Переношу сюда из Букмейта впечатления - на самом деле всё это прочитано ещё весной, просто раньше было некогда :)
14. Э. Гилберт. Большое волшебство.
Книжка для уверенных в том, что им есть что предъявить миру, - была бы только смелость, говоря словами автора, «вытащить на белый свет все сокровища, спрятанные у тебя внутри». Примеры этих сокровищ у читательниц Гилберт обычно таятся где-нибудь в папочке со скромным названием «Моё Творчество».
«... я предпочла бы, чтобы вы занимались искусством, чтобы спасти себя или снять со своей души какое-то тяжёлое психологическое бремя»
- а вот это забавно срезонировало с только что прочитанным рассказом Байетт о мучениях писателя, ведущего кружок литературного мастерства для местных графоманов:
«Он устал повторять, что занятия художественной прозой - не способ врачевания душевных травм. Однако литературные дерзания его подопечных - воистину, от великого до смешного один шаг - сводились ровно к этому».
15. А. Кристи. Автобиография.
Гармоничная, цельная, уютная. Такую самодостаточную и вполне довольную собой (самодовольную?) уютность жизни во времена оны именовали «мещанством» - это оно и есть, со всем спектром положенных ему коннотаций. В общем, хорошее, поучительное чтение :)
«На самом деле я думала только об одном - о счастливом замужестве. Как и большинство моих подруг, я ощущала полную уверенность в себе. Мы жили в сознании ожидающего нас безоблачного счастья; мы ждали любви, восхищения, поклонения, ждали, как о нас будут заботиться, холить и лелеять, намереваясь в то же время идти собственным путем во всем, что было для нас важным, одновременно заботясь о муже, его жизни, успехе, карьере, считая эту заботу своим священным долгом. Мы не нуждались в тонизирующих или успокоительных таблетках, потому что верили в радость жизни. Могли испытывать личные разочарования, порой чувствовали себя несчастными, но в целом жизнь была удовольствием».
16. T. French. Broken Harbor.
Тана Френч пишет замечательные детективы. Которые на самом деле, как и любой хороший детектив, больше чем просто криминальная история. «Рассветная бухта» - про то, как рухнул, подточенный экономическим кризисом, такой чистенький, правильный, уютный мирок одной мещанской семьи (им повезло меньше, чем семье Агаты Кристи, аха). Мирок, где надежды, мечты, принципы и добродетели выражаются исключительно в списках покупок.
Об этом хорошо писала Евгения Пищикова в «Пятиэтажной России»:
«Последнее время вошло в моду третье измерение и тотчас отменило прежние два. Все должно быть плоским. Теперь, если в доме нет ничего плоского, приличные люди друзей в гости не зовут. Телевизор хорошо бы, чтоб висел на стене в зале, а второй пусть будет встроен в холодильник. И ничего не стоит домашний уклад, если в квартире нет Великой Кухонной Стены. /.../ Кухонная Стена строится как декорация - с грубым фанерным задником, молотками и пилами вбиваемым в хлипкую межкомнатную перегородку, и со сверкающим лукавым фасадом. Иной раз кухню украшают никелированным стрип-шестом, на который крепится неудобный высокий столик-стойка. Сверху прикручивают крошечные галогенные лампочки, которые ни к чему не нужны. Зато все сияет и искрится, как в журнале «Идеи для дома». Подмостки готовы. Осталось только купить стеклянный стол, а на полочке расставить фотки. Проходите, дорогие гости, осторожнее, стол не заденьте. Давайте-ка мы вам покажем наши последние фотографии из Египта».
А вот у Таны Френч:
«Everything. Everything. Like, before, we used to have people over for dinner parties, or barbecues in the summer-but you can’t do that if all you can afford to give them is tea and Aldi biscuits. Maybe Fiona would, but I’d’ve died of embarrassment. Some of the people we know, they can be total bitches-they’d have been like, ‘Oh my God, did you see the label on the wine? Did you see, the SUV’s gone? Did you see she was wearing last year’s stuff? Next time we come over, they’ll be in shiny tracksuits, living on McDonald’s.’ Even the ones who wouldn’t have been like that, they’d have felt sorry for us, and I wasn’t going to take that. If we couldn’t do it right, I wasn’t going to do it at all. We just didn’t invite people around any more».
17. Б. Шер. Давно пора.
В последнее время и книги, и особенно блоги, посвященные саморазвитию, стали меня несколько раздражать - обилием пустого пафоса и самолюбования. Впрочем, это исключительно потому, что у меня к ним неправильный подход - я ищу в них нового знания, а его-то там заведомо быть не может, ибо «всё уже украдено до нас». А вот если посмотреть на них с другой точки зрения, то они вполне себе прекрасны и душеполезны - как может быть прекрасным и душеполезным мурлыканье психотерапевта, - и вдвойне прекрасны потому, что обходятся в разы дешевле :) Правда, как и в случае с психотерапией, действие сеансов быстро заканчивается (хорошо если не сразу после того, как захлопнута дверь кабинета или обложка книги), - и авторы, подобные Барбаре Шер, а также издательства типа МиФа об этом прекрасно осведомлены:)
«Чтобы жить полной жизнью, нужно заниматься любимым делом. А предмет любви нельзя выбрать, его можно только найти»
«есть только одно истинное счастье: жить так, как тебе нравится».
18. М. Шейбон. Союз еврейских полисменов.
Странная, щемящая душу книга, родившаяся из идиш-разговорника. Затягивающая. Не сюжетом, нет, - интонацией, атмосферой, придуманным миром, где все они - шумные, занятные, смешные, опасные, печальные, чудаковатые - все они живы. Если бы мне снова довелось побывать в Освенциме, я хотела бы привезти туда эту книгу. Просто.
«На что похожа такая Европа, населенная двадцатью пятью, тридцатью, а то и тридцатью пятью миллионами евреев? Терпят ли их, презирают ли, игнорируют, а может, они совершенно неотличимы от прочих современных европейцев? На что похож мир, который никогда не нуждался в образовании Израиля, этой твердой песчинки в шарнире, соединяющем Африку и Азию?
Каково это - брать начало из земли, из мира, из культуры, которой больше не существует, из языка, который может умереть уже в этом поколении? Что за фраза мне понадобилась бы, чтобы обратиться к миллионам нерожденных призраков, к которым принадлежу и я?
И что мне теперь делать с этой книгой?»