Источник: Русский биографический словарь / изд. под наблюдением пред. Имп. Рус. ист. о-ва А. А. Половцова. - Санкт-Петербург : Имп. Рус. ист. о-во, 1896-1913. : Т. 1-25. / Т. 7
Заруцкий, Иван Мартынович (Иванович), один из виднейших активнейших вожаков воровского казачества в эпоху Смуты, был уроженцем западной Руси. Родился в городе Тарнополе, мальчиком попал в неволю к крымским татарам, а оттуда бежал на Дон, где стал казаковать. Выделившись своими недюжинными способностями из окружающей его среды,
И. З. стал одним из донских атаманов. Он рано примкнул к Смуте, был сторонником первого Самозванца Лжедимитрия и вместе с ним прибыл в Москву, где, впрочем, не играл сначала заметной роли. И.З. вернулся на Дон, откуда после гибели Самозванца явился к другому бунтовщику Болотникову и Самозванцу III Лжепетру.
Вместе с ними он стоял под Москвой, а затем в Туле переносил тягости осады этого города войсками Василия Шуйского. Из Тулы И. З. отправился в Северские города отыскивать «царя Димитрия Ивановича», упорные слухи о чудесном спасении которого во время московского майского движения 1606 года держались на Руси и распространялись теми, кому выгодна была дальнейшая кровавая Смута.
Благодаря своевременному удалению из Тулы, вскоре после этого взятой Василием Шуйским, И. З. избежал неминуемой гибели. При этом ему посчастливилось. В Стародубе З. действительно нашел «царя Димитрия Ивановича», т. е. Второго Самозванца, известного в истории под именем Вора, и поступил к нему на службу. И.З типичный представитель «русского изменника» или «воровского казачества», как его называли в тогдашней Руси...
Вор Второй лжецарь
С этой поры начинается быстрое возвышение И. З. Красивый, статный, видный, смелый, энергичный, умный атаман пришелся по душе Вору и стал одним из приближеннейших к нему лиц. Наряду с указанными свойствами, И. З. отличался жестокостью, лукавством и неразборчивостью в средствах.
Один из наблюдательных современников Смуты так характеризует знаменитого воровского военачальника: «воевода же над казаческими полки был московской служилой ротмистр пан Иван Заруцкой. Сей бысть нехрабр, но сердцем лют и нравом лукав».
Последние качества удалого атамана не были, впрочем, предосудительными в глазах Вора, который ценил в своем любимце безусловную преданность его своему делу, себе и выдающуюся распорядительность. И действительно, второй Лжедимитрий имел полное основание дорожить И. З. и отличать его. Так И. З., отправленный на Дон с целью привлечь на сторону Вора новые силы, сумел весною 1608 года привести в Орел к «царю Димитрию Ивановичу» 5000-ный отряд казаков.
Затем ему и Лисовскому были подчинены все казацкие войска Самозванца. Подобным образом при первом походе Вора к Москве Атаман Иван З. командовал правым крылом его армии.
Когда же «царь Димитрий Иванович» обосновался в Тушине, З. занял одно из первых мест в совете воровского «царика», который пожаловал своего любимца саном боярина.
Казацкий воевода оказал в это время много услуг делу Вора.
Особенно прославился он в день неудачной для «царя Димитрия Ивановича» битвы под Москвой. Это сражение, губительное для тушинцев, произошло в 1609 году, в Троицын день, и началось нападением воровских войск на предместья Москвы. Большой отряд их подошел к столице, разбил высланных против него москвичей, прогнал их до самого города, возвратился и стал за Ходынкой на берегу. Царь Василий Шуйский выслал против тушинцев свои войска с пушками и гуляй-городами (подвижными укреплениями). Поляки овладели было этими гуляй-городами, но в это время к москвичам подошли значительные подкрепления. Тогда войско Василия Шуйского перешло в наступление, отбило свои гуляй-города, погнало неприятеля и чуть было не ворвалось в самое Тушино. Но здесь то подоспел З. со своими Донскими казаками. Он вступил в жаркий бой с москвичами и сумел удержать их на реке Химке.
Однако воеводу И. З. все же нельзя причислить к безоглядным сторонникам Вора. На первый план он всегда ставил свои личные цели, а, по своему западнорусскому происхождению посполита, имея некоторые связи с поляками, не прочь был иногда поближе сойтись с ними.
Поэтому, когда «царь Димитрий Иванович» вынужден был в январе 1610 года бежать из Тушина в Калугу, З. обнаружил склонность примкнуть к сторонникам Сигизмунда и во время совещания многих влиятельных тушинцев с послами польского короля согласился не признавать ни Шуйского, ни «царика». И даже тогда, когда громадное большинство Донских казаков потянулось в Калугу к «царю Димитрию Ивановичу», бывший атаман Заруцкий не последовал за своими боевыми товарищами, а предпочел отправиться в стан польского короля под Смоленск. Оттуда И. З. с войском гетмана Жолкеевского отправился походом на Москву. Впрочем, отношения между родовитым талантливым паном и выскочкой тушинским «боярином» по причине гонора не наладились. Вследствие этого обиженный шляхтой И. З. вернулся к Вору и верно служил ему до дня гибели «царика», т. е. до декабря 1610 года. Смерть Самозванца поставила перед его «боярином» вопрос: договориться ли с поляками, или действовать на свой страх.
Смерть второго самозванца
Тем временем на Руси, под влиянием невзгод и погромов пробудившегося сознания национальной опасности, по призыву патриарха Гермогена и по почину думного дворянина и рязанского воеводы Прокопия Ляпунова поднялось первое земское ополчение для очищения Москвы от овладевших ею поляков. И. З. быстро понял значение этого народного движения, учел выгоды, которые оно ему сулило, и сделал свой выбор. Поэтому со своими казаками, очень любившими своего вождя, он двинулся под Москву на соединение с Ляпуновым...
И вскоре бывший казак выскочка авантюрист, ставший боярином, начал домогаться первенствующего положения в государстве. Благодаря его проискам, Ляпунов «предан бысть в кровоядныя руки злочинному сонмищу, идеже без зла не спят», другими словами, позван был для объяснения в казачий круг. Пылкий и во время объяснений с казаками был 22-го июля 1611 года убит разъяренной толпой.
Устранив опасное препятствие со своего пути в голове у предприимчивого ополяченного тушинца созрел новый смелый план. Пользуясь своей близостью к вдове Вора, Марине Мнишек, с которой И. З. вступил в интимные отношения во время пребывания своего в Калуге, «боярин и воевода» задумал провозгласить «царем» Воренка, т. е. маленького сына «царя Димитрия Ивановича». При таком обороте дел атаман И. З. упрочил бы свое положение, став на долгое время фактическим правителем государства.
Однако подобная перспектива не сулила ничего доброго исстрадавшейся Русской земле, поэтому даже в подмосковном стане затея И. З. встречена была без особого энтузиазма. В особенности же встревожила она великого молитвенника земли Русской, святого патриарха Гермогена. Патриарх поспешил обратиться к земским людям с пламенным увещанием «отнюдь на царство проклятого паньина Маринкина сына не хотети».
Увещание святого Гермогена пало на благодарную почву, и вожди нового нижегородского ополчения, Кузьма Минин и князь Димитрий Пожарский, всецело прониклись лозунгом великого стоятеля и страдальца за родную Землю. Тогда З. со свойственной ему изворотливостью попытался найти другой способ удержаться у власти. Сначала, правильно оценив важное стратегическое и политическое значение Ярославля, тушинский «боярин» пытается овладеть этим городом. Потерпев неудачу в своем замысле, И. З. 2-го марта 1612 года присягнул третьему Лжедимитрию, Псковскому Вору, который еще в декабре 1611 года прислал в подмосковные таборы свое посольство.
Тем временем земское движение, направленное и против поляков и против «русских изменников» казаков, все более и более крепло в стране ... Передовые отряды земского Ополчения постепенно захватывали подступы к Москве, оттесняя и разбивая казаков, многие из которых, привлекаемые щедрым жалованьем, постепенно переходили под знамена князя Пожарского.
Тогда боярин И.З. организовал неудачное покушение против князя Пожарского. А в августе 1612 года казацкий «боярин и воевода» (сделав свой окончательный выбор в пользу измены) с оставшейся ему верной значительной частью казаков («мало не с половиной войска») ушел в Коломну, а оттуда, увлекая за собой Марину Мнишек с Воренком, в Михайлов. З., по-видимому, сначала не терял надежды провести на избирательном соборе кандидатуру Воренка, но всенародный выбор 21-го февраля 1613 года царем Михаила Феодоровича Романова нанес решительный удар чаяниям закоренелого смутьяна.
Тем не менее отважный «боярин и воевода» не хотел признать себя побежденным. Он цеплялся за окраинные города Московского государства и пытался именем Марины Мнишек и Воренка поднять новую Смуту в стране.
Тушинский «боярин» не терял присутствия духа. Его поддерживала мало сбыточная надежда возвратить себе власть над Москвой. И. З. тешился мыслью если не о Царской короне, то о регентстве в малолетство Воренка. Есть известие, что И. З. именно в это время «обвенчался» с Мариной Мнишек.
Скорее обманувшаяся, чем обманщица, польская панна, ослеплена была блеском короны, которою некогда венчал ее Расстрига. Она серьезно считала себя законной русской государыней и думала, что брак с нею давал право на власть и ее мужу. Этим самообманом Марины, вероятно, и воспользовался И. З. В то же время бывший атаман не терял надежды снова поднять «вольное казачество», посылал «прелестные» грамоты на Дон, но не имел успеха. Получив государево «многое жалованье», недавние смутьяны донцы объявили, что они не начнут нового «воровства». Впрочем, среди этих казаков нашлось до тысячи человек, которые прельстились затеваемым З. походом на Самару и «добычей зипунов» во время этого предприятия. Все же конец неугомонного И. З. был близок. Воровской вождь своими лютыми насилиями и грабежами своих шаек возбудил всеобщую ненависть жителей города Астрахани, и они весной 1614 года сели от него в правильную осаду.
Захваченный в бою 6-го июля 1614 года И. З. был привезен в Астрахань, а оттуда вместе с Мариной Мнишек и Воренком был отправлен в Москву. «На Москве же тово Заруцково посадиша на кол.
По др. сведениям: Заруцкому вместе с Мариной и ее сыном удалось бежать тогда на реку Яик (Урал), но 24 июня 1614 года их схватили на Медвежьем острове и выдали Хохлову местные казаки.