Оригинал взят у
labas в
сикорский в берлинеРаз уж зашла речь о Сикорском, републикую его малоизвестное (по крайней мере, при поверхностном поиске отсылок не нашел) интервью берлинской газете "Новое слово", данное во время визита в Германию в октябре 1938 года.
И.И.Сикорский в Берлине. 12 октября [1938 года] в Берлине состоялось открытие конгресса Общества Лилиенталя для изучения науки воздухоплавания, на который прибыло из заграницы очен0 много иностранных специалистов авиации, летчиков и конструкторов. Первое заседание состоялось в Уфа-Паласте в присутствии имперского министра Руста, генералов Мильха и Удета, представителей германской науки и техники, дипломатического корпуса, делегации офицеров итальянского воздушного флота, председателя английского водно-воздушного общества, Ч.Линдберга, французского летчика Детройя и нашего знаменитого соотечественника инженера-конструктора больших самолетов Игоря Ивановича Сикорского, представлявшего на конгрессе США.
После открытия, вступительных речей и раздачи почетных дипломов и наград наиболее отличившимся представителям германской авиации, И.И.Сикорский сделал доклад относительно трансатлантических полетов летающих лодок, выслушанный присутствующими с большим виманием.
Работы конгресса продолжатся до вторника, 18-го октября.
* * * Воспользовавшись пребыванием И.И.Сикорского в Берлине, мы командировали нашего сотрудника в отель Адлон, где остановился великий русский изобретатель. И.И.Сикорский принял нашего сотрудника с присущей ему любезностью и согласился дать для нашей газеты интервью.
- Прежде всего, - начал И[горь] И[ванович], - позвольте чрез посредство вашей газеты, которую я хорошо знаю, передать нашим соотечественникам в Берлине сердечный привет. Я прибыл сюда по приглашению германского правительства и совершенно очарован оказанным мне приемом. В Берлине я был четыре года тому назад и нахожу его теперь еще красивее и величественнее, чем прежде.
- Скажите, И[горь] И[ванович], какое официальное положение вы теперь занимаете в С.Ш.А.?
- Я являюсь главным инженером-конструктором американской компании для постройки аэропланов Эркрафт в Бриджпорте, в Коннектикут.
- Может быть, вы поделитесь с нами некоторыми подробностями вашего доклада, прочитанного на конгрессе Общества Лилиенталя?
- Я читал доклад о новом типе аэропланов-лодок для пассажирского сообщения, которые могли бы поддерживать регулярное сообщение между Старым и Новым светом. Вес их достигает 100 тонн, и они могут перевозить сто пассажиров с весьма комфортабельным их размещением. Общая мощность моторов аэропланов этого типа - 12000 лош[адиных] сил, радиус полета 8000 кил[ометров], быстрота всего перелета 16-18 час[ов]. Безопасность перелета полнейшая.
- Что вы скажете о последнем перелете немецких летчиков Ханке, фон-Моро, Дирберга и Кобера в августе этого года на «Кондоре» из Берлина в Нью-Йорк и обратно?
- Я нахожу этот перелет одним из самых замечательнейших завоеваний воздуха последнего времени.
- Расскажите же о самом новейшем аэроплане, построенном на вашем заводе?
- Их два. Это прежде всего Сикорский 42 - пассажирский воздушный клипер, который первым перелетел через оба океана - Атлантический и Тихий - в их самом широком месте. Конечно, в будущем в других странах будут построены новые аэропланы, которым удастся при большей роскоши и комфорте перелетать и более далекие пространства. Но Сикорский 42 был все-таки первым таким воздушным кораблем. Второй мой аэроплан, построенный для военного министерства С.Ш.А. - четырехмоторный бомбовоз, так сказать, воздушный броненосец, весом в 500 тонн, с очень большим радиусом действия.
- Вы наверное читали ругательное письмо советских летчиков по адресу Ч.Линдберга? Какого вы мнения о советской авиации?
- Я не сомневаюсь, что у большевиков имеется весьма значительное количество аэропланов и немало отличных летчиков, так как богатыри на Руси, конечно, не перевелись. Относительно боевого значения советского воздушного флота я затрудняюсь что-либо сказать. Это может выясниться только во время войны. Вообще, грядущая война, если она когда-либо будет, готовит нам массу сюрпризов. Аэроплан - это самое страшное оружие войны, которое когда-либо знал мир. Нет никаких средств, несмотря на все усовершенствования в области противоаэропланной артиллерии, защитить город или какую-либо населенную площадь от воздушной атаки. 70% боевых летательных машин противника прорвется к цели и натворит Бог ведает что! Но вместе с тем я с удовлетворением могу отметить, что тот же аэроплан спас во время последнего европейского кризиса мир от военной катастрофы. Когда Чемберлен понял, что момент повелительно требует его личной беседы с А.Гитлером, английский премьер-министр, несмотря на свои преклонный годы, и на то, что он никогда еще не летал, сел в аэроплан и через три часа прибыл в Берхтесгаден. То же самое повторилось и в Годесберге. Когда же наступили решительные часы пред Мюнхенским совещанием, два государственных человека Европы, минуя дипломатическую волокиту и обмен телеграммами, которые неизбежно привели бы к войне, сели в аэропланы и прибыли в Мюнхен. Кризис был разрешен в несколько часов. Аэроплан - самое страшное оружие войны - я повторяю это - и это обстоятельство вынудило государственных деятелей Европы быть сугубо осторожными. Время, когда вожди сидели в полной безопасности в своих кабинетах, а военные действия происходили на расстоянии многих сотен и даже тысяч километров, прошло навсегда. Теперь в случае войны им и их семьям угрожает такая же реальная опасность, как и бойцам на фронте. Остальное ясно.
- Чему вы, независимо от ваших общепризнанных научных и технических заслуг и ваших изобретений обязаны вашим успехом в С.Ш.А.?
- Этим я прежде всего обязан замечательным моральным качествам американского народа. Кроме того моему успеху помогли также и наши соотечественники: новые эмигранты - белые офицеры, и старые эмигранты, которые помогли моему делу материально.
На этом наша беседа кончилась.
Н.Полозов.
"Новое слово", N42 (214), 16.10.1938