![](https://l-userpic.livejournal.com/120439121/62128340)
Кстати, мало кто понял, что пресловутая фраза сами знаете кого о том, что в свое время он считал, что "мы свои, "буржуинские", мы хотим быть в этой семье так называемых цивилизованных народов" на самом деле является ключ к очень многому. Например - к тому, какая идеология в действительности господствовала на территории бывшего СССР последние 32 года. А точнее - еще больше, потому, что началось это до гибели СССР, как такового.
Эту идеологию обыкновенно называют "антисоветизм" - и о ней уже много чего было написано. (В том числе и в данном блоге.) Но описываемая выше фраза позволяет увидеть одну из важнейших ее составляющих, которую можно назвать - раз уж сами знаете кто сам "начал" - "плохишизм". Ну, думаю, все помнят, что был такой герой у Аркадия Гайдара, который устроил диверсию в тылу красноармейцев "мальчиша-Кибальчиша" из "Сказки о военной тайне". И получил за это бочку варенья и корзину печенья - которые, судя по всему, благополучно и сожрал. (Заработав сахарный диабет со всеми вытекающими.)
Думаю, не надо говорить, что главное тут - уверенность в том, что условный "переход на сторону противника" оплачивается, и оплачивается достаточно хорошо. Впрочем, если брать конец 1980 годов, то там вообще казалось, что "в плену лучше, чем в окопах" - при том, что последнее было чистым иносказанием, потому, что в Холодной войне окопов не было - и что стоит только поднять руки, как на тебя повалятся самые различные блага. Потом, что ведь понятно, что если ты просто не "приносишь вреда той стороне", то это - для "стороны" - очень хорошо.
Впрочем, так ли это понятно? Или это относится только к придуманному самими же позднесоветскими людьми "западному миру", который мнился ими чем-то похожим на окружающий их советский мир, только лучше? Думаю, вопрос этот сейчас уже риторический. Потому, что чуть ли не вся история т.н. "человеческой цивилизации" говорит об обратном: о том, что противник, прекративший сопротивление, годится только для одного. Для того, чтобы быть рабами. Ну, или в более "мягком" варианте: для того, чтобы добровольно отдать имеющиеся у него блага - начиная с земли и заканчивая золотом - тому, кого признал победителем. (Есть, разумеется, и "жесткий вариант", в котором побежденные вырезаются все "под корень".)
Еще раз: практически вся человеческая история свидетельствует о том, что никакого "человеческого отношения" к побежденным быть не может, что Vae victis, что пресловутая "лагерная пайка", выдаваемая нацистами есть как раз "норма" с т.з. цивилизации (как минимум, западной), потому, что при избытке рабов последние не должны особо долго жить. (Долгоживующий раб невыгоден - выгоден раб "легкополучаемый".) Иное же отношение - вроде того, что наши люди старались по человечески обращаться с пленными немцами во время Великой Отечественной войны или с пленными же французами во время Отечественной войны 1812 года - выступает на этом фоне аномалией. Связанной или с пережитками общинного мироустройства. (1812) Или же с - как это не банально прозвучит - наличием элементов коммунистического мировосприятия. (Великая Отечественная.)
Надо ли говорить о том, что и первое, и второе к современному (и несовременному) Западу неприменимо. И поэтому требовать, чтобы он имел в отношении "добровольно сдавшихся к нему в плен" какие-то мысли, за исключением vae victic, было бы странно. Поэтому если чему и можно удивляться в указанной ситуации - то есть, в том, что произошло после развала Союза - так это тому, что к государствам на территории последнего отнеслись относительно гуманно. Ну да: создали тут несколько "очагов напряженности" - начиная с Таджикистана и заканчивая Чечней. (Точнее - скорее поддержали уже имеющиеся конфликты.) Но, в общем-то, отнеслись к "бывшим советским", как пускай "согрешившим", но все же людям.
Более того: некоторым "частям СССР" - Прибалтике - даже позволили формально войти в "цивилизованный мир". (Правда, при полном уничтожении всей промышленности - даже пресловутые шпроты запретили к продаже в Европе по каким-то показателям. Дабы не конкурировали с "настоящим Западом".) Однако это стало возможным только по двум причинам. Первая - это, разумеется, "сверхбогатство", которое неожиданно "свалилось" на Запад после того, как он начал активно пользоваться "финансовой магией". (Условно говоря - обменивать свое будущее на различные "ништяки", но об этом надо говорить уже отдельно.) Ну, а вторая - это непонимание того, что происходит (происходило) на бывшей советской территории, уверенность в том, что "русские опять хотят нас обмануть". (В смысле того, что отсутствовало знание рассматриваемого тут момента - то есть, того, что в стране победила "идеология плохишизма" с ее сверхидеей предательства.)
Конечно же, это положение было кратковременным: уже к концу 2000 годов стало понятно, что "так просто" наращивать долги (и государству, и частным лицам) невозможно, и значит, особо "раздаривать" протекции и инвестиции (точнее, "инвестиции", потому, что в современном мире никто не думает об "окупаемости вложений") больше нельзя. Что же касается "коварных русских", то после того, как последние "съели" Югославию-1999 до Запада начало доходить, что речь тут идет вовсе не о "хитром плане", а о чем-то ином, гораздо более безопасном. (Например, о том, что жители СССР реально боготворят этот самый Запад.)
Поэтому количество выдаваемого "печенья и варенья" резко снизилось, устремившись к нулю. А вот уровень "силового давления", прямого и косвенного, напротив, поднялся: ну, в самом деле, теперь речь идет вовсе не о том, чтобы вести дела с опасным и непредсказуемым врагом, а о том, чтобы "стричь" тупых и безропотных баранов, которые добровольно выбрали свою участь.(
Свернуть )
На этом фоне совершенно очевидным становится что, что где-то во второй половине 2000 годов идея "ликвидации России" (в общем плане, включая самостоятельные Белоруссию, Украину, да и вообще все бывшие советские республики) стала базовой. (На самом деле еще раньше: "оранжад" в Киеве произошел в 2004 году.)
То есть, уже в конце 2000 годов стало ясно, что ни "печенья", ни "варенья" не будет. А будут "каменоломни" и "плантации" - как, в общем-то, и должно быть для тех, кто решил добровольно стать рабом. (То есть, еще раз: в отличие от Германии или Японии Россия/СССР добровольно слила все свое влияние и добровольно приняла все условия Запада. Поэтому хоть как-то уважать это самое "место" - в смысле, бояться того, что "оно" сможет изменить свое положение - с точки Запада невозможно.) Поэтому "своим буржуинским" "ихние буржуинские" начали откровенно намекать на то, чем они являются.
Отсюда, кстати, и пресловутая "Мюнхенская речь" 2007 года - когда до "местной" элиты неожиданно дошло: что же происходит. Но реакция на эту "речь" была вполне ожидаемая: "вошь зарычала". То есть, страна, базисом которой является "сдача на милость победителя" и которая существует только благодаря этой "милости" - т.н. "гуманитарную помощь" из 1990 годов все помнят, равно как и пресловутые "займы МВФ", на которые тогда буквально молились - не может рассматриваться, как серьезный противник вообще.
Конечно же, для "ожидающих печенья" подобное отношение было неожиданным: они то думали, что их - как пресловутого Плохиша - на руках будут носить за "уничтожение коммунизма". Поэтому какое-то время они пребывали в ощущении, что "все это недоразумение", что все еще возможно "устаканить", договориться, объяснить "там", что же реально происходит. Потом - что можно "давить на жадность", привлекая западный капитал высокой доходностью и низкими рисками. (Причем, это соответствовало тому, что было на самом деле: и доходность российских ценных бумаг была неплохой, и риски были низкими.) Но на "финмагов" подобные вещи не действуют: они буквально "создают ценности нажатием клавиш", поэтому привлечение их какими-то дивидендами просто смешно.
Отсюда проистекает и то, что мы наблюдается последние 10 с чем-то лет. В смысле: различные попытки российских руководителей изменить подобное положение, показать, что к ним надо "относиться по человечески" - а не как к различным индусам и африканцам. И ответная реакция Запада, которая - см. сказанное выше - каждый раз указывает на то место, которое определено России.
И вот, наконец-то, данный момент оказался признан. В том смысле, что даже самому тупому стало понятно: никто нас "своими буржуинскими" считать не собирается, да и вообще, идея "общебуржуинской солидарности" ложная сама по себе. (Как говориться: тоже мне, бином Ньютона - вся история последних двух столетий это показывает. Но позднесоветские - это особый случай с особой организацией мышления.) И ... а вот дальше, понятное дело, все упирается в то, что иной идеологии у современного российского общества просто нет. (И вообще, у любого постсоветского общества нет.) Но об этом, понятное дело, надо говорить уже отдельно.
Тут же можно только отметить, что все указанное еще не значит, что сторонников у "пути Плохиша" больше нет, раз уж сам руководитель страны об этом сказал. Конечно же, они есть - и в немалом количестве, потому, что "так просто" избранный в 1991 году путь не изменишь. Но сути данный момент не меняет.
https://anlazz.livejournal.com/826982.html