В прошлый раз мы говорили о том, как в аниме и манге представлены приехавшие из России персонажи. Теперь давайте посмотрим, как в японской масс-культуре представлена сама Россия как место действия. По понятным причинам такие примеры встречаются несколько реже, но всё же картина оказывается достаточно разнообразной.
Манга. Источник: unsplash.com
Во Владивостоке происходит действие аниме и манги «Темнее чёрного: Близнецы и падающая звезда» (Darker than Black: Ryuusei no Gemini). Главная героиня - наполовину японка, живущая с русским отцом. Хотя само аниме фантастическое, а действие происходит в недалёком будущем, Владивосток изображён реалистично и корректно. Аниматоры проявили большое внимание к деталям: например, в школьном классе висят размытые, но узнаваемые портреты классиков, а дежурные переворачивают всем знакомые стулья с Т-образными ножками. Узнает отечественный зритель и модели электричек, и многое другое. Русскоязычные надписи на фоне довольно лаконичны, но грамматически корректны.
Если и есть аниме, по которому японский зритель может составить достаточно реалистичное представление о быте современной России, то это «Darker than Black».
Но чаще хорошая репрезентация достаётся России прошлого - потому что в Японии неожиданно много любителей российской и советской истории.
Наиболее яркий из таких энтузиастов - Расэндзин Хаями. В его работах советские военные техника, форма и другие приметы времени воссозданы с дотошностью, которой, увы, порой не хватает отечественным историческим фильмам. Действие манги «Пушки и печати» происходит в фантастической вселенной, хотя и явно вдохновленной эстетикой российской и советской армий в Первую и Вторую мировые войны.
А вот «Война ведьмы Васеньки» - сюжет прямо про Великую Отечественную; правда, в ней участвуют фольклорные персонажи, включая вынесенную в заглавие Василису Премудрую, которую на помощь красной армии посылает Баба Яга. В этом отношении Хаями тоже проявляет завидную дотошность: в манге встречаются такие сравнительно менее популярные персонажи как банник и святой Касьян, день которого считался крайне несчастливым, и при их появлении автор всегда включает врезку с пояснениями.
Фантастическое допущение не заслоняет реальных аспектов войны - даже с магией Васенька не может сама переломить ход битвы и в большей степени мешает враждебной нечистой силе вредить Красной армии. К советским солдатам Хаями относится с явным уважением.
Помимо манги Расэндзин Хаями выпустил несколько концептуальных альбомов с рисунками на схожие темы - «Операция «Рабочая лошадка» и «История Родины» (последнее слово в оригинале на русском, транслитерировано японскими иероглифами). В них эльфы и гномы тоже делят страницы с дотошно воспроизведенными советскими танками и белогвардейскими мундирами.
Своеобразная антитеза этим работам - манга Синтаро Каго «Танцевать! Кремль дворёц» (именно в такой орфографии название кириллицей обозначено на обложке). Это очень злая сюрреалистическая история России от Николая II до Владимира Путина, которая не имеет практически ничего общего с реальностью. Но причиной тому не недостаток у Каго знаний, а художественное решение. Этот мангака в целом известен провокационными, нарочито неприятными работами, в которых часто доводит ту или иную идею до абсурда максимально физиологически-неприглядным способом.
Такой трансгрессивный подход Каго применяет и в «Танцевать! Кремль дворёц». Он использует наиболее выпуклые стереотипы о России и сталкивает их друг с другом или возводит в абсолют. Например, узнаваемый образ «русской рулетки» в этой манге объясняет приход Сталина к власти (остальные вожди революции погибли при этой игре) и поражение в Русско-японской войне (только каждая шестая пушка русского флота была заряжена), всё в России делается многослойным, как матрёшка, а Горбачев с помощью гласности узнаёт любые тайны окружающих, будто медиум.
Очевидно, что автор хорошо знает как иностранные стереотипы об СССР, так и внутрироссийские. Так, в главе про распад СССР «русское варенье объявило о своей независимости от русского чая», а из состава организмов советских граждан выходят отдельные органы, а Горбачев и Ельцин оказываются созданными для уничтожения Советского Союза киборгами.
К Японии Каго столь же безжалостен: в финале она становится новым Советским Союзом благодаря популярности сувениров с Чебурашкой и крокодилом Геной, которые повлекли дальнейшую неконтролируемую «русификацию и советизацию».
В японской массовой культуре огромный западный сосед может быть представлен со сдержанной аккуратностью или богатырски широкими мазками, но всегда неравнодушно.
Олег Ершов
Материалы автора