Как на станции Зима что-то тихо спят дома, ставни ёрзают, ворота и под шамканье омёта, под кряхтение заплота, словно где-то у кого-то тоже тяжкий недосып, раздаётся: скрип-скрип-скрип...
История века дописана. Мы оказались в постскриптуме, цепляясь за клочья из рук ускользающей русской земли. На станции детства - Зима - так пугает ночами поскрипыванье, страшней, чем скрипели когда-то колодезные журавли.
Над бывшими нами, над бывшей великой державою, и над поездами, которые сбились с пути, чего-то о что-то дрожливое трение ржавое скулит и повизгивает по-щенячьи почти.
И с жалостью смотрит уволенная уборщица, как ветер взметает заржавленные от обид железные кольца, верёвки, изрядно уже перетёршиеся, качелей детсада, который крест-накрест забит.
Скрип-скрип-скрип-скрип... Будто бы река без рыб, будто небеса без птиц, детский сад без детских лиц. Как мы, станция Зима, уцелеем от беды? Открываем детдома, закрываем детсады. Племя русских могикан льёт красители в стакан. Скрип-скрип-скрип-скрип... Ключик есть, да только скрыт, в ту воскресшую Россию, где качели - не пустые, где летит, сорвавшись,вдаль, детский брошенный сандаль.
Бездетный народ незаметно окажется при смерти и страшно смотреть, как над кладбищем бывших идей в качелях детсадовских ветер качает лишь призраки ещё до рождения вымерших русских детей.
Скрип-скрип-скрип-скрип... Наш народ, ты не погиб?!
3 июня 1994 станция Зима (родной городок Евтушенко в Иркутской области)
ПУСТЫЕ КАЧЕЛИ
Как на станции Зима
что-то тихо спят дома,
ставни ёрзают, ворота
и под шамканье омёта,
под кряхтение заплота,
словно где-то у кого-то
тоже тяжкий недосып,
раздаётся: скрип-скрип-скрип...
История века дописана. Мы оказались в постскриптуме,
цепляясь за клочья из рук ускользающей русской земли.
На станции детства - Зима - так пугает ночами поскрипыванье,
страшней, чем скрипели когда-то колодезные журавли.
Над бывшими нами, над бывшей великой державою,
и над поездами, которые сбились с пути,
чего-то о что-то дрожливое трение ржавое
скулит и повизгивает по-щенячьи почти.
И с жалостью смотрит уволенная уборщица,
как ветер взметает заржавленные от обид
железные кольца, верёвки, изрядно уже перетёршиеся,
качелей детсада, который крест-накрест забит.
Скрип-скрип-скрип-скрип...
Будто бы река без рыб,
будто небеса без птиц,
детский сад без детских лиц.
Как мы, станция Зима,
уцелеем от беды?
Открываем детдома,
закрываем детсады.
Племя русских могикан
льёт красители в стакан.
Скрип-скрип-скрип-скрип...
Ключик есть, да только скрыт,
в ту воскресшую Россию,
где качели - не пустые,
где летит, сорвавшись,вдаль,
детский брошенный сандаль.
Бездетный народ незаметно окажется при смерти
и страшно смотреть, как над кладбищем бывших идей
в качелях детсадовских ветер качает лишь призраки
ещё до рождения вымерших русских детей.
Скрип-скрип-скрип-скрип...
Наш народ, ты не погиб?!
3 июня 1994
станция Зима
(родной городок Евтушенко в Иркутской области)
Reply
Leave a comment