В 2021 году я впервые оказалась на консультации у психолога. Вначале ничего особенного не происходило. Два, три, четыре и более сеансов подряд я просто рассказывала о самом наболевшем. На четвёртой-пятой консультации у меня начал возникать вопрос: какого чёрта?! Я сижу, говорю, а эта женщина-психолог напротив меня просто смотрит, слушает и изредка уточняет что-то. И как мне это поможет? И за что я, собственно говоря, плачу ей деньги?!
Психологи. Сидят: Фрейд, Холл, Юнг; стоят: Эбрахам А. Брилл, Эрнест Джонс, Шандор Ференци. 1909 год
Сейчас у меня есть понимание, что именно в те первые консультации происходило нечто важное - установление терапевтических отношений. Когда я выговорилась в достаточной мере, появилась готовность идти дальше. Я перестала воспринимать терапию как простой способ слива эмоций. Вместо этого стала относиться к ней, как к совместной работе, которую важно совершить для того, чтобы мне стало лучше.
Тогда началось всё самое интересное.
Трудно описать, как именно это было. Шаг за шагом я, как Алиса в Стране чудес, переходила из одной реальности в другую. Но эта реальность была не зазеркальем, а моей собственной жизнью. Если конкретнее, то я проникала глубже в свою биографию. Осмысляла влияние различных событий, поступков других людей и моих мыслей на меня саму.
Вместе с историями из собственной жизни я обнаруживала сокрытые ранее чувства. Например, гнев на родителей и на себя, глубокий стыд, вину, неприязнь. В какой-то момент я стала одержима обидой и ненавистью. Но это быстро прошло. И в один из дней психолог сказала мне, что я готова.
Я была готова к тому, чтобы исцелить травму. Правда, наверное, психолог немного ошиблась. Мне потребовался ещё год, чтобы набраться смелости и пройти через гипнотерапию для работы с травмой. Я оказалась жуткой трусихой. В итоге несколько заходов в эриксоновский гипноз были совсем не страшными. В первый раз я жутко устала. Во второй вспомнила реальный случай, который со мной происходил. Или я думаю, что он реальный. После третьего погружения я стала замечать, что у меня пропали некоторые страхи, которые были раньше. Совсем пропали.
Сейчас моя терапия не закончена, но уже пройден немалый путь. Кстати, думаю, мне помогло и то, что всё это время я читала книги психологов-классиков. Помимо практических навыков и переосмысления своей биографии, у меня копились теоретические знания. Они привели меня на факультет психологии. Но, несмотря на терапию, чтение и даже учёбу, долгое время в моей голове не было целостного ответа на вопрос: что же мешает человеку справляться без терапии?
И тут на помощь ко мне пришли статьи Юнга.
Если кто-то не знает (а всё знать никто не может), Карл Густав Юнг - швейцарский психотерапевт, психоаналитик, один из главных классиков психологии. Был учеником Зигмунда Фройда, но вступил с ним в разногласие и стал развивать свою теорию.
Так вот, на мой взгляд, одна из ключевых мыслей Юнга заключается в следующем: «Ничто так не препятствует развитию, как застывание в бессознательном, можно даже сказать, в психически эмбриональном состоянии».
О чём здесь говорит швейцарский психоаналитик? Речь идёт о том, что у нас есть сознательная и бессознательная части психики. При этом сознание развивается у ребёнка постепенно. Из-за этого самые ранние впечатления детства - наиболее неосознанные. Но, несмотря на то, что человек их не помнит, они влияют на него во взрослом возрасте и могут сильно тормозить развитие личности. Это и называется травмой или тем «застыванием», про которое упоминает Юнг.
Признаков такого «застывания» существует много. На основе своих наблюдений расскажу про некоторые из них:
- чрезмерно негативная реакция на какое-либо обычное событие;
- или же, наоборот, абсолютная нечувствительность там, где проявление чувств и эмоций является естественным;
- совершенная неспособность справляться с определённым типом жизненных ситуаций;
- ярко-выраженный негативный «сценарий» в жизни и в отношениях с людьми, например, противоположного пола и т. п.;
- хроническое чувство вины или стыда;
- сюда же относятся полное непонимание своих эмоций и чувств, не умение их выражать и регулировать своё состояние.
Наличие этих признаков не обязательно говорит о проблеме. Проблемой можно считать то, что человеку эти состояния мешают жить.
Вернёмся к вопросу о том, что же не даёт справляться с подобными проблемами без терапии. Насколько я знаю на сегодняшний день, дело в психологических защитах.
Защиты создаются для того, чтобы пережить травмирующие события. Например, для ребёнка это может быть жесткое обращение, систематическое обесценивание, игнорирование, развод родителей или любая другая тяжёлая ситуация. Как мне видится, одна из главных задач психотерапевта, пройти крепость из защит, не навредив клиенту, и дать ему ресурс для того, чтобы прийти к главному этапу - осознанию. Повторю ещё раз слова Юнга: «ничто так не препятствует развитию, как застывание в бессознательном».
После осознания и проработки травм происходит ещё более интересное. Опишу это словами, взятыми из статьи Юнга: путь осознания помогает совершить не только «переоценку прежних ценностей, убедиться в ошибочности ранних суждений, признать не-истину, но и почувствовать сколько сопротивления и враждебности заключало в себе то, что прежде мы считали любовью».
От себя добавлю, что результатом осознания и исцеления травм может стать что-то вроде инициации, сепарации от родительских фигур и психологического «рождения». Иногда этот процесс называют взрослением.
Елизавета Столярчук
Материалы автора