Оригинал взят у
evo_lutio в
"Битва за Севастополь" Фильм "Битва за Севастополь" (реж. С. Мокрицкий) рекомендую смотреть всем. По крайней мере, всем женщинам.
Наконец-то на экранах начинают появляться такие женские образы. Думала, не доживу.
Любопытно, что фильм, по всей видимости, сделан как антитеза фильму Бондарчука "Сталинградская битва", о котором я когда-то давно писала
Здесь (запись была закрыта, я ее открыла, только комментарии отключила). То есть даже песня, звучащая в фильме, это "Кукушка" Цоя в исполнении Полины Гагариной, тогда как в фильме Бондарчука, это "Легенда" Цоя в исполнении Земфиры.
Основная антитеза - это, конечно, главные героини. У Бондарчука это - нежная, чуть малахольная, не от мира сего барышня, которую в разрушенном доме доблестно защищают богатыри, у Мокрицкого это - женщина-снайпер, ушедшая на фронт в первый же день войны и сражавшаяся в первых рядах. Женщина-снайпер - фигура историческая, это герой войны Людмила Павличенко. Кроме того, в 1942 году она с блеском выполнила дипломатическую миссию по переговорам с американцами об открытии второго фронта. В фильме ведется повествование от лица Элеоноры Рузвельт, которую Людмила Павличенко при встрече очаровала и даже потрясла.
Катенька, главная героиня в фильме Бондарчука - мать рассказчика, и материнство - это, похоже, ее единственный подвиг за годы войны. Очевидна художественная неправда, поскольку в военной мясорубке многие женщины сражались наравне с мужчинами, а те, кто оставались в тылу, героически трудились.
Актерская работа главной героини в "Битве за Севастополь" реально завораживает. Людмилу Павличенко играет Юлия Пересильд, перевоплотившаяся из образа трогательной блондинки в жесткую и сильную женщину, железную леди, с самурайской выдержкой и гипнотическим, заставляющим цепенеть, взглядом. До этого мне было трудно представить, что на современном экране можно создать такой образ (голливудские героини, на мой взгляд, здесь отдыхают). Самое удивительное, что при всей силе образа не возникает никакого гендерного диссонанса. То есть сильный, упрямый и даже жесткий характер прекрасно совмещается с красотой и даже женственностью героини. На мой взгляд, это большая удача, и актрисы, и режиссера.
Несмотря на то, что через фильм Мокрицкого как и через фильм Бондарчука красной нитью проходит идея, что лицо у войны неженское и очень стыдно, когда женщинам приходится воевать (как-будто мужчинам воевать и умирать - это ок) в случае с "Битвой за Севастополь" эта идея не так лицемерна. У войны не неженское лицо, оно у нее вообще нечеловеческое, иначе может показаться, что оторванные мужские ноги и руки не так ужасны как оторванные женские, хотя разница невелика. Элеонора Рузвельт восклицает в фильме, обращаясь к Людмиле Павличенко "Почему мужчины тебя не защитили?", как будто верит в патриархальную сказку о том, что женщины могут счастливо жить в своих пряничных домиках, пока мужчины воюют. На самом деле только игры мужчин в гольф или покер могут быть отгорожены от женщин в "мужской кружок". Любая реальная проблема и тем более трагедия одинаково касается людей обоего пола. Да, на войне женщинам приходится тяжелей, поскольку они намного хуже подготовлены (Павличенко как раз была подготовлена неплохо), об этом говорит отец Людмилы, который воспитывал ее "как мальчика", потому что жил в ожидании войны.
В общем, идея фильма Мокрицкого в какой-то мере подобна идее фильма Бондарчука о противопоставлении войны и мира как мужского и женского, однако выражена эта идея с куда большим уважением к женщинам. Нельзя сказать, что Бондарчук относится к образу своей героини без симпатии. Симпатия у него есть, и даже нежность. Возможно, он хотел сказать, что нормальной является лишь такая жизнь, когда красоту не нужно защищать, она неприкосновенна как святыня, что истинная красота должна быть хрупкой и не уродовать себя силой. Однако, никакой отрешенной от жизни красоты не может быть, поэтому настоящая красота должна включать в себя и волю, и силу, и отвагу, и доброту. Война уродлива по определению, хотя для женского, хоть для мужского лица. А красота, даже женская, не противопоставлена силе личности, наоборот, она состоит из нее. И вот в фильме про Людмилу Павличенко это получилось показать. Катенька у Бондарчука не выглядит красивой как Людмила, она выглядит милой, но все-таки жалкой, тогда как Людмила по-настоящему красива, во всех отношениях.
Интересна также тема любви в двух этих фильмах. Для Бондарчука любовь - это, что вдохновляет мужчин на подвиги. Для женщины любовь - то, из чего она сделана сама, это ее материал и единственная пригодная для жизни среда. Для Мокрицкого любовь - это не столько вдохновение, сколько мотивация к выживанию в самых страшных условиях. Без любви на войне не выжить - это главная мысль фильма. Женщине ли, мужчине ли, чтобы не сойти с ума в бесчеловечной мясорубке, любовь необходима больше, чем глоток спирта из фляжки, который в фильме то и дело вливают в рот раненым, чтобы немного снять боль, необходима так же, как глоток кислорода задыхающемуся под землей. "Война - это такая жизнь, - говорит командир Людмиле. - Если ты не придумаешь, ради чего жить, ты умрешь".
Любовью на войне дышат, ее пьют, ею лечат раны, ею снимают боль, ее принимают как допинг, как снотворное, как пищу для души и эликсир для тела. Когда у человека не остается никаких других ресурсов, любовь может быть с ним до конца. Любовь к родной земле имеет большое значение, однако еще сильней действует любовь персонифицированная, относящаяся к конкретному, живому человеку. Об этом писал Виктор Франкл, выживший в концлагере, как он сам считает, только благодаря любви к жене, когда все остальное в нем было разрушено. Большинство тех, кто были рядом с Франклом, пережили распад личности, моральную и интеллектуальную смерть, поскольку смысла сохранять себя в нечеловеческих условиях у человека нет. Воля к жизни не существует сама по себе, ее должно нечто питать изнутри. Любовь справляется с этой задачей лучше, чем многое другое, поэтому обесценивать ее вредно.