16 друзей коррупции
Transparency International выявил серьезные недостатки в законе «О полиции»
6 июля президентский Совет по правам человека опубликовал антикоррупционную экспертизу закона «О полиции». В документе, подготовленном российским отделением Transparency International, содержится не только список коррупциогенных норм закона, но и предложения по улучшению документа, в частности, отказа от понятия «права полиции». Правозащитники обратили внимание на то, что ЗАКОНОПРОЕКТ НЕ ПРОШЕЛ В МИНЮСТЕ ОБЯЗАТЕЛЬНУЮ АНТИКОРРУПЦИОННУЮ ЭКСПЕРТИЗУ, проведение которой могло бы помочь сделать закон менее коррупционноемким. В ходе встречи членов совета с президентом в Нальчике исследование было передано Дмитрию Медведеву. Его авторы надеются, что необходимые изменения в закон будут внесены.
В САМОМ ЗАКОНЕ ЭКСПЕРТЫ TRANSPARENCY INTERNATIONAL НАСЧИТАЛА 16 НОРМ, КОТОРЫЕ «С НАИБОЛЬШЕЙ ВЕРОЯТНОСТЬЮ МОГУТ ПРИВЕСТИ К КОРРУПЦИОННЫМ СИТУАЦИЯМ». В частности, многочисленные коррупционные факторы встречаются в статьях, регулирующих проверку документов. Кроме того, потенциальная коррупционность закона связана с нечеткими формулировками, использующимися в нем. Так, в новом законе указывается, что «на полицию возлагаются обязанности изымать у граждан и должностных лиц документы», но при этом не определены условия и основания принятия решения по изъятию документов, имеющих признаки подделки. Не ограничен также список документов, которые могут быть изъяты у граждан и должностных лиц.
Еще в ноябре 2010 года на стадии подготовки закона «О полиции» эксперты Transparency International обратили внимание на наличие многочисленных коррупциогенных факторов в тексте документа, а также на отсутствие информации о том, проводилась ли антикоррупционная экспертиза данного законопроекта. В Минюсте это объяснили тем, что ВЕДОМСТВО КОМПЕТЕНТНО ПРОВЕРЯТЬ ТОЛЬКО ТЕ ЗАКОНЫ, КОТОРЫЕ БЫЛИ РАЗРАБОТАНЫ ФЕДЕРАЛЬНЫМИ ОРГАНАМИ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ. А ТАК КАК ИНИЦИАТИВА ПРИНЯТИЯ ЭТОГО ЗАКОНА ПРИНАДЛЕЖИТ ПРЕЗИДЕНТУ, ТО ЭТОТ ДОКУМЕНТ, ПО МНЕНИЮ МИНЮСТА, НЕ МОЖЕТ СЧИТАТЬСЯ РАЗРАБАТЫВАЕМЫМ ОРГАНАМИ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ.
Для решения выявленных недостатков Transparency International предлагает отказаться от понятия «права полиции», прописанного в законе. По мнению экспертов, поскольку в положении о МВД говорится лишь о полномочиях этого федерального органа, а полиция является частью МВД, то и в законе «О полиции» следует определять лишь конкретные полномочия полицейских. Кроме того, эксперты отмечают, что в общепризнанной концепции теории государства и права правами и обязанностями наделяются лишь физические лица (граждане), а не органы государственной власти.
«Если все оставить, как есть, люди так и будут попадать в эту коррупционную ловушку. Ведь из одного факта проверки документов может вырасти миллион коррупционных дел. Фактически при существующем законе полицейский может поставить коррупционное дело на поток, используя формулировку «Я прав», - пояснила директор российского отделения Transparency International Елена ПАНФИЛОВА. По ее словам, задача данного исследования - донести его до людей, которые эти проблемы создали и могут их решить, а также добиться того, чтобы эти недостатки были устранены.
В ходе встречи членов Совета по развитию гражданского общества и правам человека с президентом в Нальчике исследование было передано непосредственно Дмитрию Медведеву. Как заявила Панфилова, в ходе личной встречи президент поблагодарил за сообщение и передал результаты экспертизы в свое контрольно-правовое управление, пообещав, что если оно придет к похожим выводам, закон «О полиции» будет изменен. «Я бы оценила эту реакцию как позитивную. Мы были бы недовольны, если бы он сказал «нет, мы ничего не будем рассматривать». Он же предложил работать с этим документом. Вряд ли можно было ожидать другой реакции, ведь все решения принимаются не на заседаниях совета, а в кабинетах. В любом случае мы будем продолжать оказывать давление. И я уверена, пусть не быстро, но закон будет изменен», - пояснила Панфилова. В то же время, по словам правозащитницы, важны не только изменения в законе, но и налаженное его правоприменение.
"Новые известия", 07.07.2011
http://www.newizv.ru/politics/2011-07-07/147363-16-druzej-korrupcii.html В полиции Медведева обнаружили коррупцию
В Transparency International пришли к выводу, что закон «О полиции» даёт много лазеек для обогащения
Президентский совет по правам человека опубликовал антикоррупционную экспертизу закона «О полиции», представленную 5 июля президенту РФ Дмитрию Медведеву. В документе, подготовленном российским отделением Transparency International, содержится не только список коррупциогенных норм закона, но и предложения по улучшению документа.
Первое, что смутило экспертов, это понятие «прав полиции» - права могут быть у граждан, но не у государственных органов. В списке недочётов закона «О полиции» - 16 пунктов. Большая часть претензий - к расплывчатым формулировкам, которые потенциально могут привести, скорее, не к коррупции, а к произволу. Особенно примечательна фраза в одной из статей закона, касающаяся задержания человека - «при невозможности решения данного вопроса на месте». «Решить вопрос на месте» - это эвфемизм взятки, и как эта фраза попала в закон, само по себе очень интересно.
Когда принимался закон «О полиции», Минюст не стал отправлять документ на антикоррупционную экспертизу. В министерстве юстиции считают, что не были обязаны это делать - ведь принятие закона инициировал президент, а за президентом не проверяют.
Информация об отсутствии государственной экспертизы закона 5 июля была донесена до Дмитрия Медведева. В ответ на это президент заявил: «Не знал, что законы, подготовленные и внесенные президентом, не проходят так называемую антикоррупционную экспертизу. Мне кажется, любые законопроекты должны ее проходить».
Примечательно, что претензии, которые сейчас предъявляет Transparency International, уже звучали - во время всенародного обсуждения законопроекта. Госдума мнение граждан игнорировала. Но теперь, после выступления правозащитников, считает глава Transparency International Елена ПАНФИЛОВА, органы власти отреагировать обязаны.
«СП»: - Те же самые претензии высказывались на сайте, на котором закон «О полиции» проходил «всенародное обсуждение». Дума приняла этот закон в сыром виде?
- Да, именно так и получается. Те претензии, которые касались формулировок, просто не были приняты во внимание. А мы говорим о норме закона 172 ФЗ, который требует актикоррупционной экспертизы, чтобы это официально выявлялось и официально устранялось. Общенародная экспертиза - это каждый высказал своё мнение. А норма закона требует устранения коррупционных фактов.
«СП»: - Какой из пунктов претензий к закону вы бы назвали самым опасным с точки зрения коррупции?
- Их нельзя делить на менее или более опасные. Все 16 пунктов, которые там перечислены - каждый хорош по-своему. Меня больше всего беспокоит то, что там по-прежнему много отсылочных норм, и надо закапываться в дополнительные документы, которые уточняют закон.
«СП»: - И которые могут меняться от случая к случаю.
- Мало того - до них иногда и добраться невозможно, для того, чтобы провести их анализ. Они служебные, до них просто нет доступа.
«СП»: - Если сравнивать со старым «Законом о милиции», какой документ более коррупционен?
- Где-то больше в старом, где-то больше в новом. Где-то убыло, где-то прибыло.
«СП»: - Сейчас какие перспективы?
- Мы будем ждать реакции. Дадим людям время, чтобы они ознакомились и отреагировали. Если этой реакции не будет или она не будет нас удовлетворять, мы будем давить дальше, требовать, чтобы эти изъяны были устранены.
«СП»: - Непосредственно в тексте закона есть проговорка: «при невозможности решения данного вопроса на месте». Обычно «решить вопрос на месте» и подразумевает взятку. Как в закон попало это словосочетание?
- Будем считать, что это казус, очень живо отражающий нашу действительность.
*
Бывший начальник российского бюро Интерпола Сергей ОВЧИНСКИЙ входил в оргкомитет по разработке закона «О полиции». Как считает бывший милиционер, претензии к документу безосновательны - закон, фактически, не имеет прямой силы, и, следовательно, не может быть причиной коррупции.
«СП»: - Закон «О полиции» что-то изменил?
- Я не вижу, чтобы он что-то изменил, да он и не должен был ничего изменять. Это фантик, никак не влияющий на ситуацию с реформой этого ведомства. Это нормальный закон, соответствующий всем европейским нормам. Там учтены все документы ООН, Совета Европы.
Закон рамочный, вполне нормальный, и я не вижу там никаких коррупционных положений, там нет поводов поднимать тревогу. В России есть множество сфер деятельности для Transparency International, в которых они могли успешно заниматься, а не критиковать закон «О полиции», который мало на что влияет.
«СП»: - Если нынешний закон «О полиции» ни на что не влияет, может, стоило принять более конкретный документ, который бы действительно задавал облик МВД? Чего не хватает в законе «О полиции»?
- У нас судьба человека зависит от Уголовного, Уголовно-процессуального кодексов и Кодекса об административных правонарушениях. Есть закон «Об оперативно-розыскной деятельности». А закон «О полиции» - это просто перечень прав и обязанностей, цели, свободы. Лозунги первомайские.
"Cвободная пресса", 07.07.2011
http://svpressa.ru/society/article/45331/ Александр ПРИВАЛОВ: Об удивительном письме
Кабы я не видел своими глазами скан документа на бланке Министерства юстиции, я бы не поверил. Вот и вижу - верю с трудом. В этом документе ответ на запрос любознательных людей: нельзя ли взглянуть на результаты антикоррупционной экспертизы (АЭ) законопроекта «О полиции»? Минюст не торопясь (проект успел стать законом) и с достоинством отвечает: нельзя - не было никакой экспертизы и не должно было быть. Потому что закон обязывает Минюст проводить такую экспертизу проектов федеральных законов <…>, разрабатываемых федеральными органами исполнительной власти, иными государственными органами и организациями. А президент, милые вы мои, он не орган и не организация; он, по Конституции, глава государства. Оттого-то «проведение антикоррупционной экспертизы Минюстом России в отношении проектов федеральных законов, вносимых в Государственную Думу Президентом Российской Федерации, вышеназванным Федеральным законом не предусмотрено» - и подпись высокого чиновника. Что думцы без смущения говорят в телекамеры: «Президентские законопроекты в Думе править не принято» - дело привычное. Но тут не говорят, а пишут, да не вольные депутаты, а Минюст. Фантастика.
Если понимать процитированный текст «в лоб», то это, по-моему, И ОБМАН, И КАТАСТРОФА. ОБМАН - ПОТОМУ ЧТО СТАТЬЯ 3 ЗАКОНА ОБ АЭ НЕ СОДЕРЖИТ НИ СЛОВА НИ О ДУМЕ, НИ О СУБЪЕКТЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ИНИЦИАТИВЫ - ОНА ПРОСТО ТРЕБУЕТ, ЧТОБЫ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ОРГАН ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ В ОБЛАСТИ ЮСТИЦИИ (ЧИТАЙ: МИНЮСТ РФ) ПРОВОДИЛ ТАКУЮ ЭКСПЕРТИЗУ ПРОЕКТОВ ФЕДЕРАЛЬНЫХ ЗАКОНОВ, КТО БЫ ЭТИ ПРОЕКТЫ НИ ГОТОВИЛ И КУДА БЫ НИ ВНОСИЛ. КАТАСТРОФА - ПОТОМУ ЧТО ВНЕСЁННЫХ НЫНЕШНИМ ПРЕЗИДЕНТОМ ЗАКОНОПРОЕКТОВ БОЛЕЕ 800. Несколько сот из них внесены уже после лета 2009 года, то есть после вступления в силу Закона об АЭ, и составляют этот массив проекты отнюдь не малозначащие - тут и поправки к кодексам, и такие сверхважные документы, как помянутый Закон о полиции. И что же - все они, вопреки требованию закона, принимались, не пройдя антикоррупционной экспертизы? То есть с принципиальным нарушением процедуры? То есть могут быть оспорены и отменены в судебном порядке? Так тогда катастрофа - это ещё мягко сказано.
Возможно, впрочем, что письмо Минюста написано cum grano salis. Заявитель (а это «Трансперенси Интернешнл - Россия») спросил о результате антикоррупционной экспертизы. Но заявитель несимпатичен - и его формально отшивают, потому что АЭ проводилась Минюстом, как того и требует закон, в ходе правовой экспертизы. Вот если бы заявитель попросил её результат… Но в этом варианте пришлось бы констатировать, что ради такой мелочи, как отшивание одного несчастного заявителя, Минюст решился навлечь изрядное подозрение и на президента, и на всю национальную юстицию: шутка ли, написать, что важнейший Закон не распространяется ни на президента, ни на кого из тех, кому президент поручил готовить следующие законы! Всесветный позор!
И хотя при такой трактовке обмана в письме нет, беда-то всё равно налицо. Потому что даже если АЭ законопроекта «О полиции» где-то как-то формально и состоялась, по сути её уж точно не было - это видно не только по тому, что результаты не обнародованы. «Эксперт» активно участвовал в критике проекта; мы обсуждали его со многими специалистами и видели, что остро коррупциогенных статей там не пять и не десять - и большинство из них самым благополучным образом из проекта переехали в закон. Вот на днях отшитый заявитель, «Трансперенси», вручит Медведеву отчёт о независимой экспертизе этого закона - искренне интересно посмотреть, как с ним поступит президент. Но даже если, сверх всяких ожиданий, на основе этой - или любой другой - экспертизы будет инициировано исправление закона, этого будет мало.
Не знаю, все ли президентские законопроекты минуют стадию АЭ, но что минуют не одни президентские - точно. Так, на прошедшей неделе Союз независимых сетей обратился к Медведеву с письмом: просят убрать коррупциогенные места из идущего через Думу проекта поправок в закон «О регулировании рынка алкоголя». Похоже, такие места в проекте и вправду есть. Смотрим его страничку на сайте Думы. Проект внесён правительством. Сопровождающих его бумаг перечислено (по состоянию на вечер пятницы) - 35. Результата АЭ среди них нет. Я - буквально наугад - открыл странички ещё трёх законопроектов. Результатов экспертизы не оказалось и там. Да и откуда бы им взяться? Хотя Закон об АЭ действует уже два года, он всё ещё как бы и не действует. Во всяком случае, регламент Думы об этом законе всё ещё не слыхал: среди множества документов, связанных с прохождением и принятием законопроектов, об акте антикоррупционной экспертизы не упомянуто. Не стану давать советы только что переутверждённому на своём посту генеральному прокурору; он и без меня прекрасно знает, что настоять на исправлении этого - безусловно, чрезвычайно коррупциогенного - недочёта в думском регламенте есть его прямая обязанность.
Впрочем, ясно, что эту обязанность он исполнять не станет, если не будет серьёзного общественного давления. Но его нет, и это хуже всего. Публика предпочла лениво поверить, что борьба с коррупцией невозможна - или возможна только как подвид шоу-бизнеса. При Минюсте открыта аккредитация, дающая полномочия проводить независимую экспертизу законов и законопроектов на коррупциогенность; аккредитованы уже сотни физических и юридических лиц. В некоторых регионах, говорят, работа таких экспертов даже бывает заметной, но пока всё это сущие крохи. Когда тащили через Думу Закон об АЭ, к сожалению, не удалось вписать туда ни для Минюста, ни для прокуратуры обязанность сколько-нибудь содержательно реагировать на акты независимых экспертиз - вот они и не реагируют, даже когда поступают безупречно профессиональные документы. Что ж, независимым экспертам придётся учиться заинтересовывать антикоррупционными экспертизами журналистов (и/или блогеров), а журналистам (и/или блогерам) - широкую публику. Пока публика не поймёт, что при взяткоёмких законах фронтальное воровство одними частными разоблачениями не остановить, страну продолжат доедать.
Александр ПРИВАЛОВ - научный редактор журнала "Эксперт"
«Эксперт» №26 (760) /04 июл 2011
http://expert.ru/expert/2011/26/ob-udivitelnom-pisme/ Примечание: выделение ПРОПИСНЫМИ - моё.