Оригинал взят у
n_nastusha в
Один из сонма новомучениковПрактически каждый день церковь поминает новомучеников. В календаре их сразу видно по датам кончины - 1918, 1919, 1920, 1921, 1937... Часто это совсем незнакомые для меня имена. Их больше полутора тысяч, как всех запомнишь?
Вот первое из поминаемых сегодня имя - что за человек? Ничего о нем не знаю Священномученик Варсонофий, епископ Кирилловский, настоятель Кирилло-Белозерского монастыря. И вот что узнала.
![](http://ic.pics.livejournal.com/n_nastusha/11718258/105354/105354_original.jpg)
Ему было 47 лет. Вместе с ним расстреляли монахиню Серафиму и четырех мирян: дворянина Михаила Трубникова, техника Николая Бурлакова, крестьян Анатолия Барашкова и Филиппа Марышева. Не знаю, были ли миряне знакомы между собой до расстрела, до того, как попали в одну тюрьму. Возможно, что и нет - заложниками тогда брали всех подряд.
Владыка был известен как миссионер, специалист по старообрядчеству. Сам любил старообрядческое богослужение, возвел за свою жизнь не один единоверческий храм. Много с ними встречался, дискутировал, в 22 года стал помощником епархиального миссионера в Новгородской епархии, а через два года, став иеродьяконом, был уже епархиальным миссионером-проповедником.
Публиковался в "Новгородских епархиальных ведомостях", издавал книги, проводил краткосрочные курсы по миссии для епархиального духовенства, причем и городского, и сельского. Сам родившись в деревне, он вообще любил с крестьянами общаться, легко находил с ними общий язык. Был участником миссионерских съездов, в том числе в Петербурге в 1912 году, где свои замечательные доклады прочитал отец
Николай Опоцкий, тоже будущий исповедник.
В Кириллове побыл епископом всего полтора года, но успел там создать Братство православных мужей и жен - по соблюдению читстоты православной веры и защите святынь Кирилло-Белозерского монастыря. Начал реставрацию главных икон монастыря, а половину архиерейского дома отдал под музей-древлехранилище.
Незадолго до расстрела писал: «Против нашего Братства восстали большевики, признали его контрреволюцией, но мы ничуть этим не смущаемся, а ведем свои церковные дела, и готовы на страдание за него. Большевики боятся все-таки народа, а потому и меня не трогают». Но - тронули. И без всякого суда на следующее утро после ареста расстреляли. Владыка молился и по дороге, и во время расстрела. Уже все были убиты, а он - заканчивал молитву. Потом повернулся к красноармейцам и сказал: "Я закончил, кончайте и вы". Его расстреляли в упор.
Сейчас на месте их расстрела стоит поклонный крест. Надеюсь, что стоит.