О проекте «Жирафы, зебры и темные лошадки» («ЖЗЛ»)
Обозреватель «Новой газеты» Л. Никитинский - председателю Совета при президенте РФ по содействию развитию гражданского общества и правам человека М. Федотову*
Заинтересованная общественность продолжает обсуждать «Письмо пятидесяти пяти» в защиту независимого суда, которое было подготовлено в разгар дискуссии о приговоре по делу Ходорковского и Лебедева Денисом Дворниковым, исполнительным директором некоего «Общественного комитета за открытость правосудия». Публикацией следующего документа «Новая» хочет показать, что точка зрения Дворникова и подписантов письма (часто не искушенных в тонкостях правосудия) на независимость и открытость судебной системы - не единственно возможная для российских общественных организаций.
*
Сообщаю в порядке информации, что 28 февраля «Центр правовых программ Леонида Никитинского» и Институт продвижения инноваций Общественной палаты (Вячеслав Глазычев) при поддержке Совета по развитию гражданского общества и правам человека провел в Общественной палате первый из двух запланированных "круглых столов" по теме: «Блокирующая роль силовых структур и неправого суда на пути модернизационного развития России».
Перед экспертами в области права, судебной системы, бизнеса, экономики, социологии и местного самоуправления выступили региональные предприниматели, главы местных администраций и гражданские активисты, которые предприняли попытки модернизации в своей сфере деятельности и в своих регионах и пострадали в связи с этим в той или иной степени от уголовной репрессии. Опыт этих людей, на который ориентируются и другие потенциальные сторонники социальной модернизации, увы, свидетельствует, что сегодня в России активная жизненная позиция чрезвычайно невыгодна и просто опасна: по сути, всякий эффективный проект оказывается «преступлением».
Этих очень разных людей и разные по фабуле истории (они тщательно отобраны и проверены организаторами программы, хотя их выводы часто вступают в противоречие с выводами судебных и правоохранительных органов) объединяет общая тема: АКТИВНЫЙ НЕГАТИВНЫЙ ОТБОР, ТЕСНО СВЯЗАННЫЙ С КОРРУПЦИЕЙ В СИЛОВЫХ СТРУКТУРАХ И ПОДЧИНЕННОЙ ИМ РОЛЬЮ СУДА. Правоохранительные органы, глубоко связанные с бизнесом, не только не выполняют свою государственную функцию по противодействию экономической (и иной) преступности, но обрушивают мощь своих государственных по форме полномочий на тех, кто пытается стать двигателем модернизации. При этом «борьба с коррупцией» зачастую прикрывает собой коррупцию более высокого уровня.
Коротко об историях, рассказанных их героями экспертам в Общественной палате:
1) Николай КРАСНИКОВ**, более 20 лет ВОЗГЛАВЛЯЮЩИЙ АДМИНИСТРАЦИЮ НАУКОГРАДА КОЛЬЦОВО (Новосибирская область), где расположено предприятие биотехнологии стратегического значения «Вектор», сумел создать для ученых и других жителей поселка весьма привлекательные условия жизни: в поселке растут рождаемость и численность населения, создается «инкубатор» инновационных проектов. Против мэра Красникова возбуждены и готовятся для передачи в суд три уголовных дела по весьма смехотворным основаниям, почерпнутым из его обычной хозяйственной деятельности. В 2010 году с их помощью была предпринята попытка сместить главу поселка на выборах, на которых он все же получил 86 процентов «чистых» голосов. На самом деле за этим преследованием стояли (руководство только что сменилось) местные органы ФСБ, которые, играя на руку фактически рейдерам, сумели подчинить себе нового директора центра (уволился), чтобы под прикрытием «секретности» расхищать крупные бюджетные средства на капитальный ремонт (добиться полноценного расследования этих фактов, напротив, пока не удается).
2) ГЛАВА ПОСЕЛКА ЛИСТВЯНКА на берегу Байкала Татьяна КАЗАКОВА**, до выборов на этот пост весьма успешный предприниматель в сфере туризма и гостиничного бизнеса, за короткий срок преобразила поселок, построила в нем гостиницу, создавшую занятость не менее чем для 300 человек, на собственные средства привела в порядок инфраструктуру, в том числе построила очистные сооружения, отремонтировала и создала новые социальные объекты и заслужила поддержку жителей. После двух лет, проведенных ею в СИЗО без свиданий с родными, Казакова приговорена к шести годам лишения свободы условно. Главным эпизодом обвинения стало стандартное нарушение финансовой дисциплины, когда бюджетные средства, выделенные в декабре (к тому же на ремонт теплотрассы, невозможный в Сибири зимой), были «заморожены», а не возвращены в бюджет (сразу после возбуждения дела - возвращены). Судья, биография которой включает брак с бывшим сотрудником милиции, осужденным за вымогательство, проигнорировала довод об отсутствии в действиях Казаковой (тем более на фоне лично вложенных ею в развитие поселка средств) признака общественной опасности, что лишает эти действия и характера преступления.
В январе 2011 года Казакова рассказала в «Новой газете» (
http://loxovo.livejournal.com/1618605.html) о настоящей причине ее преследования. Наряду с хозяйственным конфликтом с расположенным по соседству санаторием ФСБ «Байкал» этой причиной стал конфликт по поводу объекта недвижимости в центре Иркутска: она встала на пути рейдерской операции сына бывшего зампрокурора области Альбины Ковалевой, в то время руководителя Иркутского управления ФРС, а в настоящее время - советника генерального прокурора по Восточно-Сибирскому округу. Придание этих фактов огласке не привело к какому-либо комментарию газете со стороны органов прокуратуры, зато в феврале по иску транспортной прокуратуры в Листвянке закрыта якобы за нарушение строительных правил принадлежащая мужу Казаковой гостиница «Маяк», принимающая туристов и многие конференции (в том числе «Единой России») уже восемь лет. Районный суд произвольно обосновал свое решение одной экспертизой, полностью проигнорировав другие, в результате не менее трехсот человек в Иркутской области потеряют работу, на Байкал в 2011 году не приедет не менее 6 тыс. человек.
3) ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ ИЗ ОМСКА СВЕТЛАНА КОМБАРОВА** оправдана судом надзорной инстанции после осуждения за «мошенничество», ставшее, в свою очередь, результатом сложной банковской провокации. Парализовав ее возможности с помощью уголовного дела, рейдеры захватили, а затем при «отступлении» разрушили созданное многолетним трудом Комбаровой сельскохозяйственное объединение «Семикруп»: молочный завод производительностью до 80 тонн в сутки; крупяной завод производительностью до 100 тонн в сутки крупы 9 видов; старейший завод «Сибкорн» производительностью до 80 тонн хлопьев «Геркулес»; Марьяновский ХПП производительностью до 200 тонн зерна в сутки; Кормиловский элеватор и крупяной завод производительностью до 500 тонн зерна в сутки; продано и вырезано стадо в 2000 голов дойных коров. После оправдания по уголовному делу предпринимательница добивается возврата активов в арбитражных судах, но полное возмещение, разумеется, не представляется реальным.
4) ГЛАВА СЕРПУХОВСКОГО РАЙОНА АЛЕКСАНДР ШЕСТУН** выделился из ряда коллег тем, что отказывался платить взятки «за общее благоприятное отношение» сотрудникам УВД и прокурорам Подмосковья. После того как им был изобличен и передан в руки следствия один из руководителей прокуратуры (он осужден в прошлом году за взятку), против главы района было возбуждено два уголовных дела, которые сейчас прекращены за отсутствием состава преступления, но продолжается суд по делу о взятке против заместителя главы Елены Базановой, возбужденному при помощи незаконной провокации со стороны ДЭБ МВД. Кроме того, Шестун еще весной прошлого года указывал в СМИ на вымогавшего у него взятку Ивана Назарова, задержанного по делу о незаконном игорном бизнесе в ряде районов Подмосковья, и на прокуроров, также фигурирующих в этом деле.
5) ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР «НОВОЙ ГАЗЕТЫ В САМАРЕ» СЕРГЕЙ КУРТ-АДЖИЕВ** привлекался к уголовной ответственности за «хищение интеллектуальной собственности» по ставшей уже стандартной технологии обнаружения «пиратского софта» в компьютерах любого пользователя, в том числе купленного у официальных распространителей программ. На самом деле целью этого дела было закрытие «Новой газеты в Самаре», которая при этих обстоятельствах перестала выходить в 2008 году. После прекращения уголовного дела за отсутствием события преступления Курт-Аджиев добился решения суда о возмещении из государственного бюджета причиненного ему вреда в размере 450 тыс. рублей, которые он намерен пожертвовать в фонд «Оправданные в поддержку независимого правосудия» (возможность инициирования такого движения, в котором могли бы принять участие многие полностью или частично реабилитированные жертвы такого рода уголовных дел, нами в настоящее время обсуждается).
Эксперты, получившие возможность задать выступавшим в Общественной палате уточняющие вопросы, вспоминали и другие примеры из того же ряда, но организаторы круглого стола предпочли оперировать теми, которые были ими проверены и за которые они готовы нести личную ответственность, в том числе предусмотренную законом.
Проект «Центра правовых программ Леонида Никитинского» предполагает, что в апреле 2011 года будет подготовлен и проведен второй круглый стол, «симметричный» первому: на нем уже эксперты попытаются сформулировать предложения по изменению, видимо, не столько законодательства, сколько сложившейся судебной практики. По сути, этот проект становится формой ЭКСПЕРТНОГО МОНИТОРИНГА «РЕЗОНАНСНЫХ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ», однако уже на этом этапе следовало бы отказаться от лукавства и признать, что РЕЧЬ БОЛЕЕ ПРАВИЛЬНО ВЕСТИ НЕ О «РЕЗОНАНСНЫХ», А О «ЗАКАЗНЫХ» УГОЛОВНЫХ ДЕЛАХ. Экспертная оценка «резонансных дел» со стороны гражданского общества вызывает вопросы, связанные с тем, что только судебные решения приобретают силу закона. Но мониторинг со стороны общественных организаций и прессы по «заказным делам» (а их заказной характер чаще всего становится очевиден уже на стадии первых следственных мероприятий, которые зачастую ничем и не кончаются) представляется оправданным и необходимым как одно из важных условий независимости суда и социальной модернизации в целом.
Предполагается, что спустя какое-то время после вторых слушаний при поддержке Совета по развитию гражданского общества и правам человека и фонда «Либеральная миссия» наряду с внесением соответствующих предложений будет подготовлена и издана книга, предварительное ее название «Жирафы, зебры и темные лошадки». Здесь «жираф» - это тот, кто «высунулся», а «зебра» - символ полосатой робы арестанта. При молчаливом одобрении «темных лошадок», по-тихому расхищающих государственный бюджет, и ведется эта, по сути, война с инициативой и модернизацией. В этой картине вроде бы не хватает хищника, превращающего «жирафов» в «зебр», однако пристальный взгляд обнаруживает, что хищники-«силовики» и «темные лошадки» - это, по сути, один и тот же круг людей, заинтересованных в «стабильной» отсталости России.
* Эту записку, которую мы публикуем с согласия обоих корреспондентов, можно было бы назвать «служебной», если бы между ними были какие-то служебные отношения. По нашим сведениям, возглавляемый Михаилом Федотовым совет намерен использовать этот документ для дальнейшей работы.
** Более детальную аргументацию смотри: «Новая газета» соответственно № 17 за 2011 год; № 5 за 2011 год; № 61 за 2009 год; № 51 за 2010 год; №№ 70 за 2009 и 24 за 2011 год. При этом ни на одну из перечисленных публикаций никогда не было получено ни одного официального ответа.
"Новая газета" № 25 от 11 марта 2011 года
http://novayagazeta.ru/data/2011/025/28.htmlПримечание: выделение ПРОПИСНЫМИ - автора.