В России слишком много либеральных партий и лидеров, для того чтобы преодолеть авторитаризм
Отношения русских с демократией - исторически более тесное, чем кажется многим как в России, так и за ее пределами.
Еще в декабре 1825 года в царской России группой молодых либерально настроенных аристократов, названных впоследствии декабристами, была предпринята неудавшаяся попытка дворцовой революции. Если бы декабристы в свое время преуспели, запланированная ими ликвидация самодержавия, вероятно, вывела бы Россию в фарватер общих развитий, происходивших в то время на Западе.
В 1905-1918 и 1987-1999 годы Россия снова приблизилась к присоединению к международному сообществу либеральных и правовых государств. И, хотя в этих случаях демократы сумели свергнуть прежние авторитарные режимы, но за их частичными победами следовала не демократия, а новые формы авторитаризма, интенсивно эксплуатировавшие демократическую риторику, - будь то ленинская «советская демократия» или путинская «суверенная демократия».
ПОЧЕМУ РОССИИ ДО СИХ ПОР ТАК И НЕ УДАЛОСЬ СТАТЬ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ и КАКИЕ УРОКИ сегодняшние декабристы, то есть протестанты декабря-2011, могут вынести из ошибок своих предшественников? По крайней мере что касается последней попытки демократизации, стартовавшей в 1987 году, один урок представляется ясным: российской демократии не быть, пока различные политически либеральные группы и фракции продолжают критиковать друг друга с почти той же яростью, с которой они выступают против своих авторитарных противников. Вместо того чтобы объединиться против общего неприятеля, либералы в 1990-х тратили слишком много времени и энергии, дебатируя на тему, кто из них умнее, либеральнее, менее коррумпирован, лучше квалифицирован и т.д.
Некоторые видные либералы повторяют путь Григория Явлинского. Но он никуда не ведет
На сегодняшний момент ситуация выглядит таким образом, что новая попытка демократизации может провалиться по таким же парадоксальным причинам, которые помешали и предыдущим демократическим импульсам. РОССИЙСКОЕ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ ФРАГМЕНТИРОВАННО. Оно насчитывает скорее слишком много, чем слишком мало партий, лидеров и фракций. Его активисты излишне горды собой, необоснованно самодовольны и уж больно интеллектуальны для того, чтобы суметь объединиться и вместе вести реальную борьбу за политическую власть.
ВМЕСТО КОНСОЛИДАЦИИ МЫ СНОВА ВИДИМ СТРЕМИТЕЛЬНОЕ УВЕЛИЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ АЛЬТЕРНАТИВ, ОРГАНИЗАЦИЙ, ПРОГРАММ и т.п., что напоминает ситуацию 90-х. Это было то время, когда Григорий Явлинский прославился своей псевдополитикой: всегда на высоте, что касается этически правильного поведения и остроты анализа текущих событий, - но без сколько-нибудь существенного политического влияния. Как и Явлинский в свое время, многие сегодняшние либералы полагают, что быть политиком означает делать много поучающих заявлений, иметь свою собственную микропартию, занимать должность председателя, а еще лучше президента какой-нибудь организации, как можно чаще показываться на Западе, давать многочисленные интервью различным международным изданиям и т.д.
Многие РОССИЙСКИЕ ДЕМОКРАТЫ ПУТАЮТ ОБЩЕСТВЕННУЮ АКТИВНОСТЬ И МЕДИЙНЫЙ УСПЕХ С СОБСТВЕННО ПОЛИТИКОЙ. Будучи реальными политиками, они должны были бы заниматься несколько другими делами: созданием коалиций и региональных организаций, поиском политических партнеров и установлением контактов с относительно либеральными представителями авторитарного режима. Одним словом, ОНИ ДОЛЖНЫ РАБОТАТЬ НА ПРИОБРЕТЕНИЕ ВЛАСТИ, вместо того чтобы заниматься бесконечной саморекламой - иногда за счет своих идеологически близких коллег.
Либералы и реальность российского политического спектра
Что политическая наука может добавить к общему впечатлению о сегодняшней непригодной культуре российского демократического движения? Некооперативное поведение российских демократов проблематично ввиду нехватки эффективного политического пространства и необходимости найти себе союзников в авторитарном режиме для того, чтобы его преодолеть. Что это означает?
Во-первых, политическое пространство в России ограниченно. Либерально-демократическое течение (не путать с так называемой ЛДПР Жириновского) в качестве своих соперников имеет дело по крайней мере с тремя более или менее значительными антилиберальными лагерями: с авторитарными консерваторами сегодняшнего режима, с национал-коммунистами из прошлого и с новым ультранационалистическим крайне правым движением. Это означает, что действующий российский политический спектр включает по крайней мере четыре релевантных лагеря. В нормально функционирующей демократии это привело бы к возникновению четырехпартийной системы. Однако в случае России только авторитарный и коммунистический лагери более или менее консолидированы в партиях «Единая Россия» и КПРФ («Справедливая Россия» представляет собой новый феномен, который пока трудно классифицировать). В противоположность им демократы и, к счастью для России и всего мира - ультранационалисты разделены на множество групп и группировок, которые зачастую больше заняты своими внутренними разборками, чем конструктивной борьбой с другими лагерями. Подводя итог, можно сказать, что высокая фрагментация общего российского политического спектра означает, что места в нем хватит для одного и только одного объединенного либерального блока.
Конечно, в России есть потенциал и для создания социально-демократической партии. Возможно, когда-то здесь будет существовать и лево-либеральная, то есть социально-демократическая, а также право-либеральная, например, христианско-демократическая партия. Или же возникнет чисто либеральная партия, подобная немецкой ФДП или британским либдемам - обе радикально отличаются от российской ЛДПР и несколько отличны друг от друга. Может быть, в России когда-нибудь даже будет существовать зеленая партия.
Оппозиции не стоит принимать медийный успех за собственно политику. Нужно работать на приобретение власти, а не заниматься самопиаром
Но на сегодняшний день места хватит только одной партии или коалиции от либеральной секции российского идеологического спектра. По тем же причинам в сегодняшней России недостаточно электората для существенной поддержки более чем одного либерального кандидата в президенты. Таким образом, КАЖДАЯ НОВАЯ ПАРТИЯ И КАЖДЫЙ НОВЫЙ КАНДИДАТ В ПРЕЗИДЕНТЫ С ЛИБЕРАЛЬНЫМ ПРОФИЛЕМ ОСЛАБЛЯЮТ, А НЕ УСИЛИВАЮТ РОССИЙСКИЙ ЛИБЕРАЛИЗМ. Демократам нужны не дополнительные партии, лидеры и программы, а объединение или по крайней мере сотрудничество, альянсы и коалиции, а также - если потребуется - субординация и дисциплина. Если российские либералы будут продолжать традиции 1990-х, они не выйдут за пределы политиканства, а Россия так и останется авторитарной страной.
Неизбежность альянса с реформаторами внутри правительства
Во-вторых, как показывает новейшая история, переход к демократии происходит только тогда, когда умеренное крыло антиавторитарного народного движения способно наладить сотрудничество с реформаторами внутри старого режима. Например, в последние годы советской России потребовался неформальный альянс коммунистических реформаторов, включая Михаила Горбачева, Александра Яковлева и др., с одной стороны, и представителей демократического движения за пределами официальных структур, с другой, для того чтобы создать протодемократическую ситуацию 1990-х. Это означает, что сегодняшнему российскому либеральному движению будет недостаточно объединиться внутри. Ему также требуются союзники в государственном аппарате - и даже в высших эшелонах власти. Без такого альянса наиболее вероятным исходом демократического движения станет или продолжение сегодняшнего режима (с мелкими поправками), или его замена другим авторитарным режимом, как это произошло в 1917 году.
СОТРУДНИЧЕСТВО ДЕМОКРАТОВ С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ВЛАСТИ - это, конечно, сложная тема, по крайней мере, в контексте специфической культуры российской либеральной среды. И многие декабрьские демонстранты, и некоторые либеральные партийные лидеры предпочитают следовать «пуристской» позиции: никакого сотрудничества с теми, кто был замечен или даже просто подозревается во взаимодействии с нынешними властями на федеральном уровне. Хотя этот «пуризм» и может показаться симпатичным, принципиальным и последовательным, он тем не менее не прагматичен и представляет собой в конечном счете антиполитическую позицию. Смыслом политической деятельности является получение государственных постов и использование политической власти, для того чтобы изменить жизнь граждан страны. Успех политика измеряется не только и не столько защитой каких-либо принципов или же проявлением последовательности, а его конкретными достижениями. Не поведение или обещания имеют значение, а практическая результативность. Например, политики западных обществ демонстрируют почти ежедневный оппортунизм для того, чтобы получить власть, а впоследствии воздействовать на общество посредством принятия и внедрения определенных законов. Без некоторой доли гибкости невозможно добиться ничего существенного. Быть оппортунистом - в этом часто и состоит суть политики в плюралистическом государстве.
Отказ российских либералов от поиска партнеров внутри правящего режима, возможно, вызван не столько спецификой авторитарного режима в России, сколько продолжающимися десятилетия патологиями интеллигентской культуры. Избирательность российских демократов в этом отношении выглядит тем более странной, если взглянуть на их некоторые другие альянсы. У различных либеральных групп ранее не возникало затруднений сотрудничать с такими ультранационалистами, как Эдуард Лимонов или Владлен Кралин (он же Владимир Тор). Почему ввиду подобного опыта они настолько категорично избегают любых отношений с реформаторски настроенными представителями власти - для стороннего наблюдателя остается загадкой.
Урок как из прошлого России, так и из релевантного международного опыта - ясен: без эффективного альянса между представителями умеренных взглядов из протестного движения, с одной стороны, и реформаторами старого режима, с другой, не получится никакой демократизации. Остается только надеяться, что российские демократы наконец освободятся от «синдрома Явлинского» и кастовой культуры интеллигенции, которая мешает российскому либеральному движению уже почти 150 лет войти во власть. Российскому либерализму придется наконец трансформироваться из интеллектуального и гражданского движения в реально политическое. Решение о том, кто именно будет находиться в составе либерально-демократического лагеря, а кто нет, должно приниматься исходя из политических взглядов, биографии и политической значимости конкретной личности, а не с позиций личной симпатии и морального максимализма. Чем шире и прочнее будет демократическое движение и чем глубже оно сможет проникнуть в государство, тем выше будут шансы на успех политического либерализма.
Андреас УМЛАНД - доцент кафедры политологии Национального университета "Киево-Могилянская академия"; член Международного дискуссионого клуба "Валдай"; редактор книжной серии "Soviet and Post-Soviet Politics and Society"
"Независимая газета", 24.01.2012
http://www.ng.ru/ng_politics/2012-01-24/15_liberaly.html РАНЕЕ мнение Андреаса УМЛАНДА:
МНЕНИЕ: Маргинальность российских либералов - следствие и усилий власти, и поведения их лидеров
http://loxovo.livejournal.com/2892892.html