запивать,
Вся душа в печали-туге!» -
Тут и царь мигнул прислуге:
Царь, желаю известить,
На пирах любил шутить.
И лакеи-подавалы
Мигом кинулись в подвалы,
Вносят царский туесок;
Тит глотнул - а там квасок.
Так уж исстари ведется:
Разно людям достается
От судьи, от корчмаря,
И от батюшки-царя:
Кому злато, кому водку,
Кому ласкову молодку,
А боярину кваску -
Поделом же дураку.
Reply
Leave a comment