В прошлый раз я уже рассказала о нелегкой судьбе моей семьи по материнской линии, о гонениях, лишениях, репрессиях. Но судьба родственников по линии отца также интересна, хотя, скорее всего и менее трагична. Сегодня расскажу о ней!
В той же, первой части, уже упоминала о том, как пережили гражданскую войну мамины родственники.
Однако, ещё один неотъемлемый исторический признак гражданской войны, достижений революции в нашей стране - это расслоение родственных семей, разрыв их единства. Часто можно видеть через произведения художественной литературы, что в одной семье один брат за «белых», другой за «красных», а третий в бандитах.
В нашей семье в бандитах никто не был, но социальное положение родственников по отцовской линии не безынтересно.
У моего прапрадеда по отцу Малафея было 4 сына.
Генеалогическое древо по линии отца
После революции двое старших жили в деревне Мшенцы Бологовского района. Да, те самые Мшенцы, про которые я уже однажды рассказывала
Мой прадед Степан (один из сыновей Малафея) был организатором первой на селе коммуны по совместной обработке земли или, как ее тогда называли, артели.
В отличие от негативных факторов, известных из истории, Мшенская артель была относительно богатой. Жили хорошо. Прадед Степан с женой Федосьей (папа всегда называл ее баба Феня) построили большой дом, имели сад, свою собственную лошадь и подворье.
А его родной брат Павел был священником местной церкви. Видимо, коммунисты и администрация к работающей церкви относились терпимо. Однако, жизнь Павла была не так благополучна, как у Степана. Жил Павел Малафеевич с женой и двумя дочерьми в маленьком домике в нескольких шагах от церкви, но вместо материального достатка дал детям крепкую и истинную веру в Бога и преданность русским традициям.
Фото 2000 года. Та самая церковь. Идёт реставрация.
Церковь Параскевы Пятницы. 2020 год.
До самой войны церковь действовала, прадед Павел служил и никаким гонениям не подвергался.
И Степан и Павел с началом Великой Отечественной войны в 1941-м году вместе ушли на фронт и погибли почти одновременно в сентябре этого же года на Волховском фронте.
В семье же они долго считались погибшими в разных местах.
И только после кампании по массовому захоронению защитников Ленинграда, Новгородского и Волховского фронтов, стало известно точное место их погребения в братских могилах.
Мы, внуки (мои родители)и правнуки, в 1995-м году от администрации Тверской области получили «Книгу памяти», куда занесены и наши прадеды.
От дома во Мшенцах, к сожалению, ничего не осталось. Этим летом даже на холм, на котором он стоял, взобраться не смогли: всё заросло ивняком, тополями и мелким кустарником.