Aug 06, 2010 16:42
Российское коллективное мышление было и героически остаётся магическим по своему характеру; по-детски сконцентрировано на себе самом, относит к себе все внешние явления/события и произвольно придает характер очевидности и логичности любому из них. Собственная инфляция направлена на избежание даже самой малой возможности почувствовать себя пустым и немощным (мы часто себя критикуем - о да! - и причем с таким размахом, что опять оказываемся самыми-самыми, впереди планеты всей, грандиозными даже в одиозности). Российская коллективная психологическая и ментальная амбивалентность похожа на тот самый дом с тёмным подвалом, где нет никого, с высоким чердаком, куда никому не забраться, и с курсирующим между ними скоростным лифтом, в котором она и ездит туда-сюда от ничтожества до грандиозности по замкнутому кругу, без возможности остановиться на одном из этажей, где живут просто люди.
Магическое мышление выполняет функцию избегания - интеллект поставлен на службу избегания необходимости что-то делать конкретно по факту события, само действие при этом превращается в последовательность манипуляций реальностью, которые производятся с чувством долженствования - обычно мы, россияне, безошибочно можем сказать, как и что должно быть, но не можем обосновать логически это "должно". Должествование у нас представляет собой суррогат эффективности/результативности действия и отвлекает внимание от его бездарности, бестолковости и несвоевременности, потому что "должно быть" не соотнесено с временными координатами настоящего (оно всегда в будущем или в прошлом) и с физическими рамками непосредственной действительности. В реальности же это наше "должно быть" представляет собой: "что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет!"
Наше виртуальное и фантастическое "должно быть" постоянно подхлёстывает нас на откровенно идиотические нано-идеации, смещая гравитационный центр жизни в "прекрасное далёко", куда можно, не считая, вкладывать средства - при этом само собой разумеется, что "прекрасное далёко" неподотчётно настоящему, - и переносить ожидания. Это наш высокий чердак, куда никому не забраться.
Тогда на долю настоящего и непосредственно близлежащего остаются:
- обсессивно-компульсивная ритуализация, как форма отрицания. Мы просто обязаны везде и всегда "ходить строем" и опираться на "устои" или "моду", не задавая лишних вопросов. Пример: гламур, забытое ископаемое понятие начала 90-х в западных странах и злоба дня у нас примерно с того же времени. То, что однажды у нас "началось", по-видимому, не имеет возможности прекратиться или измениться по сути;
- параноидальное недоверие, как форма обесценивания. Нам очень хочется, чтобы нас "все" любили, но если нам скажут: "Мы вас любим", нас непременно одолеет вопрос: "А почему? Чего "им" надо?" Нам кажется невероятным позитивное принятие нас такими, какие мы есть, поэтому мы занимаем позицию снисходительности и презрения в отношении тех, кто относится к нам положительно. Те, кто относится к нам отрицательно, воспринимаются как самоисполняющееся пророчество (нам надо ото всех защищаться) и интерпретируются в терминах зависти (у нас всё самое-самое, поэтому другим непременно это надо) или страха критики (лезем вон из кожи по любому - самому незначительному - поводу, где возможна оценка нас другими);
- импульсивный негативизм, как форма непризнания подчинённости и конформизма. Это наша главная дихотомия: Всё или Ничего. Всё у нас "должно быть" и отнесено к "прекрасному далёку", а Ничего - это то, что нам остается на каждый день. Кому из россиян незнакомо ощущения бессилия, бесцельности и фатальности в повседневности? - Кроем картой "воли" и анархии, понимаемыми как пассивно-агрессивное противодействие: попремся переходить дорогу на красный свет и полезем купаться в непригодном для этого месте, а как же?.. Такой вот наш тёмный подвал, в котором никого нет.
Ня,
Пси