Уже больше двух недель ничего не могу написать, нахожусь в полнейшей депрессии из-за творящегося сейчас безумия. Просто в голове моей не укладывается как так можно в 21-м веке. Все мысли о том, что сейчас происходит на Украине. Два раза всего удалось мне там побывать, и то очень давно, когда ещё была единая страна СССР. Теперь остаётся только вспоминать.
Летом 1983-го года мы, студенты-бауманцы, проходили практику в Белой Церкви на военном аэродроме, изучали авиационные двигатели на практике. Занятиями нас не особо напрягали, время проводили весело. Про это я надеюсь когда-нибудь рассказать. От Белой Церкви до Киева ходит электричка. Сейчас точно не помню, примерно часа полтора в дороге. Решили мы с другом Серёгой на выходные съездить посмотреть мать городов русских. На ночёвку в гостинице рассчитывать не приходилось, тогда с этим сложно было, да и денег лишних на это не было. Решили взять в прокате палатку, два одеяла и уже где-нибудь в городе найти местечко чтобы её поставить и переночевать.
Так и сделали, палатку взяли в прокате, два тощеньких фланелевых одеяла стащили из казармы, доехали до Киева и оставили этот весь багаж в камере хранения на вокзале. День бродили по городу - Крещатик, Лавра с пещерами, рынок, сейчас уже сложно вспомнить где мы были. Ближе к вечеру начали искать место, где можно поставить палатку. В самом городе побоялись неприятностей с милицией, поэтому решили пойти на Труханов остров.
Сказано - сделано. Путь на остров проходит по пешеходному мосту, главный пролёт которого - подвесной. (фото из интернета)
А с моста видно было рыб. Сложно сказать, что за рыбы, скорее всего язи. Стояли на течении возле опор моста. Сразу начали строить планы как их поймать. Но решили, что на такую высоту их не поднять - сорвутся. Палатку поставили на границе пляжа и зарослей. Нашли какие-то газеты, постелили под дно для тепла. За день нагулялись, поэтому уснули без задних ног.. Проснулся оттого, что замёрз. Смотрю, а Серёги нету. Ну, думаю, может по нужде вышел. Минут 10 подождал, потом натянул на себя ещё и его одеяло, свернулся калачиком, кое-как уснул.
Серёга вернулся уже когда солнце взошло. Принёс мне пирожок. Как оказалось, замёрз он раньше меня и захотелось ему среди ночи выпить кофею. В те времена такое удовольствие среди ночи было недоступно, и он двинул по Крещатику на вокзал. Штаны заправлены в носки, вязаная кепка надвинута по самые брови, рожа небритая. Ничего удивительного, что на Крещатике его тормознули менты и целый час промурыжили, не веря в его сказки. Но что со студента возьмёшь? В результате отпустили, добежал он до вокзала, попил кофею с пирожком и на мою долю купил. Настоящий друг!
Второй запомнившийся эпизод: Серёга привёл меня в какой-то институт медицинской направленности. Надо сказать, что лысеть он начал рано, и в регистратуре с ним сразу стали разговаривать исходя из того, что ему надо бороться с облысением. А ему, как, к моему удивлению, оказалось очень хотелось рост увеличить. сам он роста был небольшого, а подруга его Наталья была девушка рослая, чуть не на голову выше его. Помочь ему в его беде там отказались.
Сам город мне мало запомнился, осталось общее впечатление. Жаль, что нельзя было брать с собой фотоаппарат. Но вот вывески на украинском языке почему-то в памяти отложились. В трамвае "Шановне пассажири, дабы не впасть в салоне, тримайтесь за поручни", на стене дома "Грамодяне, преборуемо кожный будинок у зразковий стан". "Перукарня", "Едальня" и прочие "Шкарпетки та панчохи" (за грамматику не ручаюсь).
В раннем детстве я лето проводил обычно в деревне у бабушки с дедушкой, живших в приграничной с Украиной области, там некоторые украинские словечки были в обиходе. По малолетству мне показалось, что это такой деревенский, немного шпанский, язык. Да простят меня украинцы, но до сих пор у меня в голове такое ощущение, пусть и в малой степени, присутствует.
Всё складывается к тому, что на Украине мне уже никогда больше не удастся побывать. Страшное какое слово "НИКОГДА"...
Боже, храни Украину!
Боже, спаси Россию!
Боже, останови это безумие!!!
А друг мой Серёга сейчас служит батюшкой в сельской церкви в Рязанской области, а Наталья при нём матушкой. Надо бы его как-нибудь навестить. Такая вот история...