Яир Хиршфельд- один из тех, кто стоял у истоков переговорного процесса, приведшего к соглашениям Осло. Рассматривая предысторию этих событий, он рассказывает о мирных предложениях начала 70х годов и реакции израильского руководства на них.
«Летом и осенью 1970 года министр обороны Даян и и его товарищи по партии Шимон Перес и Гед Якоби предложили
(
Read more... )
"...В феврале 1973 года, за восемь месяцев до начала войны, Анвар Садат направил своего доверенного помощника, Хавеза Исмаила, ко всемогущему государственному секретарю США Генри Киссинджеру. Садат предложил безотлагательно начать мирные переговоры с Израилем. Было поставлено одно условие и названа одна дата: Египту должен быть возвращен весь Синай вплоть до международной границы, там не должно остаться никаких израильских поселений, а соглашение должно быть достигнуто не позднее сентября.
Киссинджеру такое предложение понравилось, и он тут же передал его израильскому послу Ицхаку Рабину, который заканчивал свою службу в этой должности. Рабин, разумеется, незамедлительно проинформировал премьер-министра Голду Меир, которая отвергла предложение с порога. Между ней и послом состоялся крупный разговор. Очень близкий к Киссинджеру Рабин считал, что следует принять это предложение.
Голда сочла всю инициативу еще одним арабским трюком, разыгранным для того, чтобы вынудить ее вернуть Синайский полуостров и ликвидировать все поселения, построенные на египетской территории.
В конце концов, подлинная цель этих поселений - включая только что построенный ослепительно-белый Ямит - состояла именно в том, чтобы не допустить возврата Египту всего полуострова. Ни она, ни Даян и в мыслях не имели возвращать Синай. Даян уже сделал свое (печально)знаменитое заявление, что «Шарм аль-Шейх без мира лучше, чем мир без Шарм аль-Шейха». (Шарм аль-Шейх, уже переименованный в ивритскую Офиру, находится на южной оконечности полуострова, вблизи нефтяных полей, которые Даяну тоже совсем не хотелось отдавать).
Еще до нового рассекречивания, зондажи Садама относительно мирных переговоров не были тайной. Садат намекал на свою готовность достичь соглашения в переговорах с ооновским посредником доктором Гуннаром Ярингом, усилия которого стали в Израиле темой для анекдотов.
Еще раньше прежний президент Египта Гамаль Абдель Насер предложил Нахуму Гольдману, президенту Всемирного еврейского конгресса (и некоторое время президенту Всемирной сионистской организации), встретиться с ним в Каире. Голда этой встречи не допустила, а когда факт открылся, Израиль разразился бурей протестов, среди которых было и знаменитое письмо восьмиклассников, заявивших, что они едва ли смогут пойти служить в израильскую армию.
Ото всех египетских инициатив отмахивались как от политических уловок. Но от официального послания Садата государственному секретарю США нельзя было отмахнуться. Поэтому, помня об уроке в случае Гольдмана, Голда решила сохранить всё в тайне.
И ВОЗНИКЛА совершенно невероятная ситуация. Знаменательная инициатива, которая могла стать поворотным пунктом истории, была доведена до сведения лишь двух человек: Моше Даяна и Исраэля Галили...
Таким образом, инициатива Садата была известна только Голде, Даяну, Галили, Рабину и преемнику Рабина в Вашингтоне, Симхе Диницу, лебезившему перед Голдой ничтожеству.
Сколь бы невероятным это ни казалось, непосредственный начальник Рабина министр иностранных дел Аба Эбан тоже был оставлен в неведении. Разумеется, не были информированы и все другие министры, начальник генерального штаба и начальники вооруженных сил, включая глав Шин-Бета и Моссада. Это была государственная тайна...
Прямым результатом «Великой Неудачи» Голды стала гибель 2693 израильских солдат, еще 7251 были ранены, а 314 - попали в плен (не считая десятков тысяч жертв с египетской и сирийской стороны).
...Выступая в Кнессете за несколько месяцев до войны, я предупредил Голду Меир, что если Синай не будет возвращен в ближайшем будущем, Садат начнет войну, чтобы выйти из сложившегося тупика.
Я знал, о чем говорил. Разумеется, я не имел понятия о миссии Исмаила, но в мае 1973 года принял участие в мирной конференции в Болонье. [В ходе конференции глава египетской делегации Халид Мухуй сообщил мне по секрету], что если Синай не будет возвращен до сентября, Садат начнет войну...
СМИ полностью проигнорировали мое предупреждение. Они, как и Голда, относились к египетской армии с глубочайшим презрением и считали Садата слабаком и пустомелей. Мысль о том, что Египет дерзнет напасть на несокрушимый Израиль, рассмешила бы их..."
Reply
Leave a comment