Oct 02, 2008 03:07
Из лаванды сделана она была.
Из запаха лаванды.
Читала Кортасара, а по вечерам становилась видимой и телом своим привелекала многих, кто заходил на чай.
А утром с запахом лаванды исчезала. Те же, кто просыпался в ее постели находили лишь вкусный аромат у себя в сердце.
Каждый день она стелила новые простыни.
Каждый день начинался с приготовления пищи. Она готовила в сковороке с желтой каемкой.
На чугунной сковородке еда не пригорала, а готовила она вкусно.
Поэтому я так любила заходить к ней в обед.
Заходишь, а стол накрыт, тарелки с желтой каймой ждут меня.
Я ела, а она читала Кортасара , чтобы не мешать аромату лаванды смешаться с ароматом пищи.
Потом я уходила на работу, а она снова накрывала на стол новым гостям. До первого боя часов. Когда же часы били восемь, гости уходили и только один оставался на чай. Тот, у кого запах лаванды не вызывал аллергии. Бывало, что все хотели остаться, тогда она оставалась невидимой до самой поздней ночи. Затем ложилась спать одна.
Еще она любила рисовать иногда. Но рисунков никому не показывала, поэтому никто не знал есть ли у нее талант..
Я же подозревала, что рисует она хорошо, но без души.
Однажды я пригласила ее на выставку Рериха. Рерих вызывал во мне смятение в то время. Мы долго ходили кругами вокруг картин, рассматривали, изучали. А потом я поняла, что одна смотрю, а она сбежала купить цветные музейные буклетики. Видимо, Рерих ей не понравился.
Я была удивлена и больше не звала ее с собой в музей.
А потом мне наскучила ее еда, и я стала к другим в гости ходить.
небылицы,
текст