Миллиардер Моэд Альтрад не знает, сколько ему лет. Ни в одном документе не зафиксировано, когда именно в бедуинском племени, кочевавшем по сирийской пустыне, родился еще один мальчик. Чтобы определиться, когда поздравлять отца с днем рождения, его дети вытянули произвольную дату из шляпы - 9 марта.
Когда Моэду Альтраду было 4 года, его совсем юная мать заболела и умерла. Его отец, могущественный лидер племени, который ее изнасиловал, отказался от него. Единственный брат Альтрада, который жил с отцом, умер от избиений. Моэда вырастила бабушка, которая жила в палатке и кочевала вместе с племенем, перемещавшемся вслед за дождями от оазиса к оазису, чтобы там могли пастись козы, овцы и верблюды.
Бабушка не хотела отдавать Альтрада в школу, утверждая, что пастухам книги ни к чему. Но он все равно тайком убегал туда, пока она спала (до школы шел босиком час по дюнам). Он верил, что образование стоит того, чтобы выносить ее гнев, не говоря о насмешках одноклассников. Даже по бедуинским стандартам он был изгоем.
«Это был инстинкт самосохранения, - говорит Альтрад. - Я знал, что я обречен и школа - мой единственный шанс».
Когда ему исполнилось семь лет, отец ненадолго появился, чтобы купить ему велосипед - редкое сокровище в пустыне. Первым предпринимательским проектом Альтрада стала сдача велосипеда в аренду другим мальчикам. На вырученные деньги он купил школьные принадлежности. Еще через несколько лет он переехал к родственнику в местечко неподалеку от города Ракка, в котором теперь расположилось так называемое «Исламское государство». Он первым в регионе получил звание бакалавра и стипендию сирийского правительства для обучения во Франции.
«У меня не было какой-то определенной мечты в то время, - говорит он. - Только стремление не мириться со своей судьбой».
Когда он приехал во Францию, встретили его антиарабскими эпитетами - память новых соотечественников об алжирской войне за независимость была слишком свежа. Альтрад тогда не говорил по-французски, не знал на новом месте ни души и питался всего один раз в сутки. Со временем он выучил французский так, что стал признанным писателем. Моэд получил ученую степень в области информационных технологий, а после успел поработать в ведущих французских компаниях.
Он провел четыре года в Абу-Даби, где работал в национальной нефтяной компании. Так как налоги там были низкими, а деньги тратить было не на что, к моменту окончания его контракта в 1984 году он смог скопить несколько сотен тысяч долларов. Вернувшись в Париж, вместе с тремя товарищами он основал и быстро продал стартап по производству портативных компьютеров. Альтрад заработал на этом почти $600 000 и сперва понятия не имел, что с ними делать.
Приобретя убыточную компанию по производству строительных лесов, талантливый бизнесмен превратил ее в мирового лидера, известного под названием Altrad Group. Конструкции производства Altrad украшают стройплощадки и промышленные территории более чем в 100 странах мира, включая США. По состоянию на 2015 год его доля в компании стоила около $1 млрд.
Альтрад создал международную компанию в стране, которая понимает, что ее со скрипом продвигающейся экономике нужны новые предпринимательские импульсы. Его компания сейчас, кстати, играет важную роль в сохранении французской архитектуры, которая почти так же важна для национального духа, как багеты и Бордо.
Альтрад Моэд также стал обладателем французского футбольного клуба Montpellier Herault Rugby Club, когда в 2011 году мэр Монпелье обратился к богатейшим жителям города с просьбой помочь стадиону местного клуба, терпевшего финансовое бедствие. Альтрад посчитал это своим гражданским долгом, а сам даже ни разу не был ни на одном матче. Альтрад Моэд издал автобиографический роман «Бедуин» и написал еще несколько книг.
«Если люди верят, что между ними непреодолимые противоречия, - это катастрофа. Это значит, что они не могут сосуществовать. Это значит - война. Это не по-человечески. Если вы хотите жить в мире, надо начать разговаривать», - считает Альтрад Моэд.
По материалам Forbes
отсюда